И снова перед ней встал выбор. Добраться до пристани, сесть в моторную лодку и пересечь на ней озеро? Это будет быстро, даст ей фору, особенно если отвязать и оттолкнуть подальше вторую лодку. Но это определенно привлечет внимание преследователя. Второй вариант: уходить по берегу. Это будет долго и опасно: в темноте заросли и буераки превращаются в настоящие препятствия, на которых можно подвернуть, а то и сломать ногу. Да и быть совсем бесшумной не получится, а если человек в балахоне где-то поблизости, он может ее услышать и догнать.
Действовать и одним, и другим образом было одинаково страшно, поэтому какое-то время Диана сидела в своем укрытии, боясь пошевелиться. Она понимала, что не может здесь остаться: рано или поздно ее найдут. Но и заставить себя выбраться пока не могла.
А потом Диана услышала звук приближающейся машины. Свет фар скользнул по кустам, в которых она пряталась, и ослепил ее, поэтому ей не сразу удалось разобрать, кто приехал. Лишь когда открылась дверца, она увидела, что это Карпатский.
Диана хотела вскочить и побежать к нему или хотя бы позвать, но засевший внутри страх парализовал ее. А вдруг преследователь совсем рядом? Прячется в соседних кустах и нападет на нее прежде, чем потенциальный спаситель успеет что-либо понять?
На этих сомнениях она потеряла драгоценное время: Карпатский быстрым шагом направился ко входу в гостиницу и вскоре скрылся за дверью. Диана едва не выругалась от обиды и злости на саму себя. А потом решила, что надо подбираться ближе к машине. Может быть, даже попытаться добежать до нее и заблокировать изнутри двери, а потом посигналить. Она не слышала, чтобы сработал центральный замок, а значит, машина не закрыта.
Ей вдруг показалось, что рядом в зарослях кто-то копошится. Диана прислушалась, но звук стих в ту же секунду. Возможно, она слышала саму себя? Или же все-таки кого-то другого?
Ноги сводило от напряжения, хотелось свернуться калачиком и просто лечь на землю, но Диана заставила себя еще немного продвинуться к парковке.
Дверь гостиницы открылась снова. Карпатский вышел на крыльцо, а с ним и Галка. Он нашел только ее? Куда же делись остальные? У Дианы было предположение, но ей не хотелось об этом думать.
Галка побежала к машине, и Диана испугалась, что Карпатский сейчас тоже направится к ней. Тогда ей останется только одно: бежать к ним что есть мочи в надежде добраться одновременно с Карпатским и юркнуть в салон. И тогда они, возможно, успеют уехать быстрее, чем ее преследователь сможет что-либо предпринять.
Однако Карпатский к машине не пошел, а направился к ней. То есть он, конечно, просто пошел на пристань, скорее всего, но вместе с тем – в ее направлении. И когда он поравнялся с ее укрытием, Диана позволила себе высунуться из него и позвать громким шепотом:
– Слава!
Он сразу затормозил и повернулся на звук ее голоса, а еще секунду спустя сфокусировал на ней взгляд и торопливо сошел с дорожки.
Вскоре Карпатский уже притянул Диану к себе и крепко обнял, а она обхватила руками его шею, сначала порывисто целуя в щеку, потом в губы, а потом просто прижимаясь к нему всем телом. Еще никогда она не была так рада видеть его! Разве что в тот день, когда он в последний момент спас ее от Кирилла. Но тогда Диана еще не была в него влюблена. Или просто пока не знала об этом.
– Я боялась, что ты сейчас уедешь, – пробормотала она, чуть не плача.
– Только не без тебя, – заверил он.
– Он снова здесь, – торопливо зашептала Диана. – Черный человек. Сообщник, должно быть. Он где-то здесь, ищет меня.
– Знаю, их двое, – так же шепотом ответил Карпатский. – Как минимум.
Он отстранился от нее, сунул свободную руку в карман джинсов и достал ключ от машины, попытался отдать ей.
– Вот, беги к машине, Галка уже там. Уезжайте подальше отсюда!
– Нет, – запротестовала она, отталкивая его руку. – Без тебя я никуда не поеду!
– Я должен найти остальных…
Диана в ужасе вцепилась в полы его рубашки, накинутой поверх футболки.
– Нельзя делать это в одиночку!
– Я вызову подкрепление.
– Вот когда оно приедет, тогда и вернешься. Слава, пожалуйста. Я с места не двинусь без тебя…
Наверное, ее слова прозвучали очень убедительно, потому что Карпатский убрал ключ обратно в карман и сжал ее ладонь, ободряюще улыбаясь.
Вместе они выбрались из зарослей, и Диана едва не вскрикнула, когда прямо перед ними словно из-под земли вырос молодой человек, хорошо знакомый им обоим.
– Роман? – удивился Карпатский, глядя на ее сменщика – второго ночного администратора гостиницы. – Что вы здесь делаете?
Диана скользнула по Роману взглядом, только сейчас замечая, что на нем та самая черная бесформенная накидка.
– Слава! – только и смогла крикнуть она, попытавшись шагнуть назад и потянуть Карпатского за собой.
Если он и успел понять ее предостережение или заметить то же самое, что и она, то сделать все равно ничего не смог. Даже поднять руку с зажатым в ней пистолетом.
В ночной тишине прогремели три выстрела. Карпатский трижды дернулся, принимая все три пули в грудь. Рука, которой он держал ладонь Дианы, разжалась и выскользнула из ее пальцев, когда он рухнул навзничь, не издав ни стона, ни вскрика. Карпатский даже не пошевелился, словно умер еще до того, как оказался на земле.
Глава 24
22 августа, воскресенье
Медвежье озеро
Юля толком не помнила, как уснула. Помнила только, что разговаривала с Галкой, и ее слова вдруг зазвучали странно, а сама она стала какой-то чужой и далекой. Но через мгновение эта мелкая зараза уже залилась хохотом и заявила:
– Господи, ты бы видела сейчас свое лицо! Да расслабься, я просто прикалываюсь… Но, согласись, из меня вышла бы неплохая злодейка.
Кажется, Галка говорила что-то еще, но мысли Юли уже стали путаться, сонливость возросла в разы, и голова вдруг стала невыносимо тяжелой.
Она услышала встревоженный голос Велесова, но не разобрала слов. Только успела удивиться, что он делает у окна, если буквально минуту назад танцевал с Дианой?
А потом вдруг все изменилось.
Под головой уже не было жесткого стола, что-то весьма неприятно давило на ребра, а руки и вовсе казались чужими, Юля их почти не чувствовала. Она приоткрыла глаза и испуганно дернулась, пытаясь то ли сбежать, то ли проснуться еще раз. Потому что происходящее больше походило на кошмар.
Можно было подумать, что Юля все еще в ресторане, только, пока она дремала, в нем все изменилось. Форма помещения оставалась прежней, но отделка и обстановка стали полностью другими: ни столов со стульями, ни привычного декора, ни барной стойки. Даже штор на окнах не было. Как и самих окон. Вместо ламп горели многочисленные свечи: высокие, толстые, они стояли повсюду. От них температура в помещении наверняка поднималась на пару градусов, но воздух здесь все равно неприятно холодил кожу.
Юля поняла, что привязана к столбу. Веревки обхватывали ее поперек грудной клетки, позволяя не падать в то время, когда ноги еще не держали. Они-то и давили на ребра. Руки были связаны за спиной, да так крепко, что не пошевелиться.
Сам столб Юля лишь ощущала и видела еще четыре других, к которым были привязаны Кристина, Соболев, Велесов и Игорь. Последний уже тоже находился в сознании и стоял с весьма равнодушным видом. Впрочем, присмотревшись, Юля поняла, что тот не столько равнодушный, сколько сосредоточенный: кажется, телохранитель пытался освободить руки, но пока ему это не удавалось.
Велесов и Соболев шевелились, но еще не сбросили с себя остатки дурмана, а Кристина пока неподвижно и безвольно висела на веревках. Но не это напугало Юлю больше всего.
Внутри круга, образованного столбами, стояли два стола. Не обеденных, скорее, прозекторских. На одном из них лежал неподвижный, все еще пребывающий в бессознательном состоянии Влад. А на другой мужчина в черном балахоне как раз пристраивал бесчувственную Диану. И если Влад лежал свободно, то Диану привязали к столу ремнями.
– Роман? – удивленно выдохнула Юля, когда мужчина повернулся так, что в неверном свете свечей стало видно его лицо.
Он ненадолго отвлекся от своего занятия, посмотрел на нее и улыбнулся. В любом другом случае эта улыбка выглядела бы приветливо, но сейчас смотрелась жутко.
– Доброй ночи, Юлия Андреевна.
– Что ты?.. Что происходит? Что ты делаешь?
– Свою часть работы, – спокойно сообщил тот. – Это финал, Юлия Андреевна. Последний ритуал.
– Так ты… с Софией?
Он кивнул, как раз закончив фиксировать Диану и выпрямившись.
– И не я один.
Роман повернул голову на звук открывшейся двери. Она находилась там же, где в их ресторане – основной вход из коридора, предназначенный для клиентов. Но в помещении Юля приметила еще несколько дверей, часть из которых не имела аналога этажом выше. Во всяком случае, она предположила, что все это происходит на подземном этаже. В той его части, проход в которую они так и не смогли найти.
В открывшуюся дверь вошли двое. Оба в до боли знакомых черных балахонах, объемные капюшоны которых скрывали их лица. Однако один из прибывших почти сразу свой капюшон снял, торопясь показать лицо.
– О, а ты здесь откуда? – прохрипел Соболев, уже достаточно пришедший в себя и оценивший ситуацию не хуже Юли. – Ты же умер.
– Де-юре, – с довольным видом пояснил Олег Назаров. – Не де-факто. Потрясающе, как много становится доступно, когда есть деньги и человек, владеющий внушением. Я же говорил, что Артем вернется и освободит меня.
Он посмотрел на своего спутника, пока не спешащего снять капюшон. Юля почувствовала, как от его заявления внутри все сжалось, но даже охвативший ее животный ужас не позволил сознанию помутиться настолько, чтобы поверить.
– Нет, это не Артем, – тихо, но уверенно заявила она.
– Угу, ростом не вышел, – поддакнул Соболев. – Тот повыше все же был, как Влад.
– И в плечах шире, – добавил Велесов.