Они оба держались бодро, весьма уверенно, а Соболев так еще и немного нагло, хотя с каждой секундой становилось все понятнее, к чему идет дело. То, что Юля сначала про себя назвала кругом, на самом деле было пентаграммой. Оставалось только непонятно, почему внутри две жертвы, а не одна, как раньше.
– Все-то вы знаете, – произнес насмешливый голос.
Женский голос. Третий черный человек скинул капюшон и оказался той самой ведьмой, что помогла им разрушить план Софии. По крайней мере, так Юля думала до этого момента.
Ведьма сделала несколько шагов вперед, оказавшись между столами Влада и Дианы, осмотрела обоих и удовлетворенно кивнула.
– И вы с ними? – потрясенно пробормотала Юля. – Вам-то это зачем?
– Мы все здесь с одной целью, – вместо ведьмы ответил Роман. – Вернуть Артема Федорова к жизни. Это будет… очень круто! Он настоящий художник. В своей области.
Юле, конечно, доводилось слышать, что у каждого маньяка есть фанаты, очарованные творимым им злом, но прежде она не сталкивалась с ними в жизни. Знала только, что одни весьма безобидны и просто собирают информацию о своем кумире, воспринимая его как актера или музыканта. А вот другие весьма опасны. Порой они становятся пособниками или подражателями. Или же просто вдохновляются, выбирая свой кровавый путь. Роман определенно относился к таким поклонникам. И как она не заметила?
– Вам-то это зачем? – Юля посмотрела на ведьму. Почему-то ей казалось, что с ней можно договориться. Возможно, она здесь из-за желания помочь «сестре»? Или же не до конца понимает, что происходит? Или ее просто-напросто купили? – Вы вообще знаете, кто такой Артем Федоров и что он сделал? Это конченый псих, не знающий жалости и желающий только одного: убивать!
Несмотря на возраст, женщина вдруг весьма резво подскочила к ней и дала звонкую пощечину, от которой щека Юли моментально загорелась.
– Полегче, дешевка! Ты говоришь о моем сыне!
Не без труда, но Савин все же уговорил Карпатского взять его с собой на озеро. Однако, когда они приехали, тот велел ему оставаться в машине.
– Ты со своей тростью слишком медленно передвигаешься. Я быстрее их найду.
Савин не стал спорить. В конце концов, он просто хотел убедиться, что все в порядке. Или выяснить, что это не так, а дальше уже можно действовать по обстоятельствам.
Он терпеливо ждал в салоне, посматривая сквозь стекла по сторонам, но не замечал ничего подозрительного. Что дела плохи, понял, когда Карпатский появился на крыльце с Галкой. Только с Галкой. Больше никого не нашел? Или же остальные?..
Додумывать пугающую мысль не хотелось. К тому же Галка, резво кинувшаяся к машине, как раз добралась до нее и наконец заметила его, испуганно вздрогнув. Потом взяла себя в руки и юркнула на заднее сиденье.
– Что у вас там произошло? – спросил он. – Где остальные?
– Не знаем. Их чем-то опоили, а потом забрали.
– Кто?
– Дед Пихто! Люди в черном, лиц не видела!
Савин только раздраженно поджал губы. Толку от Галки было чуть, а Карпатский к машине не пошел, направился к озеру. Надеется найти кого-нибудь там?
Вскоре Карпатский исчез из вида. Савину показалось, что его не просто скрыли растущие вдоль дороги кусты, а он нырнул куда-то в них. Вероятно, что-то заметил.
– Чего он так долго? – нетерпеливо заныла Галка.
Савин ничего не успел ответить: в тишине раздались выстрелы, заставившие девушку вскрикнуть, а его самого сползти по сиденью вниз, чтобы стать еще менее заметным.
Вскоре тот, кто стрелял, появился на дорожке. На нем был темный балахон, но без капюшона. Тем не менее Савину все равно не удалось рассмотреть его лицо: мужчина нес на плече бесчувственную Диану. Во всяком случае, хотелось верить, что она просто без сознания, а не мертва.
Неизвестный скрылся за дверью гостиницы, а они с Галкой еще какое-то время сидели неподвижно, боясь выдать себя. Когда Савин наконец смог собраться с мыслями и с духом и открыть дверцу, она окликнула его громким шепотом:
– Куда ты? Совсем спятил?
– Надо посмотреть, что с Карпатским.
– А это не очевидно? Хана ему! Надо валить отсюда! И звать на помощь кого-нибудь, кто сможет с этим справиться…
– Мы не можем свалить…
– Почему?
– Потому что ключи у Карпатского! А без них машина не заведется.
Галка тихо выругалась. Савин велел ей сидеть тихо, а сам выбрался наружу. Огляделся, прислушался, а потом осторожно направился к озеру, внимательно вглядываясь в заросли слева от тропинки.
Карпатского он заметил почти сразу: светлая рубашка и голубые джинсы хорошо контрастировали с темно-зеленой листвой. Полицейский неподвижно лежал на спине, а его пистолет лежал рядом с ним. По всей видимости, мужик в балахоне счел Карпатского мертвым и неопасным.
Савин подошел ближе и присмотрелся, потом опустился рядом на корточки. Темно-синяя футболка была продырявлена в трех местах, но крови он не увидел.
– Карпатский, – тихо позвал Савин, слегка потормошив неподвижное тело. Потом похлопал полицейского по щекам. – Эй! Ты жив? Майор! Подъем!
Савин тряхнул его сильнее, и Карпатский вдруг дернулся, а потом с силой втянул в себя воздух и тихонько застонал. Он попытался повернуться на бок, но только зашипел от боли и красочно выругался. Савин улыбнулся.
– Я же говорил, что броник пригодится.
– Угу, – промычал Карпатский. И сквозь зубы процедил: – Может, ты все-таки ясновидящий?
– Больно, да?
– А ты как думаешь? Ребра на хрен сломаны… Хорошо, если внутренние органы не всмятку. Он стрелял шагов с трех…
Ему все же удалось сесть, а потом и встать. Дышал Карпатский с трудом, поверхностно, но идти, кажется, мог.
– Ты видел, куда ее забрали?
– В гостиницу, – пожал плечами Савин.
– Я там все осмотрел. Нигде никого нет. Даже на подземном этаже.
– А в подвальном помещении? Ну, том, где шкаф…
– Черт, забыл!
Карпатский с трудом поднял с земли пистолет и уверенно направился обратно к гостинице.
– Жди меня в машине…
– Ну уж нет, я с тобой!
Карпатский притормозил и недовольно посмотрел на Савина.
– И чем ты мне поможешь?
– Если ты потеряешь сознание от боли, я снова приведу тебя в чувство, – улыбнулся тот.
Карпатский на секунду задумался, а потом кивнул.
– Идет. Тогда за мной.
– Давай только Галке ключи отдадим, – предложил Савин. – Она напугана и жаждет уехать. Здесь достаточно других машин.
– Надеюсь, она умеет водить, – проворчал Карпатский. – Если она разобьет машину, Соболев мне спасибо не скажет.
– Да ничего страшного. Будущая жена ему новую купит.
«Ты говоришь о моем сыне!»
Слова эхом отдавались в голове Юли, пока она во все глаза смотрела на ведьму. Неужели это и есть первая жена отца Влада, мать Артема? Юля силилась вспомнить ее имя, но если кто-то когда-то и называл его при ней, оно не сохранилось в памяти. Зато она услужливо подсунула ей один из первых их разговоров.
– Вы как-то сказали, что ваш первый ребенок умер, что вы потеряли его еще мальчиком… Я подумала тогда, что ваш сын погиб маленьким, но это не так. Погиб он уже взрослым, а в детстве вы его не потеряли… Вы его бросили!
– Я его не бросала! – чуть ли не прошипела женщина, страшно скаля зубы. В ее взгляде мелькнуло что-то по-настоящему безумное, но потом она снова стала обычной. На ее лице теперь отражалось только разочарование. Она сокрушенно покачала головой. – Я давала вам много подсказок, но большинство вы так и не разгадали… Даже то, что я цитирую ритуал сына, вам объяснили другие. Как и главное мое послание: он не виноват в том, что делал, и не заслуживал того, что сделали с ним.
– Не виноват? – презрительно усмехнулся Соболев. – А кто же тогда виноват в том, что этот больной творил?! Вы хоть знаете, сколько людей он убил?
Ведьма резко обернулась к нему и почти закричала:
– Во всем виноват его отец! И его брат… Это они довели его! Есть, конечно, и толика моей вины… Я не смогла защитить его… от всего.
– Конечно, не могли, – хмыкнул Велесов. – Вы же уехали. С любовником. За красивой жизнью. А сына оставили здесь.
– Так ему сказал его отец, – холодно возразила ведьма, уже взяв себя в руки. – Но все было иначе. Я задыхалась рядом с Сергеем. Вы даже представить себе не можете, на что был похож наш брак! В этой стране… Да, я встретила другого. Того, с кем почувствовала себя свободной. И он предложил мне настоящую свободу, совсем другую жизнь! Я хотела взять сына с собой, но муж мне не позволил. Сказал, что лучше убьет меня, чем отпустит, чем позволит разлучить его с Артемом… Я боялась за свою жизнь, мне пришлось бежать одной! Иначе я могла тоже оказаться в петле…
– Ссылаетесь на ту комнату? – догадался Соболев. – И историю Алисы Сивец?
– Говорю же: я дала вам все подсказки, просто вы их не распознали, – презрительно фыркнула ведьма. – В тех комнатах было все. Намек на то, что София не та, кем вы ее видите. Обвинение Влада в убийстве Артема. И моя печальная история.
Юля прикрыла глаза и покачала головой. За прошедшие годы она немало общалась с отцом Влада. Чаще, конечно, с его мачехой, но и с ним тоже. И тот образ, что сложился у нее, совершенно не вязался с тем, каким его пыталась представить эта женщина. Чтобы он всерьез угрожал ей убийством? Превратил в ад их семейную жизнь? Звучало маловероятно, но было ли это действительно неправдой? Она не знала. Мог ли он так хорошо скрывать свою сущность, как муж той самой Алисы? Мог ли просто сильно измениться с тех пор? Юля не могла сказать.
– Со своим вторым мужем я прожила прекрасную, насыщенную жизнь до самой его смерти, – тем временем грустно продолжила ведьма. – Не знала ни страха, ни нужды. Родила еще детей. Все они выросли умными, яркими, успешными… Но я никогда не забывала Артема. Никогда! И сердце болело каждый раз, когда я думала о нем. Со временем мир изменился, стал более открытым и прозрачным, а Артем возглавил «Вектор» и начал мелькать в деловых новостях. Тогда я смогла издалека наблюдать за ним. Я очень им гордилась! Но когда он пропал, а следом всплыла вся эта история с ритуалом, я поняла, что зря оставила его отцу. Сергей превратил его в такое же алчное чудовище, каким всегда был сам. И это привело Артема к гибели. Когда узнала, что случилось, я поняла, что должна все исправить.