В середине 1990-х «хозяева экономики» начали финансировать крупные медиа. В 1994–1995 годах запустились будущие монополисты эфира — телеканалы «Интер» и «1+1». «Интер» перешел под контроль концерна «Славутич» и стал главным медиаактивом Суркиса — Медведчука. «1+1» был создан Волковым в партнерстве с известным украино-израильским олигархом Вадимом Рабиновичем. Однако сначала Рабинович, а затем и сам Волков вышли из числа владельцев, и контроль над «1+1» перешел к Коломойскому и группе «Приват».
Одновременно активно развивались частные региональные телекомпании. Бесконтрольный рынок пиратской видеопродукции и не менее пиратской рекламы вызвал всплеск интереса молодых украинских капиталистов к медиа. Каждый крупный бизнесмен к середине 1990-х годов мнил себя немного олигархом, поэтому владеть пусть небольшим, но собственным медиаактивом, где хвалят тебя и твой бизнес, было признаком хорошего тона.
Наверху задавали тон новые «хозяева экономики», которые не только создавали современные медиа, но и транслировали через них новые культурные нормы.
Незалежное телевидение — это не только политические новости. Одновременно возник собственный шоу-бизнес, культурные явления, хит-парады. Да, это преимущественно вторичная и эклектичная массовая культура, но, поскольку российская культура и массмедиа стали вторичной копией западных, разница между украинским «1+1» и российским НТВ была невелика.
Зеленский и его «95-й квартал» — продукт украинского медиарынка. Вплоть до Евромайдана-2014 множество российских сериалов снимали на Украине, а местные студии успешно конкурировали со своими продуктами.
Государство на Украине, в отличие от российского, не пыталось организовать собственные пропагандистские излучатели. Украинский аналог Первого канала — «Ут-1», или «Перший», — никогда не попадал даже в пятерку популярных каналов. Проводное радио осталось на уровне 1980-х годов, а районки умерли за невостребованностью.
Центральные телеканалы, основные радиостанции, газеты, интернет-издания и журналы контролировала местная олигархия. Все это было создано в 1995 году и работает по сей день. Выросла лишь доля иностранных владельцев на внутреннем медиарынке.
Кабмин Ющенко — Тимошенко. Первые признаки внешнего управления
Сразу после победы Кучмы в 1999 году произошла пересменка исполнительной власти. Многолетний соратник по днепропетровскому клану и бывший мэр Днепропетровска Валерий Пустовойтенко подал в отставку, и президент № 2.1 внезапно предложил на должность премьера кандидатуру Виктора Ющенко, а в качестве вице-премьера — ближайшую соратницу только что разгромленного Лазаренко — Юлию Тимошенко.
Позже выяснится, что Ющенко системно продвигали на пост премьера западные партнеры и кредиторы Киева, а Тимошенко к тому времени тоже имела какие-то особые отношения в США. Еще в 1997 году она, малоизвестная дама-коммерсант из Днепропетровска, написала открытое письмо президенту США Биллу Клинтону, в котором пожаловалась на то, что украинскую компанию ЕЭСУ обделяют хищные российские газовики. И — о чудо — это письмо всплыло на двусторонней встрече Клинтон — Ельцин. Ющенко на тот момент возглавлял Нацбанк. Его покровителя — одного из создателей банковской системы Украины Вадима Гетьмана убили, после чего Ющенко стал как бы внеклановой фигурой, подчиненной лично президенту.
Не стоит забывать и о том, что кредиты МВФ и прочих западных фондов всегда являлись важным источником государственных доходов на Украине, поэтому глава Нацбанка — больше, чем просто администратор всех банкиров и повелитель учетной ставки. Незалежное государство не удосужилось обзавестись системными госбанками, поэтому Нацбанк напрямую работал с частными коммерческими финансовыми учреждениями.
Ющенко устраивал президента № 2.1, так как в 2000 году стартовал главный этап приватизации — финансовый. Готовились к продаже госпакеты стратегических предприятий, давно находившиеся в управлении тех, кого надо.
Юлия Тимошенко на посту вице-премьера сразу перешла к атаке на близкого к президенту газового олигарха Бакая, что вызвало еще больше вопросов о ее назначении. Зато с таким правительством и лояльным руководством Рады № 3 исчезла всякая левая угроза.
Дело Гонгадзе. Личинка майдана
В конце 2000 года на Украине разразился скандал, подобных которому в новейшей истории не было. Мороз, лишенный всех властных полномочий, но остававшийся популярным политиком, использовал трибуну Рады № 3, чтобы обвинить президента № 2.1 в похищении и убийстве журналиста Георгия Гонгадзе, публиковавшего статьи о коррупции в высших эшелонах украинской власти. Начались публикации расшифровок так называемых пленок Николая Мельниченко, сотрудника службы президентской охраны, где были записаны многочасовые беседы Кучмы с посетителями его кабинета. На виду оказались все ведущие политические и экономические игроки Украины. Поскольку беседы зачастую приятельские, наличествует много мата, скабрезностей и тупых шуток.
Кроме нравственного уничтожения власти, развернулся и детективный сюжет — журналист Гонгадзе действительно пропал. И он был не просто журналистом, а основателем первого серьезного политического интернет-издания «Украинская правда», которое наравне с «Зеркалом недели» занимало нишу изданий, определяющих политическую повестку. Оба проекта создавались при прямой помощи и финансировании фонда USAID (Агентство США по международному развитию).
Поначалу власть не обращала внимания на «дело Гонгадзе», пыталась спустить его на тормозах или замолчать. Однако это был не просто скандал — делом явно занимались профессионалы. «Пленки Мельниченко» вышли на международный уровень, и началось давление со стороны Запада.
Одновременно дал показания Лазаренко и рассказал, как они вместе с Кучмой воровали помощь МВФ. Европейские прокуроры опубликовали данные о махинациях в европейских банках помощника президента Волкова. Сложилась странная политическая ситуация: молодой и популярный премьер-министр, восхваляемый западными медиа, и президент, которого разве что в убийстве прямо не обвинили.
Тогда, на рубеже 2000–2001 годов, Киев переживал первую репетицию майдана. Площадь пытались занять протестующие, но их вытеснили подтянутые молодые хлопцы под видом дворников. По всей республике прошли митинги с лозунгом «Кучму — геть!» Львов, где региональная власть принадлежала правой оппозиции из «Руха» и подобным партиям, стал центром студенческого сопротивления.
Имя Гонгадзе превратилось в бренд, появились фирменные наклейки, значки и футболки. «Украинская правда» на долгие годы стала главным поставщиком политических скандалов и сенсаций. Из недр этой организации вырастет медийный застрельщик Евромайдана-2014 Мустафа Наем.
Президент № 2.1 оказался в патовой ситуации — Запад явно давил на него с целью отставки. Западные регионы страны, еще вчера обеспечивавшие поддержку, начали бузить. Юго-Восток, судя по результатам выборов, считал его предателем. Единственное, на что мог опереться Кучма, — на созданную им прослойку «хозяев экономики», захвативших контроль над Радой № 3.
Кризис прорвало в день рождения Тараса Шевченко — с тех пор 9 марта стало частью политического культа на Украине. В этот весенний день начальники теперь возлагают цветы к памятникам поэту. А 9 марта 2001 года в Киеве во время торжественных мероприятий произошла попытка то ли нападения на высших должностных лиц, то ли теракта, то ли захвата заложников. В те годы охрану мероприятий обеспечивали обычные наряды МВД, поэтому атака десятков подготовленных боевиков УНА-УНСО[9] была неожиданностью. И все происходило, напомню, на фоне бесконечных малых и средних митингов «Кучму — геть!», сменявших один другой в Киеве и Львове.
Дело Гонгадзе и «сериал» с «пленками Мельниченко» поставили крест на карьере Леонида Кучмы. Обладая слабым авторитетом, который был растрачен в бесконечных интригах против вчерашних соратников, президент № 2.1 оказался в ловушке собственных полномочий. Власти достаточно, но любое жесткое действие воспринимается как диктаторское и добивает авторитет.
Как мы увидим в дальнейшем, давление на Кучму усилится и его обвинят в продаже оружия Саддаму Хуссейну, после чего он откроет зеленый коридор для биолабораторий США на территории Украины и отправит украинские войска в Ирак для поддержки легитимности американской оккупации арабской республики.
Отставка правительства Ющенко — Тимошенко
Считалось, что попытка уличного госпереворота в 2001 году была на руку премьеру Ющенко: если бы Кучма под давлением улицы и Запада ушел в отставку, то премьер стал бы безальтернативным кандидатом. Однако майдан оказался слаб, МВД еще работало и Ющенко не рискнул поддержать протест, что, впрочем, не спасло его от отставки.
К тому времени Тимошенко на посту вице-премьера, курирующего ТЭК, начала открытую борьбу с конкурентами на энергетических рынках. Она пыталась вытеснить Суркиса из Облэнерго, мешала Бакаю развивать «Нафтогаз», а с Пинчуком устроила вражду за общие металлургические заводы. Всего за два года теневой коммерсант из окружения Лазаренко превратился в олигарха, который не таясь использовал правительственный пост в частных интересах.
Вместе с Юлией Тимошенко в украинскую политику пришла новая волна, политкорректно называемая «популизмом». По мне, это обычная хуцпа, но в политической обертке. Данное культурное еврейское явление, ставшее явлением политической культуры Украины, подробно разобрано в первом томе «Украинской трагедии». Говоря коротко, хуцпа — это публичная сверхнаглость.
Отставка если не всего правительства, то как минимум Тимошенко была ожидаема. В результате Рада № 3 объявила недоверие всему правительству, после чего Ющенко и Тимошенко прямиком отправились в оппозицию. Это серьезно изменило политический расклад — левая оппозиция, ограниченная площадкой Рады, получила влиятельных союзников. В те годы на Украине идеологические противоречия не были столь ярко выражены и Ющенко с Тимошенко не воспринимались как националисты, скорее, как прогрессивные и прозападные. Поэтому в результате отставки у них сформировался тактический альянс с левыми, неспособный развиться в союз, но имевший общую цель — реванш на очередных выборах в Раду, которые состоялись уже в 2002 году.