– А ты чего, Серый, решил милиции-то помогать? – поинтересовался Михайло Потапыч. – Ты же любовью к правопорядку никогда не отличался!
– Я совсем и не милиции помогаю! – серьёзно заявил Серый Волк. – Я в долгу у Миши, вот и хотел помочь парню! Да и сам не люблю всякую нечисть.
– А она, похоже, возвращается! – вмешалась в разговор Бабка-ёжка. И действительно, бежавшие монстры, ужастики разного калибра то ли сами сообразили, что утро ещё не наступает, то ли кто-то из начальников им подсказал.
Злобных красных точек глаз вокруг дома становилось всё больше и больше. И они приближались.
– Все на печку! – скомандовала Ёжка.
– Это ещё зачем? – засомневались представители мужского пола.
– Сил перебить их всех у нас не хватит. Придётся своими нестандартными способностями воспользоваться! – Бабка-ёжка была полна решимости.
В первую очередь она взяла мелок и провела им линию вокруг печки. Во-вторых, захватив свой тазик с клейстером, забралась на печку, где уже находилась команда юных детективов и присоединившиеся к ним Михайло Потапыч, Савелий да Алёша Попович, а также связанный Кощей.
Толпа страшилищ вбежала в дом и остановилась у линии, проведённой мелом вокруг печки. Стояли в нерешительности, перешёптывались.
– Вий! Вий! Позовите Вия! – послышались через какое-то время противные голоса.
– Да! Да! Позовите Вия! – присоединились к ним визгливые голоса.
– Вия! Зовите Вия! – вторили им хрипло шипящие.
Дом содрогнулся. В дверной проём с превеликим трудом протиснулось грузное, обрюзгшее тело. Толпа нечисти прижалась к стенкам.
– Он им сейчас задаст! – зловеще переговаривались черти с упырями и вурдалаками.
Миша почувствовал, как сердце уходит в пятки, зайчонок Хвостик прикрыл глаза ушками и затрясся, лягушонок спрятался за медвежонка.
– Я сейчас из Серого стану седым, – прошептал Волк.
Да и все остальные тоже струхнули, разве что богатыри да Михайло По-тапыч не показывали страха.
– Поднимите мне веки! Не вижу! – прогудел Вий страшным голосом. Группа чертей бросилась помогать своему «шефу».
– Получи, фашист, гранату! – задорно крикнула Ёжка и ловко плеснула клейстером прямо в Вия.
Клейстер был особый, быстро склеивающий.
– А-а-а! – завыл Вий, пытаясь продрать глаза, и завертелся юлой. Бабка-ёжка, то ли от хитрости, то ли от вредности, подсыпала в клейстер жгучего перца. Вий выл, чихал, размахивал руками, опрокидывая и давя своих сторонников.
Обороняющиеся, забыв про страх, с интересом наблюдали за Вием, гадая, к чему это всё приведёт. Самое главное, что Вий сейчас был более опасен для своих, чем для обороняющихся. Много он нечистой силы помял, подавил. Общими усилиями уцелевшие вурдалаки да гоблины вытолкали Вия на улицу.
В дверь осторожно просунул голову Дуремар, поводил бородавчатым носом, потом ненадолго исчез.
Через минуту он вошёл в дом вместе с Рыжим Лисом. За ними медленно вплыла ведьма, стоя в гробу.
Она выглядела достаточно молодой дамой в сером балахоне, с чересчур бледным лицом, растрёпанными бело-зелёными волосами. В руках она сжимала метлу.
Увидав спрятавшихся на печке, она злорадно усмехнулась:
– Попались, голубчики!
– Ах, это ты, противная ведьма, на нас, честных Ёжек, напраслину и поклёпы своими подлыми действиями возводишь, – вскипела юная Бабка-ёжка и схватила ухват, уселась на метлу и устремилась к ведьме как истребитель-перехватчик. Сыграла роль давняя нелюбовь всего рода Бабок-ёжек к ведьмам, с которыми их постоянно путают. Ведьма не растерялась, свистнула, гикнула, взяла свою метёлку как копьё, произнесла заклятье и ринулась навстречу разъярённой Ёжке.
Но ведь не зря Бабки-ёжки часто с богатырями дело имеют. Она ловко произвела манёвр и, перекинув ухват в другую руку, подцепила ведьму за шею, выбив ту из гроба. Ведьма грохнулась на пол, а Ёжка, усилив напор покрепче, пригвоздила злодейку к полу.
Ведьма извивалась, но вырваться из-под ухвата не могла. Гроб же, потеряв хозяйку, врезался в группу гоблинов, развалился и обсыпал трухлявыми досками свалившихся. А Ёжка, совершив победное пике, во время второго сорвала шляпу с Дуремара и вернулась на печку.
Противник был деморализован. Группа дрожащих чертей подошла к лежащей и орущей ведьме. Они с трудом вырвали ухват из пола. Ведьма со скрипом и стонами поднялась и заковыляла к выходу. Сражаться у неё желания не осталось – своя шкура дороже.
Но врагов всё ещё было очень много. Их пугала лишь линия, проведённая мелом вокруг печки. Рыжий Лис подошёл к Дуремару и что-то шепнул ему на ухо. Охотник за пиявками недоверчиво потряс головой. Лис продолжал его убеждать, периодически бросая взгляд в сторону печки.
– Жалею, что это не Емелина печка, самодвижущаяся! – сказал Михайло Потапыч. – Есть тут у нас в деревушке один изобретатель! Уехали бы отсюда!
Тем временем Рыжий Лис наконец-то убедил Дуремара, и тот согласно кивнул. После этого Дуремар сделал осторожный шажок по направлению к меловой линии, окружавшей печку. Потом ещё шаг, и ещё один. Присел, посидел, как будто на что-то решаясь, затем принялся руками стирать меловую линию. И ничего не случилось! Затем он всё более и более уверенно стал убирать следы мела.
– Хи-хи-хи! – облегчённо захихикал Дуремар. – Вот и всё ваше колдовство!
– А вот твоя шляпа, – только и смогла ответить Ёжка, запустив в Дуре-мара его шляпой, предварительно плюнув в неё.
– И что?! Это всё, на что вы способны? – продолжал издеваться тощий пиявочник. Он забыл, что и плевок может быть волшебным. Словно взрыв-пакет взорвался в руках Дуремара: «Бабах!» Когда дым развеялся, все увидели Дуремара, стоявшего с раскрытым ртом, всё лицо было в саже, волосы стояли дыбом.
– Ну что, дозлорадничал? – выкрикнул зайчонок Хвостик.
Рыжий Лис оттащил ошалевшего Дуремара в сторону, чтобы он не мешал нечисти атаковать засевших на печке.
И атака началась…
Было понятно, что защищающиеся долго не продержатся. Слишком неравны силы. И вот бой уже шёл у самой печки.
– Кощей развязался! – послышался крик.
– Ну вот ещё, того не легче! – вырвалось у Алёши Поповича.
Но ситуация неожиданно изменилась в лучшую сторону для обороняющихся. Кощей, подняв оставленный Бабкой-ёжкой ухват, стал дубасить вурдалаков да гоблинов. Уж ему-то, Бессмертному, никто не страшен.
– А! – кричал Кощей. – Нет у вас Золотого Яйца, а всё туда же – хотели заставить Бессмертного плясать под вашу дудку! Получите!
От напора Бессмертного злодея, на этот раз принявшего сторону Добра, нечисть стала отступать. Вот уж чистая философия: Зло может надоесть даже Злу.
На самом деле Кощей не развязался сам. Его освободил Миша, поняв, что в данном случае Кощей будет союзником и всё сделает для того, чтобы кто-то им командовал. А так как у Мальчихиша-Плохиша и его подручных нет Золотого Яйца, то и распоряжаться они им не могут.
И Кощей оправдал ожидания Миши.
Злодей, он и поступал всегда как злодей, никогда не прикрываясь добрыми масками, как это делал Плохиш. Тот одно время носил маску мудрого градоправителя, сейчас – благородного защитника лесной Думы.
Под доброй маской он иногда раздаривал лесному народу подарки, правда, чаще всего за чужой счёт.
А на самом деле обкрадывал и обманывал свой народ, убирал с дороги неугодных ему. По поговорке: «Я знаю, что в честном бою ты меня одолеешь, а ты попробуй в нечестном!»
В определённом смысле Кощей поступал даже более благородно, никем не прикидывался, пакостей за спиной не делал, а злодействовал напрямую. Бойцы богатырского спецназа даже уважали Кощея как старого злобного врага, но с определёнными принципами.
– Вот вам за Золотое Яйцо! – кричал Кощей, нанося стремительные удары.
Нечисть орала, визжала, махала оружием и своими конечностями, но ничего не могла сделать с Кощеем. Тот только посмеивался.
Рыжий Лис пытался организовать сопротивление натиску Кощея. Если бы не зомби, которые никого не боятся, у него ничего бы не получилось.
Зомби, сбившись в кучу, пошли на Кощея. И тому тоже пришлось несладко. Он начал медленно отступать. Чем бы всё закончилось, сказать трудно. Вдруг раздалось: «Трах! Бам-барах!»
– Работает спецназ! – прогудел суровый голос в мегафон. – Всем сложить оружие и лечь на землю! Иначе мы за себя не отвечаем!
– Ну, наконец-то! – облегчённо вздохнул Алёша Попович. – Илья Муромец с отрядом появился! Сейчас полетят от нечисти клочки по закоулочкам!
– Ура! – дружно закричали юные детективы.
Спецназ работал грамотно, атаковал решительно. Убежать нечисти не удалось, схвачены были все или почти все, в том числе Дуремар, Ведьма и Вий. Причём Вий так и не смог открыть глаза.
Злыдней загрузили в машины, предварительно связав или надев на них наручники.
Связанные ругались, шипели, производя слишком много шума, но это не раздражало, скорее, наоборот, вызывало радостное чувство победы.
– Ну что, героические защитники, отбились? – в изрядно пострадавшую от штурма избу вошёл командир богатырского спецназа полковник Илья Муромец. – А то уж мы не чаяли успеть, боялись, что сгубят вас ироды! А вы их и сами потрепали изрядно! Одно слово – «МОЛОДЦЫ!»
Миша, Петя и Хвостик с восхищением смотрели на героического начальника. О его подвигах были наслышаны все.
– Вовремя ты, Илья! – сказал Алёша Попович. – Я уж думал, что нам конец! Если бы не друзья, туго бы нам пришлось!
Команда детективов засветилась от счастья.
– Всех бандюг поймали? – поинтересовался Михайло Потапыч.
– Вроде всех! – ответил Илья Муромец.
– Странно, я что-то Чёрного Кота не видела, – удивлённо произнесла Бабка-ёжка. – А мы тут было подумали, что он с ними участвовал в разных пакостях! Выходит, мы напрасно плохо про него думали!
– Чёрный Кот? – удивился Илья. – Нет. Никакого Кота с ними не было.
– Да, непонятна пока роль Чёрного Кота! Хотя до этого мне была абсолютно ясна картина. Впрочем, он может сейчас выполнять задания Мальчихиша-Плохиша где-нибудь в другом месте.