Понятно, что при таких условиях нереально, чтобы все шло по протоколу.
Патолого-анатомическое исследование началось в 8.45. Сначала судебный патологоанатом отметил, что кости ноги завернуты в белую плотную бумагу, выданную генетической лабораторией Института судебной медицины и судебно-медицинской экспертизы. То, что кость уже изучалась в генетической лаборатории, также было очевидно из-за синтетической смолы, закрывающей то место, откуда был взят фрагмент для экспертизы ДНК. Взять ткани для экспертизы ДНК перед тем, как кость будет отправлена патологоанатому для судмедэкспертизы, — обычная процедура, так как патологоанатом должен определить причину смерти, а не происхождение кости. Кости были помечены «левая бедренная» и «левая большеберцовая». Когда патологоанатом начал работать, все останки были очищены и сфотографированы экспертно-криминалистической службой для досье.
Д-р Морено, следуя стандартной процедуре, определил, что это человеческие кости. Пол и возраст не могут быть определены по кости ноги. Патологоанатом не нашел трещин или следов порезов или травм, но в большеберцовой кости обнаружил следы корней растений и признаки периостита, или воспаления костной ткани. Он связал это с условиями гигиены и состоянием здоровья. Но теперь мы знаем, что такое воспаление может также начаться из-за перенапряжения или падения. Это патолого-анатомическое заключение не прибавило ничего к уже имеющимся у нас сведениям.
Из другого заключения мы узнали, что тремя месяцами ранее, 19 июня, тот же эксперт, работая под руководством вышеупомянутой д-ра Бандел и д-ра Вилфредо Питти, произвел патолого-анатомическое исследование тазовой кости, принадлежащей молодой взрослой женщине. Тазовая кость не носила следов повреждений, вызванных заболеванием или переломом, или следов, указывающих на преступление. Тем не менее на кости были обнаружены следы животных, хищников или грызунов, а также ее варили в течение четырех часов.
В отличие от заключения по костям ноги, мы не нашли ничего, указывающего на взятие из тазовой кости материала для экспертизы ДНК.
Могла ли экспертно-криминалистическая служба Панамы из-за оплошности не исключить возможность, что Крис Кремерс до сих пор жива? У нас не было заключения о патолого-анатомическом исследовании фрагмента ребра, но у нас были результаты экспертизы ДНК, по крайней мере так называлось заключение.
Когда мы наконец открыли результаты экспертизы ДНК, то надеялись получить больше ответов. К нашему величайшему удивлению, в заключении мы прочитали, что ступня, большеберцовая кость и бедренная кость были однозначно идентифицированы как принадлежащие Лисанн Фрон, идентифицирован был и фрагмент ребра Крис, найденный в августе, но совпадений с тазовой костью не было обнаружено. Мы сразу же начали сомневаться в верности идентификации фрагмента ребра. Помимо всего прочего, он был обнаружен в одно время с несколькими другими костями. Кости принадлежали мужчине, ребенку, индианке и животному, из-за чего у нас создалось впечатление, что это было содержимым могил аборигенов, размытых сильным дождем. Мы помнили об утверждениях Стеффенса, и теперь мы думали, что фрагмент ребра Крис мог быть сфабрикован. Позднее мы услышали от Института судебной экспертизы Нидерландов, что маленькие фрагменты кости обычно растирают в порошок, чтобы извлечь ДНК, и по этой причине их можно исследовать только один раз, и тут наше воображение разыгралось. Пыталось ли правительство Панамы скрыть свою ошибку, объявив Крис мертвой после заключения о том, что ей принадлежит фрагмент ребра, притом что ДНК из тазовой кости не была получена? Могли ли люди зайти так далеко в своих аферах ради того, чтобы спасти туристическую индустрию?
Подсознательно мы понимали, что делаем выводы, основываясь на неполной информации. Но мы не могли избавиться от чувства, что происходит что-то странное. Должно было быть больше заключений, таких как результаты экспертизы ДНК тазовой кости. И только в том случае, если это заключение на самом деле отсутствует, мы можем считать утверждение Стеффенса близким к истине.
Согласно отчетам, с которыми мы ознакомились, объявление о признании человека погибшим может основываться только на обнаруженных костях, если они являются основными костями — между тазовой костью и черепом. Очень жестокий подход: кто-то, потерявший руки или ноги, не обязательно мертв. Строго говоря, даже Лисанн могла быть жива, как это иногда предполагалось на форумах. Но все же мы никак не могли представить себе такой итог.
«Интернет — форма внеземной жизни», — как-то сказал в интервью Дэвид Боуи. Погрузившись в мир ведущих СМИ и особенно онлайн-детективов, мы поняли, что означали эти слова. Без доступа к полному полицейскому досье книга не сделает свой вклад в историю Крис и Лисанн и даже может вызвать еще более дикие домыслы. Так мы думали, пока не связались с Бетсайдой Питти Черруд через RHWW Rescue Dogs. В то время она была прокурором в деле Крис и Лисанн, но сейчас она оказывает юридическую помощь жертвам домашнего насилия. Мы познакомились с яркой, типично латиноамериканской женщиной, говорящей искренне. Она до сих пор подвергается резкой критике на различных форумах, из-за своего участия в этом деле. Она сказала, что многие нападки в ее адрес берут свое начало в незнании фактов и отсутствии юридических знаний. Один из нас изучал право, так что мы понимали, что имеет в виду Бетсайда Питти.
Не делиться всей информацией с прессой во время расследования — стандартная полицейская практика. Если преступник на свободе, вы, как прокурор, должны придержать определенные сведения, которые мог бы знать только убийца, с целью определить, не признается ли обвиняемый, с которым вы работаете, в преступлении, которого он не совершал, чтобы не осудить невиновного. Это работа прокуратуры — определить, основываясь на фактах, произошел ли несчастный случай или было совершено преступление. И если определено, что совершено преступление, все равно необходимо установить, есть ли достаточные доказательства, чтобы кто-то предстал перед судом. Часто всплывающие во время следствия имена могут быть поводом для разработки определенных линий расследования, но их недостаточно, чтобы указать на преступника.
Прокуратура Панамы допустила ряд критических ошибок, за которые прямую ответственность несет именно Питти. Например, история с исчезнувшим полиэтиленовым пакетом с мусором, на котором, возможно, могли быть следы, имеющие отношение к обстоятельствам исчезновения Крис и Лисанн. Затем мы регулярно читали о красном пикапе, упоминаемом не один раз, которым прокуратура так и не занялась. Или проведенное NFI исследование рюкзака и бюстгальтеров, которые были низкого качества; они так и не обеспокоились изучением оставленных на них отпечатков пальцев и следов ДНК. Места, в которых были найдены останки, вызвали споры: кости были либо спрятаны в дикой природе, либо обнаружены среди других, преимущественно более старых костей. Что касается изучения фотографий, мы не раз читали о том, что и нидерландские, и панамские власти плохо справились с этой работой. Даже занимающиеся расследованиями журналисты и телеканал Discovery выразили свои сомнения относительно этого.
В течение нескольких недель после нашего общения с Питти мы получили в свои руки 2656 страниц полицейского досье плюс оригинальные фотографии, и теперь нам нужно выполнить огромную работу по переводу. Мы решили, что один из нас сосредоточится на переводе и анализе досье, а второй напишет первую часть нашего исследования.
До этого момента мы, Юрген Снурен и Мария Вест, описывали наше исследование в период с августа 2019 года до сентября 2020 года. В начале сентября 2020 года мы связались с прокурором Бетсайдой Питти и лесником Аугусто Родригесом Мелендесом, а также волонтерами RHWW и судебным патологоанатомом Франком ван де Готом. Вместе с ними мы перенеслись в Бокете 2014 года.
Часть 3Поиски
«Многие заблудившиеся люди чувствуют иррациональную уверенность в том, что их никто не ищет.
Когда ведутся активные поиски, они даже не отзываются на имена.
Некоторые не обращают внимания на летающий над головой вертолет».
Глава 17
Когда я взялась за дело Крис и Лисанн, поиски велись уже две недели. Так как никаких следов девушек не было обнаружено, нельзя было исключать преступление. Это заставило панамское правительство сократить поиски и поручить расследование прокуратуре, которая занялась этим печальным делом в середине апреля 2014 года.
Я хорошо помню брата Лисанн, он сказал мне, что его сестра приехала в Панаму, чтобы учить испанский язык и работать волонтером. Она была очень расстроена не только потому, что не получилось работать в Aura, но и потому, что приступить к работе в Casa Esperanza она могла только через неделю. Так что Крис и Лисанн искали себе развлечения, чтобы заполнить дни.
Девушки никому не рассказывали о своих планах, поэтому нашими важнейшими источниками информации были показания свидетелей. Такие люди, как сотрудники языковой школы, гид Плинио Монтенегро, таксист Леонардо Мастину и живущие на тропе Эль-Пианиста, помогли нам составить первую хронологию событий. Туристы и любители пеших походов с гидами ходят по тропе Эль-Пианиста к Мирадору и обратно, и местные жители обычно не обращают на них внимания. Последняя часть маршрута идет через джунгли, и это не то место, через которое стоит идти в одежде, которая как следует тебя не защищает. Девушка были в шортах — это выделяло их от остальных. Несколько местных жителей видели двух европейских женщин, идущих вверх по тропе. Обратите внимание: в то время мы еще не знали, что в тот день было надето на Крис и Лисанн.
Плинио Монтенегро думал, что он видел девушек на полпути вверх по тропе Эль-Пианиста. Он описал двух женщин, на обеих были брюки кремового цвета, на одной короткие, на другой длинные. И только когда Монтенегро увидел фотографии Крис и Лисанн на плакате, он понял, что точно никогда их не видел. Он немедленно сообщил об этом.