Сильный дождь и густой туман царили в районе за тропой Эль-Пианиста, вынуждая их ждать, пока полет станет возможным. «Обычно подобные перелеты занимают пятнадцать минут, — объяснил Джон, — но в тот день у нас ушло полтора часа; по дороге мы не видели горы, так как туман висел очень низко. Кроме того, у нас не было связи с другими волонтерами RHWW». Последний пункт назначения делал атмосферу еще более угнетающей, особенно учитывая то, что одного из спасателей оставили в Давиде.
Пастбища с домиками были пропитаны влагой, а нижние участки покрыты тяжелым туманом, что было обычно для этого времени года. По фотографиям кажется, что было холодно, но на самом деле температура днем поднималась до 38 градусов.
Когда все прибыли в Альто-Ромеро, обещанные носильщики отсутствовали, но разочарование команды RHWW быстро исчезло, так как путь до реки был коротким. Тем не менее было принято решение взять с собой только самое необходимое, а остальное оставить в деревне. В среднем рюкзаки весили около 27 килограммов. «Когда я надела свой рюкзак в отеле, то упала на спину», — сказала, смеясь, Ханнеке. Палатки, надувные матрасы и корм для собак составляли большую часть веса. «Плюс ко всему у нас был ноутбук, чтобы все фиксировать».
Наконец они отправились под предводительством Рэмбо. Бетсайда Питти и группа солдат также пошла с ними. Прямо перед отправлением Рэмбо поднял рюкзак Ханнеке. «Он посмотрел на меня с видом, что мы сошли с ума идти с таким тяжелым рюкзаком», — рассказала она.
Маршрут шел через пастбища и густые джунгли. «Почва представляла собой светло-коричневую глину, которая во время дождя становилась очень скользкой, — сказал нам Хан. — Мы скатывались по всему маршруту».
Первая остановка должна была быть в доме семьи Маркуччи. Когда прошло уже два часа, а финки все еще не было видно, кто-то из RHWW спросил, сколько еще идти. Этот вопрос задавался регулярно в течение следующих двух часов. Рэмбо всегда показывал жестами, что они уже почти пришли.
«Постепенно я начал волноваться, — сказал Джон. — Было невероятно сыро, с каждым шагом мы по щиколотку тонули в грязи».
Местные жители сообщили, что так сыро не было уже семь лет.
Хана это беспокоило меньше: «Я очень внимательно смотрел, куда идет моя собака, и шел по ее следам». Как бы то ни было, он тоже описал поход как тяжелый, и, как и все остальные, он все больше беспокоился о возможности выполнить задание.
«У нас сформировался такой образ выполнения поставленных задач: днем идти по берегу реки с собаками, а вечером обсуждать итоги, собравшись вокруг костра», — сказала нам Ханнеке.
Но погодные условия совершенно не подходили тому представлению, которое заранее сформировалось у членов RHWW.
Наконец они пересекли лужайку, покрытую туманом, на которой пасся скот, и увидели детей, идущих к ним на помощь.
После четырех долгих часов пути через густой слой грязи группа наконец дошла до финки Маркуччи. Так как было уже поздно, они решили перенести на следующий день поход к тому месту на реке, где был найден рюкзак Лисанн. Семья Маркуччи оказалась большой и гостеприимной — двенадцать человек, но жили они очень бедно, домик был слишком маленький, чтобы там можно было разместить всех участников и оборудование. По фотографиям стало ясно, что это жилье вряд ли можно назвать домом. Этот дом представлял собой балки с деревянной остроконечной крышей, на полу ничего не было. Под крышей были закреплены широкие доски. Во время сезона дождей вода текла прямо через жилище.
Группу беспокоило то, что все было ужасно сырым. «Лапы собак должны быть сухими, иначе они начнут гнить». Они решили послать Хана на разведку на следующий день.
Вокруг финки бродили куры. «Барневелдерс», — сказала Луиза. Но вокруг также бегали кошки и собаки. «Сначала мы не понимали, как все эти животные реагируют друг на друга, — сказал Джон, — но потом заметили, что они не обращают друг на друга внимания».
К концу дня Луиза дала одной из куриц несколько кусочков сладких вафель. «Через минуту ей скрутили голову, и она пошла на суп», — сказала она.
Так как не было достаточно места, они решили, что женщины и дети будут спать на досках, а мужчины и собаки лягут на полу. «Невозможно было найти сухого местечка, так что мы просто поставили свою палатку в грязь», — рассказал Джон. Члены группы легли рядом друг с другом в спальных мешках, чтобы было теплее, так как ночью температура упала примерно до 10 градусов. Креста была единственной женщиной, которая решила переночевать с мужчинами. «Я не хотела оставлять свою собаку одну», — объяснила она свое решение.
На следующий день Хан пошел вместе с Рэмбо и солдатами к тому месту, где был найден рюкзак. Он взял с собой портативную видеокамеру, чтобы записывать каждый шаг. Им пришлось идти два с половиной часа от финки Маркуччи.
По пути обстановка не становилась лучше. «На полпути к месту мы дошли до шалаша, — сказал Хан. — Четыре деревянные балки, покрытые полиэтиленом». Его крыша закрывала площадь не более одного квадратного метра. «Там совершенно невозможно ночевать», — сказал он.
Когда они подошли к реке, стало еще хуже, чем у финки Маркуччи. «На берегу не было ровного места, где можно было бы поставить палатки, там были только огромные замшелые валуны. Кроме того, течение было слишком сильным, собаки не могли бы зайти в воду». Вдобавок ко всему были паводки. В самый неожиданный момент уровень воды поднимался на несколько метров, и все, что находилось на берегу, смывало, в том числе палатки. Это угрожало жизни. После быстрого обсуждения группа решила идти обратно на вершину. «Мы не могли позволить собакам искать там», — сказал Хан.
В то время когда был найден рюкзак, Чангвинола была сравнительно узкой рекой, которая тихо струилась, но теперь уровень воды поднялся почти на полтора метра.
Тем временем Луиза и Джон обсуждали ситуацию в доме семьи Маркуччи. Палатки нельзя было поставить, потому что земля была сырой и неустойчивой. И как бы семья ни старалась сделать так, чтобы гостям было удобно, финка не подходила для такого количества человек, не говоря уже о собаках. Команда хотела прервать экспедицию и вернуться в Альто-Ромеро в тот же день. «Все, я имею в виду абсолютно все в доме, было сырым», — сказала нам Луиза. «Джунгли были туалетом, — сказала Ханнеке. — Если тебе надо было выйти, тебя сопровождали солдаты».
Но все же они хотели сначала дождаться доклада Хана. Помимо всего прочего, панамские власти организовали для них эти поиски. Как они могли сказать им, что поиск прекращен?
Когда через пять часов вернулся Хан, вердикт был ясен: не делать этого. Внизу грязи еще больше, чем у финки Маркуччи, в некоторых местах можно провалиться по пояс. Собаки просто не смогут там пройти, не то что искать следы. «Если бы мы знали, как обстоят дела, мы бы не поехали», — сказала Луиза.
Бетсайда Питти советовала не заниматься поисками в январе и предложила приехать позже, когда будет суше, но RHWW не знали об этом. Они не знали, как сказать прокурору о том, что они хотят вернуться в Нидерланды.
«Я увидела облегчение в ее глазах, когда сообщила ей об этом», — сказала Луиза. Питти тоже думала, что операция была слишком опасной. Паводки похожи на лавину: они происходят внезапно, в любое время. Вероятность, что кто-то из собак или кинологов погибнет, занимаясь поисками в реке Чангвиноле или на ее берегах, была очень велика.
«Она действительно делала все, что могла», — сказали нам RHWW.
Хан, который уже в течение пяти часов шел пешком, ужаснулся, когда Луиза и Джон предложили прямо сейчас пойти обратно в Альто-Ромеро. Тем не менее он согласился ради благополучия команды и собак.
«Было больше 38 градусов, и временами мы шли под палящим солнцем по скользкой поверхности, в которую ты постоянно проваливаешься», — сказал Джон. Насчет возвращения в Альто-Ромеро они были единодушны: оно было адским. Вскоре после начала похода Луиза начала падать. Сначала другие подумали, что у нее солнечный удар, но Джон, который в повседневной жизни работал в противопожарной службе, опознал симптомы, от которых она страдала: это был токсический шок из-за того, что она получила более двухсот укусов мошек. «Рэмбо почти тащил ее всю дорогу до деревни», — сказал он.
Сама Луиза мало что об этом помнила, кроме того, что ей казалось, что она вполне может идти сама. «Вы идите вперед, а я следом», — говорила она. И даже теперь, семь лет спустя, члены группы качают головами. «Нет, Луиза, — говорит Джон, — ты бы не справилась». Но Луиза была не единственным заболевшим членом группы, Йос тоже неважно себя чувствовал. «Я ходил туда-сюда между этими двумя», — сказал нам Джон.
«Я до сих пор вижу себя, стоящую на тоненькой полоске тени, — рассказала Креста. — Я видела Луизу, стоящую метрах в тридцати ниже, с ней были Рэмбо и Джон. Я очень хотела пойти к ней, но подумала, что просто не осилю это.
Из-за этого ты чувствуешь себя очень плохо, потому что хочешь помочь другому».
Хан тоже ходил туда-сюда между Йосом и Луизой. «Я уже перегрелся», — сказал он сухо. Обратный путь забрал у него много сил.
Джон был очень взволнован: «Машина „Скорой помощи“ или вертолет не смогли бы добраться туда, где мы находились. Если бы Йосу или Луизе стало хуже, они бы не получили медицинскую помощь».
Наконец им удалось добраться до Альто-Ромеро. И снова они разместились в маленьком школьном здании. «На этот раз мы поставили палатки». Это было сделано для того, чтобы ежедневный тропический ливень не протекал через крышу ночью. Несмотря на все приготовления, в ту ночь они все равно промокли.
Хотя состояние здоровья двоих спасателей, заболевших по пути, улучшилось в Альто-Ромеро, Луиза не помнила почти ничего о днях, проведенных в деревне, где они ждали, когда погода улучшится.
Через два дня группу забрали. Семья Маркуччи прошла пешком весь путь до Альто-Ромеро, чтобы проводить их.
В Панаме спасатели