Наконец Эйлин вернулась в языковую школу. В 17.00 она позвонила Фелициано Гонсалесу. Крис и Лисанн до сих пор не вернулись домой, и она предложила вместе пойти в полицию. Нет ничего странного в том, что Эйлин попросила гида пойти с ней, помимо всего прочего, она почти не говорила по-испански. Плюс, кроме одного гостя из Лихтенштейна, в языковой школе никого не было, а она сама пробыла в Бокете всего несколько дней, так что не знала никого, кто мог бы ей помочь. Гонсалес согласился. Но полиция не могла принять заявление без документов, подтверждающих личность девушек. Эйлин и Гонсалеса попросили взять их у Мириам.
Во второй раз за этот день Эйлин и Гонсалес вошли в комнату Крис и Лисанн в сопровождении Мириам Гуэрры, но без полиции — из-за другого чрезвычайного происшествия не было свободного полицейского.
В комнате они нашли только паспорт Крис. Они решили пойти в языковую школу, где Эйлин могла бы посмотреть необходимую информацию о Лисанн в документах бронирования. После того как вся информация была собрана, Эйлин и Гонсалес вернулись в полицию, чтобы написать заявление. К этому времени солнце уже село, поэтому дежурный полицейский посоветовал им проинформировать Синапрок рано утром, когда можно будет начать поисковую операцию.
Четверг, 3 апреля
Утром Фелициано Гонсалес пришел в офис Синапрок. Он сообщил присутствовавшим там сотрудникам, что 1 апреля две девушки не вернулись в принимающую семью. Возможно, они отправились в поход. Гонсалес и сотрудники договорились отправиться их искать. Гид пошел домой, чтобы переодеться (в свою финку, смотрящую на район тропы Эль-Пианиста), а затем присоединился к поисковой группе, которая ждала его на самом крутом участке маршрута. Они только-только начали, как поступил звонок из офиса Синапрок, и им приказали возвращаться. Они должны были дождаться возвращения из Давида командира. Сначала сотрудники Синапрок хотели нарушить этот приказ, потому что считали, что это пустая трата времени, но затем они решили его выполнить. Вот почему Фелициано Гонсалес пошел к Мирадору один. По дороге он переговорил с Ласаро Р., живущим в последнем доме перед вершиной. Тот сказал, что около 16.00 видел, как Крис и Лисанн идут вверх по тропе, но не видел, чтобы они возвращались. Но у Ласаро вроде бы было плохое зрение.
Исходя из этой информации, Гонсалес решил также обыскать участок Змеиной тропы.
Когда два часа спустя он дошел до пастбища, так и не найдя следов Крис и Лисанн, он, уставший, вернулся в Бокете. По дороге Гонсалес поговорил с другими людьми, жившими вдоль тропы Эль-Пианиста. Некоторые из них подтвердили слова Ласаро: они видели, как девушки шли наверх, но никто из них не видел, как они шли обратно.
Главными свидетельскими показаниями, которые не давали восстановить точную хронологию событий до того, как был обнаружен рюкзак Лисанн, были показания владельца Casa Pedro и таксиста Леонардо Мастину. Дополненные другими показаниями, цитируемыми прессой, эти два заявления вели к «ранней» и «поздней» хронологии событий 1 апреля. Мы также часто встречали утверждения, что Крис и Лисанн пошли по тропе не 1 апреля, а 31 марта или 2 апреля. Обладая актуальной информацией, мы еще раз рассмотрели хронологию событий.
Если мы посмотрим на данные телефонов за 31 марта, то увидим перерыв в их активности примерно с 14.00 до 16.42. Даже если не принимать во внимание заявление продавщицы Аны, сказавшей, что она разговаривала с ними в это время, два часа сорок минут — слишком короткий временной период, чтобы пройти по тропе Эль-Пианиста, даже по ее части. Просто учитывая время в пути от центра Бокете до начала тропы и обратно, остается всего полчаса.
1 апреля в 11.04 вышка сотовой связи у ресторана Il Pianista соединилась с айфоном Крис. Последний контакт с вышкой сотовой связи зафиксирован в 13.38 на Змеиной тропе, в двадцати трех минутах пути от Мирадора. Через шестнадцать минут была сделана последняя фотография Крис Кремерс.
NFI определил, что разница между временем, выставленным на камере, и реальным временем составляет шесть часов пять минут. На самсунге Лисанн было установлено панамское время. Телефон показывает, что 1 апреля в 13.14 и 13.15 были сделаны фотографии. По этим фотографиям можно сделать однозначное заключение, что они были сняты на Мирадоре, так как они соответствуют снимкам, найденным на карте памяти фотокамеры.
Принимая все это во внимание, нам кажется невозможным, чтобы Крис и Лисанн шли по тропе в любой другой день, кроме 1 апреля.
В полицейских отчетах мы нашли показания двух таксистов, уверявших, что везли Крис и Лисанн. Один — Леонардо Мастину, которого мы уже знаем, второй — Умберто Г.
Мастину заявил следующее: «У входа в Пальмиру меня остановили две иностранки, которых я довез на такси до парка Бокете, где спросил их по-английски, куда им надо. Одна из них сказала мне — „Бокете“. А вторая ответила по-испански, что они собираются к тропе Эль-Пианиста. Я отвез их к тропе. Когда мы доехали, они спросили меня, это ли начало тропы. Я ответил, что да».
Это могло относиться как к единственной дороге в район Пальмира, где находятся языковая школа и дом Мириам Гуэрры, так и к входу в хостел Casa Palmira. Оба места расположены рядом с языковой школой, на перекрестке Калле-Сентраль и Западной автострады 8а.
В своем заявлении Мастину недвусмысленно сказал, что обозначил ресторан Il Pianista как начальную точку тропы.
Умберто Г. сказал, что 31 марта в 13.15 он посадил в такси двух иностранок у Bruna Super Center. Они хотели, чтобы их высадили у начала тропы. Умберто Г. сообщил об этом Синапрок как один из первых свидетелей, он сказал, что девушки сидели на заднем сиденье и он на них не смотрел.
Но сейчас, если посмотреть на данные вай-фая и данные телефонов, очень сомнительно, что хотя бы один из таксистов подвозил Крис и Лисанн.
В те первые дни и недели после исчезновения девушек свидетели утверждали, что видели Крис и Лисанн в разное время и в разных местах, а также в разной одежде. Мы сделали обзор всех временных периодов, когда девушек замечали местные.
Удивительно, что каждый упоминал черный рюкзак. И только когда рюкзак Лисанн был обнаружен, полиция увидела, что он был в фиолетово-голубую клетку с ярко-голубой подкладкой, а вовсе не черный. Также поражает то, что ни один свидетель не описал правильно майку Крис, которая была на ней в день исчезновения: она была в вертикальную белую и оранжевую полоску.
Бокете — маленький городок, по которому бродит множество туристов, а Эль-Пианиста является одной из местных достопримечательностей, и по ней туристы ходят чаще всего. Для местных жителей европейские женщины мало чем отличаются друг от друга на первый взгляд. Кроме того, как это ни парадоксально, с самого начала расследование затруднял энтузиазм поисковых команд. Их деятельность привела к тому, что свидетели были «проинформированы» еще до того, как у полиции появилась возможность опросить их. А начиная с 7 апреля распространялись листовки, и лица Крис и Лисанн появлялись в газетах и телепрограммах.
В те дни следователи активно опрашивали свидетелей. Но иногда проходило больше недели, прежде чем они могли поговорить с людьми, живущими вдоль тропы. С точки зрения полицейского расследования, воспоминания могут быть искаженными и включать в себя то, чего на самом деле никогда не было.
Как объясняет психолог Харальд Меркельбах, «в хороших для наблюдения условиях свидетель может точно идентифицировать личность. Но это является верным только в том случае, если свидетель в период с момента совершения преступления до очной ставки не подвергался влиянию других свидетелей или СМИ. Это имеет отношение к тому факту, что свидетели могут отлично запомнить важные события, но часто трудно реконструировать, откуда взялись эти воспоминания».
Последнее, также называемое экспертами «помехами», — потенциальная проблема. Большинство свидетелей из местного населения были опрошены полицией только начиная с 6 апреля, почти через неделю после исчезновения и в то время, когда весь городок шумел и все говорили о Крис и Лисанн. Если свидетели видели других девушек, они легко могли быть убеждены, что это должны были быть эти девушки. Особенно если они выглядели настолько похожими, как, например, немецкие девушки, одна из которых была того же роста, что Лисанн, а вторая — рыжеволосая.
Помимо всего прочего, Бокете полон туристов. Насколько местные замечают проходящих мимо женщин? Легко предположить, что свидетели добавили выдуманные детали к своим воспоминаниям.
Например, в показаниях Мартины X. мы прочитали следующее:
«— Я была дома, когда увидела проходивших мимо девушек.
— Как вы узнали, что это были Крис и Лисанн?
— Две девушки шли вместе. Через три дня зашел гид Фелициано Гонсалес. Он показал фотографию и спросил, видела ли я этих женщин, и я их узнала».
Мартина добавила, что «стемнело раньше, потому что погода была плохая», хотя 1 апреля погода была прекрасная.
«Память не работает как видеокамера, — говорит Джон Уикстед, психолог из Калифорнийского университета. — Она создает истории, основанные на опыте. Неточности позже заполняются иногда ложной информацией. Чем меньше мы уверены в своей памяти, тем больше мы заполняем ее информацией, полученной из различных источников. Это процесс, который мы не осознаем. Вот почему многие свидетели так убеждены, что „на самом деле видели что-то“».
В течение недели после исчезновения девушек весь Бокете заполнился плакатами и листовками, на которых были лица Крис и Лисанн. Помимо полиции поисками свидетелей активно занимались частные детективы, а группы экспатов и гидов ходили по окрестностям и опрашивали жителей. Вот почему после 5 апреля невозможно говорить о верных свидетельских показаниях.