.
— Это уж точно! Я уже стал думать, что он никогда не решиться. Продолжай.
— Он велел передать, что твой план вполне осуществим, если правильно выбрать время и место удара. Он готов помочь в обмен на мирную жизнь нового поколения соларианцев. Наследие не должно пострадать при смене власти.
— Ты говоришь о детях, не так ли? Это меня устраивает, тем более я давно издал строгий запрет. Детей мы не трогаем, только тех взрослых кто настолько глуп, чтобы сопротивляться переменам. Беглецы Клифов могут вернуться назад — их никто не тронет. Если захотят, могут и дальше жить здесь, но я бы не советовал. Скоро этот сектор запылает, и превратиться в одно большое поле боя. Хранители не желают примиряться с потерей своего влияния и поставок продовольствия. Мои шпионы сообщают, что они готовят большую армию, чтобы отбить поселение и восстановить здесь своё влияние. Что ещё хочет твой отец за помощь? Власти?
— После того как будет захвачен командный мостик, а капитан Блэр повергнута, ты должен выполнить данное тобой обещание и привести всех к обитаемой планете на краю спиральной туманности, о которой столько рассказывал. Полёт Ковчега и так слишком затянулся. Ещё немного и все начнут вырождаться, грызясь за скудные ресурсы. Моему отцу прекрасно известно, что ты хочешь нам всем только добра и твой завоевательный марш не более чем попытка захватить контроль над кораблём с последующей правкой курса — чего так не хотят Хранители, ведь в этом случае они утратят власть. Но отцу нужны гарантии. Пока он ещё имеет допуск к космическим телескопам, он хочет убедиться, что эта планета не вымысел и не фантазия. А ещё он хочет, после того как будет найдена планета, и запустятся процессы торможения и посадки, чтобы ты навсегда покинул нас и никогда больше не возвращался…
— А не слишком ли много хочет твой отец? — Азазот гневно вскочил. Возбуждённо шагая взад вперёд, он всем видом, выдавал крайнюю степень раздражения. — Я многим обязан ему, это правда, но то что он требует… — он умолк, опустив голову. — Он просит от меня невозможного.
— Невозможного? — Рут приблизился к нему. — Что такого ценного в расе соларианцев и нашем варварском образе жизни, что ты так отчаянно цепляешься за них? Это ведь не смерть, а изгнание если угодно. Я вообще сомневаюсь, что тебя хоть что-то может убить.
— Ты ничего не понимаешь глупый мальчишка! Изгнание для меня синоним слова смерть! Моя душа бессмертна, но тело нет. Возвращаться к соотечественникам к прежнему бессмысленному существованию я не намерен и не желаю. Уж лучше я и дальше буду на этом корабле просто Призраком — существом без рода и племени.
— Ты дал нам надежду, а сейчас пытаешься пойти на попятную. Выполни клятву и уйди с честью, и тогда ты останешься в наших сердцах спасителем, а не проклятьем…
— Никогда! Никогда я не вернусь к прежней жизни!
Посох в его руках стал пульсировать холодным пламенем и изверг в потолок сноп ослепительных молний. Сразу же в воздухе запахло озоном и палёным пластиком. Азазот яростно разбросал тяжёлые металлические контейнеры, словно те были из картона, и принялся, крушить всё, что попадалось на пути его ярости. Когда он решил, что с него достаточно, вокруг не осталось ни одной целой вещи, которая бы избежала его гнева. Наблюдавшие с почтительного расстояния воины, встретившись взглядом с горящими глазами Азазота, тут же спешили прочь.
Рут терпеливо ожидал, что будет дальше. Эта демонстрация мощи его впечатлила, но не испугала. Пусть демон, себе хоть весь лоб расшибёт, он от своего требования не отступит.
— Ты и сам знаешь, что тебе не место среди таких, как мы. — Сделал он последнюю попытку.
Азазот резко обернулся. Чуть помедлив, кинул ему в руки «Расщепитель».
— Мне нужно подумать, а пока побудь моим гостем, — приобняв Рута за плечи быстро повёл к дому старейшины Клифов, теперь выполнявшего функцию штаба. — Расскажешь по дороге, что задумал твой отец. Взамен я расскажу тебе о планете и координатах, чтобы он не думал, что мои слова ничего не стоят. Добро пожаловать в мой мир, Рутаган. Здесь ты теперь желанный гость.
— У меня есть ещё одна просьба. Среди детей есть двое особенно дорогих моему сердцу, кого я поклялся защищать ценой собственной жизни. Если твои головорезы пленили их, я умоляю отпустить их. Если нет, позволь найти их, пока не произошла беда.
Азазот благосклонно кивнул, а про себя решил: — «Если те, кого так трогательно оберегает Рутаган и вправду ещё живы, он должен на них посмотреть лично, ибо не пристало Вечному взваливать на себя заботу о простых смертных, не имея на то веских причин».
Предводитель мятежных слигов не обманул. Ещё до окончания дня, в поселение Клифов стали возвращаться жители и привычно приниматься за повседневные дела и заботы. Дети мало-помалу тоже начали выползать из своих временных убежищ и возвращаться по домам. Они пугливо жались по укромным местам, стоило одному из бойцов Азазота появиться в поле зрения. Сами же агрессоры вели себя вполне прилично и даже вернули всё награбленное имущество, добавив в качестве компенсации почти тонну сухих галет и столько же чистой воды в канистрах. При подсчёте убитых и раненых, выяснилось, что основные потери пришлись на протектронов и тех союзников, кто пытался сражаться с ними заодно. Среди погибших не было ни одного солдата Райли или одного из кадетов, что означало, что все они успели вовремя отступить. Вместе с собой Райли увёл и вождя Клифов. Асгард собрал всех жителей на главной площади и произнёс длинную речь, в которой призывал всех покинуть опасное место, перебравшись в более безопасное, что любезно предоставили им слиги и лично Азазот который им не враг. Кто-то согласился уйти, приняв предложение, а те, кто не верил мятежникам, остались. Некоторым было просто боязно доверять жизнь этим странным созданиям и покидать привычное место обитания. Неизвестность порой страшит больше чем откровенная опасность.
Стим и Солара проснулись, когда их разбудил радостный Коляд, пришедший вместе с Сэсэ. Они сообщили, что Клифы заключили перемирие с Азазотом, а тот предоставил всем желающим возможность уйти на среднюю палубу, где условия жизни были значительно лучше.
— А вы не боитесь, что там вас сожрут? — скептически поинтересовалась Солара.
— Ну, это вряд ли! Ведь с нами будет Асгард, а он никого из нас не даст в обиду. Среди слигов я видел и вашего друга, с которым ты приехала. Он разыскивает вас повсюду.
— Рут? — Солара встрепенулась. — Он жив? Слава Создательнице!
— Мы должны его найти, чтобы он не волновался! — согласился Стим.
Солара, Стим, Коляд и Сэсэ последними покидали убежище — остальные дети давно ушли. По дороге к дому Коляда они видели следы жестоких боёв. Оплавленные воронки в металлическом полу и следы засохшей крови красноречивее слов показывали прошедший накал сражения, но мёртвые тела давно убрали. Вдали, среди невысоких и приземистых жителей возвышалась могучая фигура Рута, рядом с которым переминались трое согбенных слигов. Они молчаливыми тенями следовали за ним, чуть поодаль.
— Пойдёмте, вы, наверное, здорово проголодались. Вы тоже идите, маленькие друзья, — предложил Рутаган детям. — Без вашей помощи эта парочка, могла угодить в беду.
Дети согласились, но с опаской жались ближе к нему. Им чаще стали попадаться галдящие и вооружённые до зубов слиги, распевающие боевые песни. Их отряды целенаправленно продвигались к посадочным платформам, откуда ожидался основной удар протектронов, чья армия, по последним сведениям, уже находилась на марше. Им приготовили несколько неприятных сюрпризов, которые пока держались в глубокой тайне. Взломав электронную защиту камер безопасности в секторе информатики, хитроумные инженеры мятежников тайно подсоединились к ним и теперь наблюдали за всеми перемещениями врагов.
В секторах и уровнях, подконтрольных Хранителям, была объявлена мобилизация с привлечением молодых кадетов, которых намеревались поставить в резерв и использовать для развития наступления в случае успеха. Всем, кому исполнилось шестнадцать лет, выдавали боевой персональный комплект защитного снаряжения, копья с лазерными наконечниками, электрошоковые дубинки, небольшой продовольственный паёк и наскоро обучали простым боевым построениям. В основном, молодых рекрутов натаскивали держать строй и сдерживать натиск силовыми щитами. Их суровые командиры — юноши и девушки двадцати и двадцати пяти лет в звании не ниже командира отделения, показывали простейшие приёмы нападения и защиты. Хранители серьёзно отнеслись к захвату селения Клифов у своих границ и любой ценой собирались вернуть его обратно. По приблизительным подсчётам Хранители собрали внушительную силу в три тысячи бойцов. Ядром армии были закалённые в локальных стычках суперинтенданты из числа элитных протектронов. Их было немногим больше сотни, зато они были самой боеспособной и самой хорошо вооружённой с высоким моральным духом частью войска. Следом за ними шагали гриты из службы безопасности, наблюдатели и регулировщики, являющиеся охранниками общественного спокойствия разных категорий. В самом конце колонны плелись отряды ополченцев. Вместе с армией готовился выступить и сам легендарный генерал Бривус — председатель Совета Хранителей и командующий вооружёнными силами. Он редко появлялся на публике, только когда возникал повод к большой войне. В обычное время, он предпочитал находиться при капитане Блэр. Капитан была, пожалуй, самым таинственным и могущественным офицером Ковчега. Она окружила себя таким ореолом тайн и загадок, что многие вообще сомневались в её реальном существовании. Только высший совет и несколько Хранителей имели право общаться с ней, да и то не лично, а с интерактивным образом.
Наблюдая за тем, как дети с жадностью уплетают галеты, запивая водой, Рут невольно ощутил укол тоски по своей давно ушедшей юности. Вся его жизнь — это бесконечная война за выживание в попытке сохранить свою тщательно оберегаемую тайну. Азазот каким-то образом раскусил его или близок к этому, что может создать дополнительные проблемы в будущем. Отец поддерживает этого монстра в борьбе по захвату власти на корабле, пока тот свято чтит клятву — не причинять вред невиновным, защищать обездоленных, сокрушать тиранов, коих в последнее время развелось велико