— Что случилось? Почему головная машина остановилась? — резко спросил он у водителя.
— Не знаю, сэр. Ведущий не отвечает.
— Рассредоточиться. Здесь коридор достаточно широкий. Запрещаю приближаться. Пусть несколько человек проверят, что произошло. Мы не будем тратить время на ремонт поломки.
Несколько солдат с опаской подошли к одиноко стоящей впереди машине и попробовали открыть люки. Те не поддались на усилия. Пришлось их срезать лучами деатомизаторов. Внутри был обнаружен мёртвый экипаж без видимых причин насильственной смерти. Они как будто, просто на минуту прикорнули каждый на своём месте. Ручной сканер показал, что они умерли от мощного высокоэнергетического импульса. Каким именно образом пока непонятно, но неожиданно выяснилось, что машина стала радиоактивной и использовать её смертельно опасно.
— Оттащите её на буксире в сторону, но осторожно. Если источник где-то рядом, не попадите в него, а ещё лучше прежде тщательно просканируйте весь коридор. Трупы заверните в вакуумные чехлы и погрузите в машины, — распорядился командор. — Что бы ни стало причиной этой трагедии, броня этому явлению не помеха. Приказываю ехать дальше с включёнными щитами.
— Сэр, щиты опустошат аккумуляторы в течение нескольких часов.
— Если мы этого не сделаем, они нам больше никогда не понадобится. Выполняйте!
Дальше вездеходы ехали под прикрытием силовых полей. Колонна как раз проезжала мимо титанических труб, по которым бежала прозрачная жидкость. Потолок отсека исчезал где-то в серой дымке, а стены и пол постоянно меняли оттенки от зелёного до нежно голубого. Складывалось впечатление, что дорога прорублена внутри огромного айсберга. Сканеры зафиксировали мощные магнитные возмущения, когда конвой из бронемашин проезжал мимо полупрозрачных чанов с зеленоватой булькающей жижей. Сами же дроиды-рабочие при появлении незваных гостей продолжали невозмутимо работать, не обращая на нас внимание.
С виду мирный пейзаж, теперь внушал беспокойство. Погибший таинственной смертью экипаж вездехода являлся напоминанием того, что бывает, когда теряешь бдительность. Без сомнения, в этом месте таилось немало опасностей, чем это казалось на первый взгляд.
В какой-то миг Стим задремал, убаюканный ровной дорогой.
Мощный толчок и далёкие крики заставили его резко распахнуть глаза и схватиться за поручни кресла, чтобы не упасть на пол. В кабине несущейся на полной скорости машины суетились солдаты у скорострельной импульсной пушки. Выглянув на мгновение в закрытую бронестеклом амбразуру, увидел лишь смазанные от высокой скорости яркие пятна взрывов.
— Да не сиди сиднем, парень! Подавай боеприпасы! — рявкнул на него безымянный солдат.
Не зная, что делать, юноша стал хватать попадающиеся на глаза длинные ленты с блестящими цилиндриками и спешно подавать стрелку. Квора вместе с Новаком находились в задней части машины, стреляя из импульсных автоматов сквозь узкие амбразуры. По полу катались гильзы, а перед лицом клубился пар от разогретого стрельбой башенного орудия.
Было страшно не от осознания атаки, а от полной неизвестности. С кем они сражаются? Что случилось, пока он спал? Очень скоро он узнал ответы на свои вопросы, но легче от этого не стало. Колонну машин преследовала стая чем-то разъярённых дронов. Они старались зацепиться за броню и мощными энергетическими резаками вскрыть её. Люди потеряли, таким образом, уже целых три бронемашины. Массированный огонь из тяжёлого оружия вкупе с управляемыми ракетами временно сдерживали атаки, но вряд ли долго. Шарообразные механизмы двигались по полу и стенам с удивительной и невероятной скоростью, легко нагоняя беглецов.
Заряд башенной автопушки попал прямо в скопление группы преследователей. Стим с удивлением увидел, как дроны рассыпались по полу горстью сухого льда. Остальные скрылись из вида, двигаясь по сужающейся спирали уже по низкому потолку сужающегося коридора.
— Чёрт бы их подрал! — выругался сквозь зубы стрелок. — Мельтешат как в калейдоскопе!
Машины выехали в пустое пространство, чьи границы терялись на горизонте. Дальше они уже маневрировали меж кристаллических колон, каждая из которых была высотой не меньше ста метров. Несколько машин расстреляли их из автопушек и те с оглушительным рокотом завалились на бок в клубах пара, по ходу опрокинув ещё с десяток. Чтобы затруднить дронам преследование, Новак приказал не прекращать стрельбу по колоннам. Солдаты выполнили приказ, вдребезги разбивая эти странные образования, даже не задумываясь об их назначении. Вскоре позади машин громоздился лишь хаос из поваленных кристаллов, среди которых мелькали отставшие дроны. Они пытались восстановить колонны, формируя из своих тел подходящие материалы. Временно мы были в безопасности, но вряд ли надолго.
— Не пойму, с чего они вдруг взбесились? — Квора переведя дыхание, с ожиданием посмотрела на командора, который в этот момент перезаряжал свой импульсный автомат.
— Могу лишь предположить, что чем ближе мы подбираемся к Клайву, тем сильнее противодействие. Не сомневаюсь, что это он натравил на нас эти машины, — пожал тот плечами. — Придётся быть крайне осторожными. Мы ещё и половины пути не проехали, а уже потеряли половину отряда. Такими темпами мы сгорим быстрее, чем приблизимся к цели.
— А что с капитаном Нэшем и остальными наёмниками? — неожиданно спохватился Стим.
— Сейчас выясним. — Взяв с приборной панели рацию, командор поднёс микрофон к губам. — Первый на связи. Все кто остался в строю. Доложите…
Экипажи вездеходов провели быструю перекличку. На общую волну влез раздражённый до крайности Нэш, чей голос буквально дрожал от плохо скрываемой ярости:
— С меня хватит, Джон! Мы отправляемся другой дорогой. Сначала Вы бросили нас при стыковке со станцией, в результате чего я потерял свой корабль и половину команды, теперь тащите вслепую, чёрт знает куда, даже не посоветовавшись со мной. Верните мне Стима и Квору. Немедленно! Я с места не сдвинусь, пока они не окажутся вместе со мной.
— Я не держу их силой Николай, они вольны уйти, когда захотят, — сухо ответил Новак, но в его голосе прозвучали нотки металла. — Вы слишком много жалуетесь, а ещё мне очень не нравится, как Вы себя повели в космическом сражении с рахни. Вместо того чтобы драться до конца, инициировали самоуничтожение собственного корабля. Неслыханное дело! За подобное поведение в армии Альянса могут и к стенке поставить. Радуйтесь, что с Вас как с наёмника взятки гладки. Впредь предупреждайте если захотите избежать боя, отделавшись бегством.
— Да катитесь Вы к дьяволу со своим Альянсом и нравоучениями, Джон! Я не собираюсь терпеть оскорбления от Вас! Я не желаю слепо следовать чужим указаниям, мыкаясь, словно слепой котёнок из одной крайности в другую. Как Вы правильно заметили мы не ваши подчинённые и сами выбираем как вести себя в бою. И если бы мне выпал хоть один шанс отстоять свой корабль, я бы и свою жизнь не пожалел для этого. Так что не надо мне тут рассказывать про стойкость! Я уже видел чего стоит ваша храбрость, когда прикрылись моим кораблём! За сим извольте откланяться. Я ожидаю возвращения своих людей.
Стим с сожалением покидал машину командора. Квора обнадёживающе обняла его за плечи и повела к стоящему в стороне вездеходу Нэша. Веганцы привычно доводили собственное оружие до блеска, протирая и без того зеркальный металл. Их поведение можно было сравнить с нервным постукиванием пальцев по столу, если бы они умели нервничать. Эта раса отличалась свирепостью в бою и никогда не испытывала чувства похожего на страх. Они хорошо просчитывали варианты исхода боя и в зависимости от ситуации принимали решения, основываясь на собственном чутье и опыте. В далёком прошлом, во времена войны с кванторами, когда объединённые войска галактов вторглись на Землю, люди на собственном горьком опыте узнали их боевые качества. Война закончилась почётной капитуляцией галактов, но не из-за того, что они не могли её вести дальше, а потому что не видели в её продолжении никакого смысла. С тех пор между людьми и веганцами установились долгие и дружеские, почти братские отношения, заметно испорченные первой галактической Империей.
— Многие считают, я слишком суров и осторожен, — начал свою речь Нэш, обращаясь ко всем, кто находился в машине. — Что в отличие от наших «друзей» избегаю боя и держусь в стороне от неприятностей. Так вот официально заявляю, что всё это полная хрень и чепуха! У Новака извращённые понятия о чести и долге. Он думает, что кидаться грудью на амбразуру — почётное занятие, за которое когда-нибудь обязательно выдадут медаль. Нам такой чести не надо. Я только что переговорил с Сиу, и он уверил, что почти разобрался, как использовать станционные порталы. Это по его словам несложно, если не брать в расчёт тот факт, что мы не знаем, куда они ведут, и где мы в итоге окажемся. Есть у кого мысли на этот счёт? Прошу не молчать.
Первым высказал своё мнение Джерико, под одобрительный гул веганских наёмников:
— Рискованное предприятие, Нэш, но мы с тобой. Если есть хоть один шанс ускорить развязку то мы только «за». Делай, как считаешь нужным и не переживай, что мы дрогнем в бою!
— Не дело. Мы можем окончательно тут затеряться, — не согласилась с ним Квора. — Нужно двигаться следом за Новаком, и тогда вместе у нас ещё есть шанс победить Каморанах. Мы должны сообщить эти новости командору, чтобы он не замышлял в отношении нас. Сейчас мы союзники и распри нужно хоть на время позабыть.
— Так, ещё желающие поделиться мнением есть? — окинув суровым взором всех собравшихся, Нэш остановился на Кайдене. — А ты, что думаешь дружище? Мы с тобой пережили не одну заваруху и знаем, как дорого обходится вера в ненадёжного союзника. Тоже считаешь, что моё предложение неоправданно рискованное и безумное? Посоветуешь предупредить Новака?
— Нет, босс. Пока не стоит. Сам командор — мужик с виду деловой, но вот его методы и желание придерживаться собственных скрытых планов в ущерб всему, настораживают.