ость в некоторых ремонтных работах по обслуживанию реактора. Надеюсь это ненадолго.
Стим внимательно слушал, запоминая каждое сказанное слово. Если дело настолько серьёзное как утверждает мастер Вейл, значит, он будет следовать его советам.
— И вот ещё что, дружочек, — Вейл извлёк из ремонтной сумки небольшой предмет, замотанный в тряпицу. Бережно развернув, осторожно провёл сухой ладонью по гладкой металлической рамке, обрамляющей фотографию двух статных соларианцев, запечатлённых на фоне песчаных дюн Соликса.
Стим даже вздрогнул, увидев на ней изображения, которые долгое время приходят к нему только во снах. Это были те самые, что называли себя его отцом и матерью.
— Эта фотография давно хранится у меня. Она предназначена только прямому потомку Стии Суон и Слава Таггарта, у которого окажется больше пятидесяти процентов их генов. Мне, кажется, ты единственный достоин её. Это древняя реликвия ещё со времён запуска корабля.
— Спасибо мастер Вейл. — Стим крепко обнял старика, а потом задумчиво сказал. — Вы знаете, это может показаться странным, но они часто снятся мне и почему-то называют своим сыном. Может быть, это сильный зов крови? Они ведь давно умерли. Как я могу быть им сыном? Иногда у меня возникает стойкое чувство, будто я их хорошо знаю лично. Видел когда-то или даже встречал. Я тут прочёл электронную версию книги «Реинкарнации» ну и решил что я…
— Что ты носитель реинкарнированной души их сына?
Стим молча кивнул, не сводя с наставника глаз. Его реакция удивила юношу.
Вейл Трелоби как-то странно посмотрел на него и уже хотел всё свести к шутке, но потом видимо передумал, вместо этого отделавшись самым простым объяснением:
— Всё может быть на этом свете. Ты знаешь, генетическая память не миф. Иногда она может взывать к нам даже из глубин веков. Не бери в голову. Скорее всего, генетический отголосок старых воспоминаний передалась тебе от их ребёнка, который впоследствии вырос и передал своим детям. И так далее, по длинной цепочке. А теперь поспеши к группе, пока они не ушли без тебя. Хотя нет, погоди минутку. Слав Таггарт записал в память информера сообщение для обладателя этой фотографии. Я тебе её процитирую. «Однажды мой прямой потомок разгадает секрет крови и найдёт достойное применение великому дару и наследию расы. Все ответы пусть ищет в прошлом и настоящем, не боится правды и смело смотрит опасности в лицо». Я не должен тебя отпускать, мой мальчик, но это решение приняла капитан Блэр. Она гарантировала безопасность, хоть я и пытался ей сказать, как опасно в нынешние времена бродить за пределами периметра жилой зоны. Для многих кадетов паломничество к реактору сродни тесту зрелости.
— Спасибо, мастер Вейл! Я буду скучать по нашим разговорам!
Помахав на прощание старику рукой, Стим спрятал фоторамку в ранец и побежал догонять остальных. Сейчас все его мысли были заняты только предстоящей дорогой, а отгадывать загадки этих странных Высокорожденных сможет и потом. Всё равно их давно нет в живых. Все их тайны, и страшные откровения устарели и утратили значение.
Группа юношей и девушек в сопровождении протектронов под дружеские выкрики и пожелания направлялась к массивным шлюзовым створкам, медленно расходящиеся в обе стороны. Рядом с могучими поездами, на посадочной платформе суетились бригады рабочих заканчивающих последние приготовления. Важно скрестив руки на груди, рабочими руководил атлетического сложения коренастый крепыш-протектрон, он же второй заместитель начальника службы безопасности мастер Райли Кош. Это был очень жестокий соларианец, страдающий комплексом неполноценности и манией величия из-за своего невысокого роста. Его боялись и ненавидели не столько за скверный характер, сколько за садистские наклонности и неудержимую тягу к неоправданному насилию по отношению к провинившимся слигам. Одетый в тяжёлый бронированный скафандр повышенной защиты, он яростно покрикивал на снующих вдоль перрона слигов-работяг. Все знали, что больше всего на свете Райли не любил слигов и при любом удобном случае срывает на них свою лютую злобу. Но он был одним из любимцев капитана Блэр и многие побаивались ему перечить.
— А, явились, не запылились, благородные господа, — язвительно расплылся он в злой усмешке при виде группы кадетов. — Я не собираюсь здесь торчать весь день. А ты, куда собрался, малыш? — он загородил дорогу Стиму, и яростно раздувая ноздри, оскалил зубы. — Не слишком ли ты молод для подмастерья? Брысь отсюда, а то получишь у меня.
Вперёд вышла Хранительница Ария, решившая лично проследить за отправкой состава:
— Он отправляется вместе с вами, Райли! И не вздумайте перечить. Это приказ капитана.
— Почему меня не поставили в известность заранее? — удивился Райли, нахмурив брови. — Что здесь вообще происходит?!
— Хотите оспорить приказ? Чудно. Я передам капитану Блэр Ваши возражения.
— Не горячитесь госпожа, я всего лишь спросил, и только! — протектрон презрительно склонил голову в ехидном полупоклоне. — Только я не ручаюсь за безопасность мальчугана. Мы сделаем короткую остановку в секторе Клифов, а эти падальщики в последнее время настроены к нам, мягко говоря, не слишком дружелюбно. Если мальчишка отстанет или потеряется, искать его повсюду, рискуя угодить в неприятности, я не собираюсь, так что не надейтесь…
— Не слишком ли Вы много берёте с собой солдат? — не слушая его, перебила Ария.
— Когда Вы в последний раз выходили за пределы жилой зоны госпожа? — Райли скептически посмотрел на неё. — Толпы смердящих оборванцев, именующих себя беженцами, день и ночь штурмуют наши блокпосты, целая армия одичавших слигов, нападающих на путников, а ещё вырвавшиеся из застенков брошенных биолабораторий результаты чудовищных экспериментов и сонмы других мразей, которым даже я затрудняюсь дать названия. Вся эта дьявольская вакханалия и мерзость разбрелась по коридорам заброшенных секторов в надежде поживиться свежим мясцом. Будь моя воля, я бы вооружил каждого взрослого и подростка тяжёлым штурмовым оружием, а также выдал им боевую броню и отправил очищать коридоры от этих отбросов. Это война, госпожа Ария, поэтому не нужно задавать глупых вопросов.
Хранительница на его замечание лишь поморщилась — хамство Райли было широко всем известно. В бронированных вагонах поедут сопровождающие группу слиги и охранники из службы безопасности. Райли хмуро посмотрел на Стима, который начал жалеть, что ввязался в такое опасное дело, не обдумав всё как следует. Не так он себе всё представлял, ох не так.
— Ты разве не с нами? — Стим с надеждой посмотрел на своего друга Рутагана, когда увидел, как тот собирается уходить. — Рут! Без тебя я никуда не пойду!
— Нет, моё место здесь, — с сожалением ответил Рут. — Если бы всё только зависело от меня.
— Жаль, конечно, что теперь мы долго не увидимся.
Поддавшись внезапному порыву, Стим не обращая внимания на презрительное перешёптывание у себя за спиной, крепко обнял многорукого громилу, который невольно умилился этому трогательному порыву. Никто и никогда не проявлял к нему подобных чувств, и за это Рут был готов хоть сейчас отправиться следом за юнцом, если бы не проклятый рабский ошейник, крепче цепей удерживающий его в этом месте. При попытке покинуть отведённую территорию непременно сработает мини-заряд, который убьёт десятерых. Много раз смельчаки пробовали его снять хитроумными способами и каждый раз погибали.
— Не волнуйся малыш, когда-нибудь мы обязательно увидимся. Снова соберёмся в кругу друзей, ты угостишь нас сладкими леденцами, а мы споём предания о своих героях. Всех когда-нибудь поджидает смерть, но не все способны жить, как полагается честным солти. Не бойся трудностей, говорит всегда только правду и боги полюбят тебя. Только не думай о смерти. О чём угодно только не о ней! Это мой тебе совет. Будь умнее и хитрее своих врагов.
Безрадостные мысли хаотично метались в голове Стима. Оказывается в долгой дороге можно не просто умереть, но и угодить, кому-нибудь на ужин или того хуже — в рабство. Однако отступать поздно. Если он сейчас проявит слабость, то навсегда лишится уважения, всю оставшуюся жизнь будет проклинать себя за малодушничество, убоявшись трудностей. Поэтому ни слова не сказав, Стим первым вбежал по подъёмному пандусу внутрь вагона, по ходу чуть не сбив с ног удивлённого Райли, и нагло занял лучшее место рядом с узким окном.
— Эй, это моё место, мелюзга! — яростно возмутился Райли, но потом махнул рукой. — Ладно, уж, сиди, где сидишь, сопля зелёная. Всё же лучше, чем, если будешь вертеться под ногами.
Через несколько минут пандус поднялся, закрыв выход полутораметровой стальной плитой. По корпусу поезда пробежала судорога. Последовавший за этим мощный толчок качнул вагоны навстречу чернильному тоннелю пневмолинии. Почти сразу пространство за окнами стало стремительно смазываться от всё больше увеличивающего ускорения. Едва слышно, потрескивая на электромагнитных стыках силовых линии, бронированный состав оставил позади себя всё то, что Стим считал родным и безопасным. С каждой минутой он неуклонно приближался к событиям, которых страшился и желал больше всего. Каким окажется тот новый мир снаружи? Что за неведомые твари и мифические чудовища затаились во тьме бесконечных коридоров, если их страшатся даже такие могущественные создания как протектроны? Информация о мире за пределами влияния Хранителей всегда находилась для кадетов под строгим запретом. Взрослые следили за соблюдением этого правила и жестоко пресекали любые слухи. Но даже они были не в состоянии уследить за всеми. Стим был одним из немногих, кому удалось узнать о жизни снаружи и только благодаря слигам. Слухи оказались верны. Некогда единое целостное общество давно разделено на части. Больше нет единого для всех закона, цели и смысла жизни.
Псевдоинтеллект Серлина в сотый раз задействовала ресурсы для повторной расшифровки генов Стима Таггарта. Кажется, наконец, появилась разгадка его тайны, и требовалось совсем малость — прогнать через главный вычислительный комплекс Ковчега.