и эмоции. Он стал марионеткой чужой воли.
— Не стрелять! Повредите матрицу с данными! — Дусс’ан пятился назад, прячась за спины гвардейцев. Всем своим обликом он выражал страх перед созданием, которого сотворил.
Клайв с невообразимой для его туши скоростью, ринулся на Рахни. Разметав своей массой солдат в разные стороны, принялся топтать их и разрывать на части, по ходу видоизменяя. Именно в этот момент проявилось ещё одно удивительное свойство Двуликого — почти мгновенное инфицирование жертвы агрессивными клетками. За считанные мгновения жертва теряла свой прежний облик, мутируя прямо на глазах. Эта изменённая масса присоединялась к Двуликому делая его ещё больше и сильнее. Оружие против него оказалось неэффективным, что окончательно посеяло панику в ряды Рахни, обратившихся в позорное и бесславное бегство. Заметив стоящих в стороне людей, осмысленный взгляд Клайва остановился на сидящей на полу рядом с распростёртым телом юноши Кворе. Плотоядно проведя раздвоенным языком по острым зубам, мерзкая масса поползла к ней, оставляя за собой отвратительную дорожку из слизи и крови, но на его пути встал Нэш, сжимая на манер ножа свой заветный артефакт.
— Куда-то собрался дружок? — язвительно спросил он. — Тебе ведь нужен я, так что ползи ко мне мерзкое одноклеточное. Давай, смелей! У меня даже оружия нет, кроме этой игрушки.
Двуликий резко выбросил вперёд щупальца. Нэш не сопротивлялся, даже, когда они обвились вокруг его пояса, оставив руки свободными. По лицу Нэша было видно, каких усилий ему стоило терпеть на себе эти мерзкие отростки. Когда Двуликий приблизил его к себе на расстояние вытянутой руки, Нэш не раздумывая, воткнул артефакт в выпуклый лоб твари.
— Давай, до свидания, мразь!
Знаки вдоль кромки лезвия ярко вспыхнули мертвенно бледным свечением, но почти сразу погасли. Клайв взревел от невыносимой боли во всём теле. Ответным ударом когтистой лапы, он яростно располосовал скафандр на груди человека и откинул тело подальше от себя. Приподнявшись на локте, Нэш стал со стоном отползать прочь от судорожно конвульсирующей горы плоти. Двуликий всеми силами пытался извлечь из головы кусок раскалившегося металла, но у него из этого ничего не выходило — артефакт как будто слился с ним в единое целое и теперь медленно уничтожал. Тело на глазах покрылось отвратительными кровоточащими язвами, а потом стало быстро пухнуть и трескаться. Отслаивающиеся куски плоти, падали на пол и там, где касались металла, оставляли радужные разводы как от воздействия высоких энергий. Голова Каморана внезапно лопнула, оборвав тоскливый вибрирующий вопль твари. Каждый кусочек плоти, как и каждая клетка Двуликого стремительно превращалась в серый пепел. Среди груды искрящих имплантантов мелькнула и серебристая пирамидка духовного накопителя.
— Мои базы данных! — взвыл Ксс’ан. — Система! Я приказываю тебе уничтожить…
— Ты не можешь приказывать. Твои полномочия обнулены, — синтезированный голос звучал со всех сторон, многократно отражаясь от стен гулким эхом. — Вы все немедленно покинете это место или процесс биологического распада уничтожит каждого, кто не подключён к Системе. Отсчёт времени начался. Кластер Стим освобождён от обязательств. Он тоже должен уйти.
На этот раз боль в теле была не такой сильной, как в первый раз, когда Стим был насильно выброшен из Системы. Юноша очнулся в тот момент, когда в помещение ворвались люди, помешавшие рахни завладеть накопителем с ценными данными, полученными такой непростой ценой. Солдаты Альянса с ходу открыли по уцелевшим гвардейцам Р’льех шквальный огонь из излучателей и импульсных пистолетов-пулемётов «Вепрь». Атакующими командовал сам командор Новак, покрытый с ног до головы запёкшейся кровью врагов. Закрывшись силовым щитом, он наравне с остальными сражался, а когда дело доходило до ближнего боя, без колебаний пускал в ход энергетический клинок, с убийственной точностью разивший наповал с одного удара. Следом за штурмовой пехотой Альянса, почти одновременно появились три другие группы, что и предрешило исход скоротечного сражение. К сожалению Ксс’ан и два его помощника сбежали, воспользовавшись порталом и всеобщей неразберихой. Преследовать их не имело никакого смысла, ведь никто не знал точно, куда они направились.
Подбежав к Кайдену, Кворе и Стиму, склонившимся над телом Нэша, Новак опустился на одно колено рядом с ним. Сняв с пояса аптечку, попробовал приложить к ране, но Нэш отрицательно мотнул головой. Джон и сам понимал — такие раны несовместимы с жизнью.
— Всё бесполезно. Ублюдок качественно поработал над моими потрохами. Видно не судьба предстать перед судом присяжных на старушке Земле… — закашлявшись, Нэш сплюнул на пол кровавый сгусток. — Так что Джонни, опоздал ты чуток… со своим арестом…
— Ерунда, мы ещё и не таких лечили! — попробовал обнадёжить Новак, быстро осматривая рану и мысленно соглашаясь, что предводителю наёмников крышка. — Я ведь обещал доставить тебя на Землю живым или мёртвым, и собираюсь выполнить данное тебе обещание.
— Не трудись. Просто выполни мою последнюю просьбу, и мы будем квиты в свете последних событий. Ты получаешь эту станцию со всем её барахлом, гнилой ливер Каморана или то, что от него осталось, а мои люди свободу и неприкосновенность. — Нэш устало закрыл веки. — Им потребуется один из шатлов. Пусть летят, куда захотят. Они это заслужили.
— Я без тебя никуда, капитан! — Кайден, упрямо скрестил руки на груди и обратился к Новаку. — Он отправится вместе с нами, или мы умрём все вместе. Искусственный интеллект станции инициализировал очистку так, что вскоре здесь начнётся ещё то веселье.
Новак колебался лишь миг — всё равно с умирающего пирата не спросишь по всей строгости закона, а его друзья слишком мелкая рыбёшка, чтобы тратить на них своё время.
— Сэр, нам лучше немедленно вернуться на корабль. Техники сообщают о странных процессах, происходящих по всей станции. Они могут представлять угрозу, — доложил офицер Альянса в чине лейтенанта, отвечающий за связь. — Пятый флот уже здесь. Нужно спешить.
— Хорошо, уходим, — обернувшись к наёмникам, командор строго ответил. — Вы пойдёте с нами, а по дороге мы решим, как лучше поступить. Нэша грузите на носилки.
Все экстренно покинули здание, погрузившись в три гравилёта стоявшие у входа. Не иначе инженеры Новака нашли способ использовать грузовые порталы, чтобы протащить сквозь них ещё и летающие машины. Вдали у моста засверкали яркие молнии разрядов, и заклубился ионизированный газ. Времени практически не оставалось.
— Держитесь! Сейчас немного потрясёт! — предупредил пассажиров пилот.
Гравилёт резко взмыл в воздух и полетел в противоположное от моста направление к ближайшему порталу, который вывел их в грузовой ангар с находившимися там шатлами. Цедя про себя проклятия, Новак на секунду обернулся, чтобы убедиться, что все наёмники на месте. С сожалением и жалостью, наблюдая за предсмертными метаниями Нэша, он ощущал себя виноватым, ведь эти храбрецы сражались как герои. Медик, на всякий случай тайком сняв показания медицинского диагноста, украдкой показал результаты командору.
— Моё мнение — он не жилец. Просто удивительно, как он до сих пор жив при таком то ранении. Половина органов разодрана, другая всмятку, обширные кровоизлияния…
— Пожалуйста, без подробностей. У меня свои глаза имеются.
Последние сомнения Новака исчезли, и он сделал нелёгкий выбор в пользу наёмников. Поэтому, когда шатлы покинули станцию и приземлились внутри грузового отсека Аризоны, командор лично явился к наёмникам. Наступив ногой на собственную гордыню и предубеждения, поблагодарил их всех за сотрудничество. Слова давались ему через силу, но ничто не дрогнуло на его невозмутимом лице:
— Я очень ценю вашу помощь и участие в этом деле, поэтому выполню последнюю волю вашего капитана… — его глаза остановились на неподвижном теле Нэша, который уже не дышал. — Никого из оставшихся в живых подвергать судебному преследованию не станут, но лишь с условием, что вы прекратите криминальную деятельность. Федеральный прокурор, как и вся прокуратура, требуют от меня вашей экстрадиции на Землю, но боюсь, их ждёт горькое разочарование. Без Нэша как основного подозреваемого все обвинения теряют смысл. Что касается остальных ваших товарищей, которых сейчас эвакуируют со станции, то они не должны никогда более, объединятся вместе. Вы немедленно отправитесь разными путями на разных шатлах. Это моё требование, которое будет выполнено беспрекословно и без всяких возражений. Только на таких условиях я вас отпущу и торг здесь неуместен.
— Мы согласны, — быстро согласилась Квора. — Как вы собираетесь вытащить нас из джета?
— Я отдам вам шатл с подпространственными двигателями. Варп-плазмы в нём хватит, чтобы добраться до ближайшей обитаемой системы, ну а дальше крутитесь, как хотите, но помните о нашем уговоре. Прощайте. Надеюсь для вашей же пользы, мы никогда больше не свидимся.
Командор, чеканя шаг, вышел из шатла, а следом за ним потянулись и остальные его люди.
— Полетели, пока он не передумал, — шепнул Кайден. — Ты как, сможешь управлять?
Квора осмотрев приборы управления, согласно кивнула. Заняв место первого пилота, уверенно взялась за ручки штурвала. Стим забрался в соседнее кресло. Украдкой посмотрев на подозрительно повеселевшее лицо Кворы, с удивлением заметил тень улыбки на её губах. Это показалось ему странным, если брать в расчёт потерю капитана и всего экипажа, в то время как их дальнейшая судьба рисуется в мрачных тонах. И даже отлёт больше напоминает бегство.
— Мы не можем так просто взять и улететь, бросив остальных! — воскликнул Стим. — Вы что-то недоговариваете. Разве мы не часть команды? Я хочу знать, что вы задумали…
— Стим! — Квора с нежностью посмотрела на него, не удержавшись, потрепала по щеке. — Потерпи ещё чуть-чуть, идёт? Ты ведь слышал, что сказал командор? Вместе команда уже никогда не соберётся, зато он позаботится о тех, кто выжил. Поверь, это лучше, чем тюрьма на Земле. Правосудие там жестокое и скорое на расправу. Не стоит уповать на милосердие Альянса.