– Да, – ответ был ленивым и незаинтересованным.
– Говорит детектив Блэк. Мы нашли мать Элис, и сейчас она уже едет к вам в больницу. Мне кажется, что кто-то должен встретить ее там.
– Хорошо, – проворчала Сильвия, а потом добавила уже более заинтересованно: – Я позвоню Робби и попрошу его тоже прийти.
Она дала отбой, прежде чем Люси смогла ответить.
Глава 31
Вудсайд-роуд, которую местные жители называли по привычке старой Страбан-роуд, шла по холму, который возвышался над городом в нескольких милях за Прехеном. С такой высоты Люси и Флеминг смогли увидеть реку, текущую по долине Фойл, и огоньки небольших деревушек, располагавшихся на территории между Дерри и Донеголом. Фонарей на дороге не было, и луна заливала всю округу сиреневым светом.
Немногочисленные дома, стоявшие вдоль дороги, были старыми фермерскими хозяйствами, которые в свое время произвольно возникали между Дерри и новостройками. Иногда расстояние между домами было больше мили.
Том связался с базой, чтобы проверить, кто был хозяином дома, адрес которого сообщила им Мелани Кент. Адреса самого Кента в базе данных не было.
– Дом принадлежит какому-то Джей Пи Маккоули, – сказал инспектор, выслушав ответ.
– Скорее всего, Питер арендует его, – предположила Блэк.
Через несколько минут полицейские нашли дом, который располагался по левой стороне дороги. Черная стена Прехенского леса обозначала заднюю границу участка. Они подъехали к воротам и оставили машину на дороге.
На заднем дворе был виден свет. Флеминг подошел к входной двери, трижды постучал в нее, а затем отступил на шаг и стал ждать. Люси, оглядываясь, стояла за спиной инспектора и прислушивалась к абсолютной тишине. На стук никто не отозвался. Том постучал еще раз и снова подождал.
– Давай попробуем с тыла, – предложил он.
Дом, вероятно, был построен в конце XIX века – кирпич грубый, а кладка неровная. В окнах все еще стояли старинные деревянные рамы, а металлические желоба проржавели и кое-где надломились.
Снег на подъездной дорожке и вокруг дома лежал нетронутым. Создавалось впечатление, что за последние несколько дней из этого жилища никто не выходил.
С той стороны дома, которая выходила на лес, были открыты двери угольного сарая. Сержант посветила фонарем через дверной проем: крутая ступенька вела вниз. В слабом свете фонаря девушка смогла увидеть, что помещение забито всякой рухлядью, старой кухонной мебелью, наполовину пустыми банками с краской. На самой границе того, куда проникал луч ее фонаря, была заметна рама металлической походной кровати, закрытая тонким белым матрасом.
За угольным сараем следовал кусок пустой земли, а дальше стояло небольшое сооружение из бетона, площадью около четырех футов, с покосившейся трубой.
– Нагреватель, – заметил Флеминг.
Нагреватель тихонько подвывал, без характерного звука мазута, попадающего на колосники, который они ожидали услышать.
– Скорее всего, мазут, который здесь был, весь вышел, – сказала Люси.
– А он этого и не заметил, – добавил ее начальник.
Они прошли по периметру здания. Наконец в задней стене заметили приоткрытые французские окна[34]. Сквозь задернутые занавеси проникал свет из комнаты.
Том достал пистолет и стукнул им один раз по стеклу открытой двери.
– Полиция! – выкрикнул он.
Мисс Блэк тоже достала оружие. Она подошла к дверям и взялась за край занавеси, а затем, очень осторожно, отдернула ее.
Первое, что она увидела на белом кафельном полу кухни, был идеально отпечатавшийся маленький след ноги.
На стене висело несколько картинок. И больше ничего.
Отодвинув занавеску еще больше, они увидели еще следы, которые вели за угол комнаты, имевшей Г-образную форму.
Люси вошла в дом, внутри которого стоял такой же холод, как и снаружи.
Придержав занавеску, чтобы дать пройти инспектору, девушка увидела, что на ее внутренней стороне сидело множество золотисто-синих мух. Стараясь не повредить следы, сержант прошла дальше. Еще до того, как она завернула за угол, ей уже было ясно, чего ожидать. Мухи, вонь, кровавые следы… Было ясно, что Питер Кент мертв.
Однако Блэк была совершенно не готова к тому, как он умер.
Питер Кент осел на стуле, с ногами враскоряку и с безвольно повисшей головой. Через его грудь крест-накрест шла толстая веревка, которая была завязана за спинкой стула и не позволяла телу упасть на пол. Вся его грудь была залита высохшей коричневой кровью, а вспученный живот торчал в прорехах между пуговицами его рубахи. Пол вокруг его стула был покрыт желатиноподобным слоем крови. Изо рта торчало пропитанное кровью полотенце, которое, по-видимому, в конце концов и задушило его.
Один его ботинок был снят и валялся у дальней стены комнаты. Скрученный носок был брошен на краю лужи крови. Было видно, что Кента сильно били по голой ноге перед смертью: ее кожа была обесцвечена из-за многочисленных повреждений. Два крайних внешних пальца были вывернуты под неестественным углом ко всем остальным. По голени шли яркие бордовые круги.
– Боже мой! – произнес инспектор, вставая рядом с Люси. – Я позвоню.
Пока он набирал номер, девушка обошла вокруг лужи крови. Зайдя за спину мертвого тела, она увидела в раковине молоток.
Ожидая, пока прибудет оперативная группа, сержант и инспектор обошли дом, проверив все комнаты на случай, если в доме кто-то остался.
Поднявшись на первый этаж, мисс Блэк заметила, что с лестничной площадки открывается вид на тело Кента, обрамленное дверной рамой.
Наверху они нашли небольшую комнатку, в которой, по-видимому, жила Элис, когда приезжала к отцу. В одном ее углу находилась небольшая надувная кровать, которая была небрежно прикрыта покрывалом. Там же, на полу, лежала кучка одежды. Рядом с комодом стоял открытый розовый чемоданчик. На комоде сидела кукла. Убранство комнаты было очень простым и скудным. Может быть, Элис и жила здесь, но комната была явно не ее. Это полностью совпадало с замечанием Мелани, что отец совсем не ожидал, что ему придется взять к себе дочку.
Вторая комната была, очевидно, спальней самого Питера Кента. Третья оказалась совершенно пустой.
– Спартанская обстановочка, – заметил инспектор.
Люси смотрела на пустую комнату.
– Странно, почему он не поставил третью кровать здесь, – задумчиво произнесла она.
– Какую кровать?
– В подвале есть кровать, – начала объяснять сержант и вдруг поняла, насколько это важно.
В углу чулана они отыскали лестницу, которая вела в подвал. Дверь со стороны дома оказалась открытой, хотя с внешней стороны ее был приделан новехонький тяжелый засов, который почему-то напомнил девушке щеколду в спальне Мэри Квигг.
С помощью фонаря Люси они отыскали выключатель. Комнату осветила лампа дневного освещения, безбожно мигавшая. Под этим вспыхивающим светом они и увидели походную кровать, которую сержант заметила снаружи.
Матрас был покрыт простыней, сбившейся на одну сторону.
Со спинок кровати свисали лоскуты скотча. Каждая его полоска была аккуратно разрезана. Около кровати, на каменном полу, лежал нож с выдвигающимся лезвием, на которое налипли остатки клейкой ленты.
Люси приблизилась к кровати и увидела, как в луче ее фонаря что-то блеснуло на уголке подушки. Она подняла эту вещицу, положила ее на ладонь и стала внимательно изучать: крохотная золотая подвеска, на этот раз в форме медвежонка.
– Кажется, мы нашли место, где содержали Кейт Маклафлин, – сказала мисс Блэк.
Осматриваясь вокруг, через открытую дверь угольного сарая она услышала приближающиеся звуки полицейских сирен.
– Но вопрос, где она сейчас, все равно остается, – заметил Флеминг.
Глава 32
Тони Кларк пробирался по подъездной дорожке, нагруженный сумками с оборудованием. Все помещения дома неожиданно заполнились людьми – эксперты установили в кухне и в подвале бестеневые лампы. В их лучах вокруг тела Питера Кента с жужжанием лениво кружились золотисто-синие жирные мухи.
Чтобы избежать толкотни и вони, Люси вышла во двор. Флеминг стоял рядом с ней, глубоко засунув руки в карманы брюк.
– Скоро мне придется выплачивать вам комиссионные, – заявил Тони, подходя к ним.
– Добрый вечер, офицер Кларк, – улыбнулась ему девушка.
– И вам тоже добрый вечер, сержант Блэк. Всегда рад вас видеть. Инспектор, – эксперт взглянул на Тома и слегка поклонился.
– Ну что, удалось что-нибудь обнаружить сегодня днем в сарае? – Начальник Люси сразу же показал, что не расположен к пустопорожней болтовне.
– Очень многое, сэр, – ответил криминалист и поставил чемоданчик, который был у него в руках, на землю. – Теперь мы знаем, что в этом сарае была Кейт.
– Отпечатки пальцев?
– И волосы тоже, – кивнул эксперт. – Ну и, естественно, подвеска, которую вы сами же и нашли.
– Здесь мы тоже нашли подвеску, – сообщила Люси. – Такое впечатление, что она оставляет их, как следы. – По ассоциации Блэк вспомнила, как читала Элис сказку про Гензеля и Гретель, которые рассыпали хлебные крошки на тропинке в лесу. Ей пришел на ум рисунок Элис, на котором были изображены две девочки в лесу, держащиеся за руки.
– Все консервные банки с едой в сарае в карьере покрыты отпечатками пальцев девочки, – сообщил Кларк.
– То есть она доставала себе еду.
– Да, и готовила, как мне кажется, побег.
– Каким образом? – спросила сержант.
– В задней металлической стене сарая было вырезано отверстие. Рядом лежал нож с ее отпечатками. На краях металла, в тех местах, где его разрезали, мы нашли много следов крови.
– И что это может значить? – вмешался Флеминг.
– В мои обязанности не входит высказывать предположения, инспектор, – заметил Тони. – Но если вы припрете меня к стенке, то предположу, что девочку заперли в сарае и она не могла выйти. Она попыталась проделать ход на свободу, прорезав с помощью ножа отверстие в задней стенке. Нажала на кусок