ую мисс Мэйв носит на браслете. Все совпало. Это доказательство, что кольцо было у нее вплоть до того момента, как ребенок родился мертвым.
– Да как вы смеете копаться в прошлом?! – его голос стал низким, опасным. – Мэйхью потеряли дочь и даже не смогли похоронить ее тело. – Он нервно потер рот. – Никто не мог им помочь.
Я изумленно заморгала и поняла, что он чувствует ответственность за то, что дело осталось нераскрытым.
– Вы суете нос в чужую жизнь, пробуждаете призраков, – шериф скрестил мощные руки на груди. – Я больше не стану об этом слушать. Золото на ее браслете могло взяться откуда угодно.
– Но, шериф…
– Я работаю с фактами, – перебил он. – А не с безумными домыслами девчонки, которая плетет ложь о невинных людях из собственных эгоистичных соображений. Вы уже однажды солгали насчет мисс Мэйв.
Мое лицо запылало от злости.
– Ничего подобного. Она опасна!
– Мисс Мэйв Донован надежный, уважаемый член нашего общества, – он подчеркнул последние два слова, акцентируя внимание на том, что я здесь чужачка, и смерил меня суровым взглядом. – А вот вы, напротив, завладели моим имуществом без разрешения. Я поймал вас за серьезным преступлением, мисс Прюитт.
– Я ничего не крала! Мне просто нужно было взглянуть на кольцо. Мой отец купил его для мисс Мэйв. Вот же его имя!
Шериф мельком посмотрел на кольцо.
– Мэтью достаточно распространенное имя. И даже если ваш отец когда-то давно подарил его, это не доказывает вашу безрассудную теорию.
Лофтис подошел так близко, что я учуяла табак в его дыхании.
– Как бы мне ни хотелось, я не могу арестовать вас за взлом и проникновение, потому что вас впустила моя дочь, – он скривился. – В будущем она не совершит такой глупой ошибки. – Его рука потянулась к наручникам на ремне. – Верните мою собственность, и мы оставим этот вопрос в покое. Пока что. Но если вы снова переступите черту, я уже не буду таким снисходительным. Мы друг друга поняли?
– Прекрасно поняли.
Я положила кольцо на его ладонь и протолкнулась к двери.
Когда я схватилась за ручку, шериф снова меня окликнул. Его взгляд пронзал мне спину, словно стрела.
– Я буду следить за вами, мисс Прюитт.
– Ничего другого я и не ждала. Хорошего вечера, шериф Лофтис.
И, не оглядываясь, я ушла в сторону фермы. Пусть думает, что победил. Меня так легко не заткнуть.
Скрывшись из виду, я сделала крюк и вернулась в город. Будущее моей сестры висело на волоске. Я не собиралась быть паинькой и помалкивать.
Сжав юбку в кулаках, я побежала вдоль задних двориков магазинов и домов в центре Уилера. Небольшое депо, где остановился наш поезд, находилось меньше чем в четверти мили к северу от города. Мои ребра пронзила острая боль, но я опустила голову и упрямо пошла дальше.
Впереди появилось обветшалое здание с плоской крышей. На квадратной табличке, прибитой к двери, было написано: «ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНОЕ ДЕПО УИЛЕРА», а ниже, буквами помельче: «Телеграф».
За стойкой, уткнувшись носом в бульварный роман, сидела девушка с прямыми темными бровями. На броской обложке был нарисован мужчина посреди чернильного моря, который вырывался из тисков морского чудища.
– Чем я могу вам помочь? – спросила телеграфистка, не отрываясь от книги.
– Мне нужно отправить телеграмму.
Она вручила мне карандаш и бланк для заполнения. Я посмотрела список с расценками, выложила монеты, которые Хэтти дала мне для бабушки Ардит, и написала:
Мисс Агате Пимслер, попечителю Детского благотворительного общества, штат Нью-Йорк, Нью-Йорк
Нужно поговорить по неотложному и личному делу. Садитесь на первый же поезд до Уилера. Укажите ожидаемое время прибытия. Прошу, поторопитесь и сохраните это между нами. Верити Прюитт.
Телеграфистка набрала текст, то и дело косясь на книгу, лежащую у нее на коленях.
– Интересная книга? – непринужденно спросила я, надеясь отвлечь ее от скрытного характера своей телеграммы.
– Просто чудесная, – девушка улыбнулась. – Это серия о детективах Брэди. Каждую неделю выходит выпуск с новой загадкой – кто-то всегда попадает в опасность и нуждается в спасении. – Она вручила мне квитанцию и вернула внимание к книге. – Но они всегда хорошо заканчиваются. Отчасти поэтому мне так и нравятся эти истории.
– Попробую раздобыть себе выпуск, – я открыла дверь и глубоко вдохнула, наполняя грудь влажным воздухом и надеждой. – Мне как раз сейчас такое необходимо.
Окутанные туманом ночи тянулись одна за другой. Каждую одинокую секунду девушка пребывала в сознании, и так длилось годами. Днем тоже не удавалось поспать – она играла свою роль, улыбалась и надевала маску, чтобы не выделяться из толпы. Правду знали только старик, притворявшийся ее родственником, и старая карга, которая наложила заклинание и заперла ее в ловушке. Но остальные ни о чем не догадывались. Глупцы, все как один.
Она ожидала, что ее дух очнется в пустом небытие, как всегда. Ожидала, что проведет бесконечные часы до рассвета одна. Как всегда.
Но сегодня у реки, скрестив ноги, сидела маленькая девочка.
Она медленно подошла к ребенку, подол ее платья волочился по черному песку. Девочка взглянула на нее, узнала и ничуть не удивилась ее присутствию. Она кинула камешек маленькой ручкой, и тот запрыгал по обсидиановой воде к дальнему берегу.
– Я упала в колодец и не смогла дышать, – сказала девочка.
Девушка вспомнила тот давний вечер, когда сама нырнула под поверхность воды. Будь такая возможность, она бы все сделала иначе. Абсолютно все. Она бы осталась. И выжила.
Но теперь для этого было слишком поздно.
– Я наблюдала из леса, как какие-то мужчины с лестницей достали меня из колодца, – продолжила девочка. – Но они не слышали и не видели меня, потому что теперь я мертва.
Смерть все делала таким прозаичным.
За плечом девочки, паря высоко в воздухе, возникли врата. Они появлялись каждую ночь и всегда оставались закрытыми. Девушка точно не знала, что находилось по ту сторону, только то, что ей следовало пройти через них.
Девочка подняла руку и показала на плотно запертые кованые створы.
– Вы знаете, как их открыть? – ее темные брови свелись к переносице. – Мне нужно туда.
Девушка присела рядом с девочкой и взяла ее за худенькие плечи. Раньше она никогда не думала, что кто-то может присоединиться к ней в Пустоте. Она посмотрела на браслет с вплетенными прядями волос на запястье. И внутри нее заискрилось понимание. В голове начали строиться планы.
Уже слишком поздно менять прошлое и решения, которые привели к этому одинокому существованию. Но, возможно, есть один способ хотя бы частично скрасить его. Возможно, в конце концов она все же вернет что-то из того, что ей причитается.
– Увы, нет. Но я рада, что теперь ты со мной, – она погладила девочку по темным волосам, думая о другом ребенке. – Что, если я приведу к нам поиграть кого-то еще?
25
Делла ждала меня в повозке на окраине города, держа в руке настойку для Абеля. После напряженного разговора с шерифом я совсем о ней за- была.
– Я догадалась, что рано или поздно ты пойдешь этой дорогой, – сказала она и подвинулась, чтобы освободить мне место на узком сиденье. – Залезай. Пешком тебе точно не вернуться до темноты.
– Но твой отец наверняка разозлится, если узнает, – возразила я, замешкавшись.
– О, меня определенно ждут девять кругов ада, – кивнула она. – Садись уже.
Пока мы ехали на ферму, я рассказала Делле о своем послании мисс Пимслер.
– Ты не против сходить на телеграф и проверить, не пришел ли ответ?
– Ничуть. Мне жаль, что папа вел себя так ужасно. Поверить не могу, что он просто нас проигнорировал! – она нахмурилась. – Нет, вообще-то могу.
Делла остановила повозку на краю двора Везерингтонов и обняла меня на прощание.
– Будь осторожна, Верити.
Я пошла по тропинке с прямой спиной. Казалось, это единственный способ компенсировать скомканное чувство в груди.
Я мысленно воспроизвела все события этого дня и пришла к выводу, что их почти невозможно постичь. Опекун моей сестры способна на ужасающую жестокость. Я ничуть не приблизилась к пониманию загадок леса и как с ним связана мисс Мэйв. И в мои мысли с шипением просочилось подозрение. Я всегда считала свою мать хорошей женщиной. Зачастую грустной, но неизменно нежной. Неужели я ошибалась в ее доброте, как ошибалась насчет истинной тьмы мисс Мэйв?
Я обняла себя руками и направилась к сараю. Прямо за дверьми Большой Том подковывал Леди Мэй. Удары молота о железо громко раскатывались по сумеречному воздуху.
– Нужно закончить кое-какие дела до темноты, – сказал он, показывая на заходящее солнце и на большую лопату, прислоненную к стене сарая. Вид у него был чуть ли не виноватый. – Хэтти принесла твою рабочую одежду на чердак. Лучше переоденься. Нужно вычистить стойла.
Ну еще бы. Я подошла к лестнице и замерла на второй ступеньке.
– Как себя чувствует Абель? Я принесла ему настойку от бабули Ардит, – я протянула бутылочку. Внезапно грудь пронзило острое, чуть ли не болезненное желание увидеть его.
Большой Том забрал настойку, его медвежья лапа полностью накрыла мою ладонь.
– Нормально, насколько это возможно, – ответил он, хлопнув Леди Мэй по боку, чтобы дать понять, что она свободна. Кобылка вышла под лучи закатного солнца и присоединилась к Мерлину.
Большой Том медленно подошел к лестнице. Наши глаза впервые оказались на одном уровне.
– Абель говорил о тебе, – фермер шаркнул ботинком по пыльному полу. – Хвастался тем, какой ты была спокойной, когда он получил травму.
– Очень мило с его стороны, но это не совсем правда. Я только выглядела спокойной.
– Как утка на пруду, – кивнул Большом Том. Заметив мое недоуменное выражение лица, добавил: – С виду они так мирно плавают. Но под водой они гребут как сумасшедшие.