– Не все обладают слабостью к вечеринкам в стиле начала XX века, – вставляет Келлан и, вскинув брови, смотрит на Валери, которая чуть ли не подпрыгивает на месте и широко улыбается, словно Фи в свой день рождения, – но, естественно, я предвкушаю задания, которые ждут вас в эти выходные. – Он быстро поднимает левую руку с планшетом. – Вы будете жить в других комнатах. Следуйте за прислугой, они уже разобрали ваш багаж. Встретимся в семь вечера на ужине.
Все направляются к лестнице, я слышу перешептывания о возможных заданиях и недовольный комментарий Бэррона о «неформальной одежде двадцатых годов прошлого тысячелетия». Диона ждет меня, хватает под руку, но оборачивается на Остина, чтобы оставаться в зеленом поле. Мой символ Ворона постоянно светится оранжевым, пока я поднимаюсь по ступеням. Джош хочет держаться на расстоянии, не заработав при этом штрафные. Ну и хорошо.
Мы собираемся войти в широкие парадные двери между колоннами. Тут меня останавливает Валери.
– Нам нужно быстро переговорить.
Она не встречается со мной взглядом. Мои руки холодеют. Я отчаянно ищу Джоша, словно он мог бы как-то меня спасти. Он все еще игнорирует меня и смотрит на свой телефон, что-то быстро набирая. Неужели он пожаловался на меня Келлану, чтобы выйти сухим из воды? К горлу подкатывает желчь. Горький привкус не уходит даже после того, как Диона быстро сжимает мою руку.
– Увидимся позже, – улыбается она мне. Сейчас ее улыбка кажется натянутой. В глазах подруги читается беспокойство, улыбка гаснет, как только она отворачивается от меня и исчезает в здании.
Мы заходим внутрь после всех остальных кандидатов и кандидаток. Валери и Келлан идут по сторонам, словно телохранители или какие-то агенты, следящие за нарушителями. Единственный звук – их шаги, особенно громкий стук высоких каблуков Валери, и тихое жужжание часов. Поворачиваем направо и идем по коридору к гостиной. Благодаря смарт-часам мне не нужно оборачиваться. Знаю точно – Джош идет за нами.
Келлан указывает мне на старое розовое кресло, которое стоит напротив похожего диванчика на двоих. Они с Валери садятся на него. Я не отваживаюсь взглянуть на Джоша. Валери заказывает нам чай, словно это просто дружеская встреча. Я точно чувствую, что это не так. Воздух в комнате густеет. В камине пылает огонь, и я вздрагиваю от малейшего треска дерева. Мы молчим. Подают и наливают чай, а булочки с другими сладостями ставят на маленький столик. Служанка исчезает после того, как Валери ее благодарит.
Председательница Воронов берет чашку и крепко держит, не делая ни глотка.
– Мы хотим поговорить с тобой. Нам кое-что сообщили. – Она бросает быстрый взгляд на Келлана, который поджимает губы и после нервного вздоха в адрес Валери продолжает: – Кара Эмерсон, ты нарушила первое правило кандидатов в Вороны и связалась с человеком вне сообщества. В наказание ты должна отдать книгу.
Перед глазами плывет. Словно в петле времени я наблюдаю, как Келлан протягивает руку. Чашку куда-то поставили.
Эта книга – удостоверение твоего членства. Если ты ее потеряешь, ее украдут или ты лишишься ее по любой другой причине, то потеряешь все права Ворона.
Я медленно качаю головой. Рука сжимается на сумке, которую я, должно быть, во время его речи прижала к себе. Моя Книга Воронов. Я охвачена страхом. Он заморозил мои вены. Не могу пошевелиться, даже бревна, подпитывающие камин, не могут заставить меня. Зачем я положилась на Тайлера, покинула машину в запретном лесу, как тупые подростки в том фильме ужасов?
К глазам подступают слезы, но я их не чувствую. Мечты и надежды разрушены.
– У вас есть доказательства? – слышу позади себя голос Джоша. Естественно, он в комнате. От двери до моего кресла больше трех метров. Смаргиваю слезы, чтобы прояснить взгляд, и смотрю на Келлана.
– Есть, – говорит он Джошу и поднимает планшет. На видео Тайлер крепко обнимает меня у колодца и шепчет на ухо. Лора! Вот же змея! Тонкий голосок в голове подсказывает: на видео мы не нарушили правил.
Джош отвечает за меня:
– Это ни о чем не говорит. Они друзья, почему им нельзя обниматься? – его тон кажется слишком беззаботным. Интересно, заметила ли я разницу уже в начале недели и обратили ли на это внимание Келлан и Валери?
– За ней следили и видели, как она вошла в общежитие Тайлера Уолша и только пару часов спустя покинула его в растрепанном виде.
Келлан говорит, словно детектив в старом сериале. Я бы посмеялась над «растрепанным видом», если бы ситуация не была такой серьезной.
– И? – спрашивает Джош.
Келлан бросает на него взгляд, который ясно дает понять, что он сомневается в разуме сына президента.
– Это нарушает самое главное правило. Кандидатке нельзя связываться с чужими. – Келлан скоро потеряет терпение. Его пальцы все крепче сжимаются на планшете. Не удивлюсь, если дисплей лопнет в любой момент.
Все же я не отваживаюсь обернуться, а продолжаю смотреть Келлану в глаза. Даже когда слышу медленные шаги. Сначала вздрагиваю, когда на плечо ложится рука – слишком близко к моему горлу. Я чувствую запах геля Джоша. Кажется, сердце бьет все рекорды по скорости.
– Она не была в особняке Львов, если я правильно понимаю твой намек. – Келлан прищуривается.
– Как и я, – отвечает Джош. Он произносит это с насмешкой, прежде чем объяснить ситуацию Келлану, Валери и даже мне. – Мой телохранитель все еще живет в моей старой квартире, которая, по воле случая, располагается в том же здании, что и квартира Тайлера Уолша. Мы с Карой, – произнося мое имя, он проводит пальцами по моей шее, она покрывается гусиной кожей, – после той фотографии в прессе не хотим больше внимания. – Он убирает мои волосы в сторону, и я прижимаюсь к его руке – жест благодарности. В голове всплывают слова Джейса: «Он спасает твою задницу». То есть он спрятался и таким образом создал алиби.
Валери чересчур радостно вскрикивает и наконец отвлекает меня от Келлана. Ее взгляд мечется между нами, а голубые глаза искрятся, словно крошечные сапфиры на шее.
– У нас настоящая пара! Мне повезло это увидеть! – Она хватает Келлана за руку и сжимает, хотя тот совсем не впечатлен.
Я не отваживаюсь дышать, говорить или вообще двигаться, чтобы не допустить ошибку. Вместо этого сосредотачиваюсь на пальцах Джоша, которые как воздух касаются моих плеч и шеи.
– Мои поздравления, – строго говорит Келлан.
Он что, расстроен? Или эти двое изображают хорошего и плохого полицейского?
Келлан встает, а Валери тянется за своей чашечкой, делает глоток и глубоко вздыхает. Потом поднимается, подходит ко мне в два шага и обнимает.
– Я так и знала! Так рада за вас!
Только когда в коридоре раздается эхо ее каблуков, я отваживаюсь успокоиться. Я оседаю, словно из меня вытянули весь воздух.
– Спасибо, – наконец удается выдавить мне.
– Не за что. Я тебя предупреждал.
Я киваю, мечтая исчезнуть между подушками, но происходит совершенно противоположное. Джош обходит кресло, садится на корточки передо мной и кладет руки прямо рядом с моими коленями. Кажется, чувствую исходящий от него жар, взволнованную энергию.
– Мы – команда, Эмерсон. Еще до следующих выходных, хорошо?
Я киваю.
Буду держаться подальше от Тайлера, пока все не закончится. Мне больше не хочется чувствовать этот железный паралич, который я испытала во время конфронтации, никогда. И я больше никогда не хочу видеть, как Келлан тянется к моей книге.
23
– Я все еще не могу поверить, что он тебя спас, – бормочет Диона и ходит по моей комнате взад и вперед, словно по подиуму. Остин сидит на маленьком диванчике у окна и смотрит на нее. Вообще-то, он хотел подождать снаружи, чтобы «не мешать нам», но тогда Диона не смогла бы двигаться свободно, а способность стоять на месте явно не ее сильная сторона.
– Я тоже. Поверь, я готова обнять его за это. – Со вздохом смотрю на свою большую двуспальную кровать – или, скорее, на стену, перед которой она стоит. За ней находится комната Джоша, соединенная с моей дверью в шкафу. Как же примитивно строители здания постарались сохранить в тайне от персонала некоторые встречи!
Сначала было нелегко войти в комнату, не разрывая связь. Двери номеров находятся далеко друг от друга. Понадобилось несколько попыток, прежде чем мы попали в комнаты, на которые нам указали служанки. Каждый раз включалась сильная вибрация и ворон на часах мигал красным. Найдя дверь в шкафу, мы решили ходить вместе через дверь одной из комнаты. А потом будем пользоваться «дверью для встреч», тайным проходом.
– Главное, проблема решена. – Диона глубоко вздыхает. – Надеюсь, ты теперь будешь лучше себя контролировать. Знаешь, как я переживала, когда эти двое тебя остановили? – Диона стоит передо мной, внимательно и с упреком смотрит мне в глаза.
– Да, мама. – Опускаю голову, чтобы она не видела улыбки.
– Ты просто невозможна, Кара. Не так ли, Остин?
Остин вскидывает руки, словно защищаясь.
– Я не стану говорить ничего, что может быть позже использовано против меня.
– Предатель, – шипит Диона, перед тем как рассмеяться.
Они отлично смотрятся рядом. Чем больше времени мы проводим вместе, тем заметнее, что это все просто чистая дружба. По крайней мере, пока. Они дразнят друг друга, шутят, но не флиртуют. Между мной и Тайлером все по-другому. Можно ли вообще флиртовать, не желая машинально большего? Или я просто была не в том состоянии? Даже теперь, лишь изредка думая о Тайлере, чувствую, как сотни бабочек начинают порхать в животе, и слово «отношения» уже не вызывает желания сбежать. Тайлеру удалось убрать все плохие ассоциации своим упорством.
– Остаток фазы кандидатов ты должна постараться, Кара, – снова советует Диона.
– Будет сделано. Я в долгу перед Джошем. – Глупо, но правда. Надеюсь, моя вина не превратится в больший груз, чем возможное исключение из Воронов.