меланхолично обронил король. – Раймон, судя по твоей ухмылке, ты уже что-то придумал?
– Да. Я позволил пустить слух, что вы, ваше величество, собираетесь изменить закон и сделать меня единственным регентом! Думаю, это заставит заговорщиков поторопиться.
– Или переключиться на вас, – меланхолично заметил Ла Шоньер, все это время молча стоявший за спиной его величества.
– В любом случае им не хватит времени планировать свои действия тщательно.
– Вы в этом слишком уверены, – возразил королевский секретарь.
– Мне донесли, что Ламарк испытывает значительные финансовые трудности. Значит, он слишком много вложил в эту авантюру, и у него нет времени ждать. Он будет действовать и заставит действовать остальных!
– Умно, – одобрил Георг. – Милорды, нам следует подготовиться!
Стук в дверь прервал их. Ла Шоньер вышел и сразу же вернулся.
– Прошу прощения, ваше величество! – торжественно возвестил он. – Лорд Пауэрли просит аудиенции!
– Я сейчас занят!
– Милорд говорит, что это срочно и связано с покушением на вас!
Присутствующие переглянулись.
– Зови! – Георг откинулся на спинку стула.
Ла Шоньер отступил, пропуская первого мага в комнату. Заметив Повелителя драконов и лорда Чисхолма, лорд Пауэрли скривился, а присутствие графа Нортриджа заставило мага скрипнуть зубами.
– Ваше величество, я бы хотел переговорить с вами наедине… – начал он.
Георг нетерпеливо отмахнулся:
– Не думаю, что вы скажете что-то, что не должны знать остальные, так что не будем тратить время понапрасну!
– Как пожелаете! – еще один злобный взгляд. – Я пришел доложить, что вскрылись новые подробности последнего покушения. Мне удалось узнать имя девицы.
– И кто она?
– Девица Вайолет Эридан. Ее отец, лорд Эридан, погиб во время мятежа. Сама девица несколько лет была гарьярдой герцогини Амьенской, вернее, леди Скай… – Пауэрли опустил голову, пряча торжество, мелькнувшее в глазах.
– И ее никто не узнал сразу? – фыркнул Раймон. – Что за ерунда!
– Девица была под личиной, – возразил маг и мстительно добавил. – Я узнал магическую ауру. Личина наложена леди Скай… простите, милорды, герцогиней Амьенской!
– Это клевета! – Раймон с трудом подавил порыв вскочить и придушить старика. – Зачем Анне отсылать свою гарьярду к его величеству, еще и накладывать заклинание?
– Потому что она причастна к заговору первого мужа? – сладкий голос мага сочился ядом. Ему доставляло удовольствие унижение бастарда, взлетевшего так высоко.
– Она не причастна. Иначе она не принесла бы оммаж его величеству! – отрезал герцог.
– Неужели? – лорд Пауэрли хищно улыбнулся. – Вы не представляете, герцог, как легко давать клятвы, если знаешь, что их не надо соблюдать! Как вы думаете, почему женщины никогда не приносят оммаж, только брачные обеты?
– Просветите нас! – хмыкнул Нортридж.
– Женщина – порождение Бездны, ее натура лжива с рождения, и темная магия разрушает священные узы оммажа. Эта девка охмурила Повелителя драконов и легко провела вас всех, милорды!
– Пауэрли, не забывайтесь! Вы говорите о моей жене! – зрачки Повелителя драконов стали вертикальными, было заметно, что он едва сдерживается, чтобы не придушить первого мага.
– Следы магии которой найдены на теле той, кто желала убить его величество! – Пауэрли торжествовал. – А если вы, милорд, будете настаивать на невиновности супруги, все остальные могут решить, что вы тоже вовлечены в заговор!
– Девица была под ментальным воздействием! – возразил Нортридж. – Хотите сказать, что это тоже дело рук Анны?
– Не исключено!
– Неужели вы это не проверили? – поинтересовался король.
– Когда я пришел, магия почти развеялась, опознать было невозможно.
– При этом заклинание личины хорошо сохранилось, – прошипел Раймон. – Удивительно, не правда ли?
– И оно указывает на леди Скай, – охотно подтвердил первый маг. – Зачем ей накладывать заклинание, меняющее внешность гарьярды?
– Почему бы не спросить у нее самой? – предложил лорд Чисхолм. – Думаю, миледи сможет ответить на наши вопросы.
– Увы, милорд, – первый маг снисходительно улыбнулся. – Леди Скай… Ох, простите, герцогиня Амьенская сбежала!
– Что? – Повелитель драконов вскочил. Стул с грохотом полетел на пол, но Раймон этого не заметил. – Что значит «сбежала»?
– Ее нет в замке.
– Откуда такая уверенность? – небрежно поинтересовался Нортриж, не спуская с мага пронзительного взгляда. – Насколько мне известно, комнаты герцогини надежно охраняются!
– Гарьярды обеспокоились, что их госпожа долго не выходит из спальни и заглянули. Не найдя герцогиню, они подняли шум…
Раймон уже не слушал. Распахнув дверь, он выскочил в коридор.
– Милорд! – привлечённый шумом, Джереми выскочил из-за угла, сминая в руках карты.
– Гарета сюда!
– Но…
– Живо! – герцог рявкнул так, что в окнах задрожали стекла. Оруженосец испуганно вжал голову в плечи и понесся к лестнице. Друг детства не заставил себя ждать.
– Почему не доложил сразу? – напустился Раймон на друга.
– Ты про что? – Гарет старательно отводил взгляд.
– Про Анну! Где она?
– Понятия не имею. Охрана говорит, что из комнаты никто не выходил.
– Гарет!
– Раймон, у меня и так дел невпроворот!
Серые глаза сверкнули сталью. Герцог сжал кулаки, борясь с желанием вмазать бывшему другу в челюсть.
– У тебя есть полчаса, чтобы узнать все, – жестко произнес он. – Потом можешь убираться на все четыре стороны!
– Прогоняешь меня? – Гарет ошеломленно уставился на герцога. – Прогоняешь из-за девки, а ведь она даже не девственница!
Он не договорил. Удар сбил с ног. Капитан вскочил, утирая кровь с разбитых губ.
– Ах ты! – он замахнулся, Раймон легко увернулся и опять ударил. На этот раз под дых, заставляя противник согнуться пополам, хватая ртом воздух.
– Полчаса, Гарет, – жестко напомнил герцог. – Время идет.
– Ты… да пошел ты! С меня хватит! – отдышавшись, бывший друг сорвал с себя тунику с гербом герцога Амьенского и швырнул тому под ноги. – Наглый выродок! Ты всегда был надменным недоумком! Это не ты меня прогоняешь, это я сам ухожу!
Он повернулся и демонстративно направился к лестнице. Раймон подозвал ближайшего стражника:
– Проследить, чтобы он покинул замок и не прихватил ничего лишнего!
– Да, милорд!
Как не хотелось сломя голову броситься на поиски Анны, но Повелитель драконов сдержался. Анну не нашли, значит, ее нет в замке. Следовало выяснить, что еще знает Пауэрли. Старик не стал бы так улыбаться, если бы не припрятал в рукаве пару козырей. Герцог не верил, что жена сбежала, потому что замешана в заговоре. Наверняка произошло что-то, что заставило Анну опасаться за свою жизнь. Или поспешить кому-то на помощь. С нее станется!
Раймон до боли стиснул кулаки. Что если его жену заманили в ловушку? Ему следовало сразу отправить жену в Амьен, а не поддаваться искушению провести с Анной еще несколько часов.
Сосчитав до десяти, герцог решительно зашел в кабинет его величества. Лорд Чисхолм и Ла Шоньер встретили его сочувственным взглядом, Пауэрли торжествующим, а граф Нортридж покачал головой, осуждая несдержанность друга.
– Вам не стоило покидать нас, милый друг, – пробормотал он.
Георг сидел за столом мрачнее тучи и внимательно рассматривал флакон духов, стоявший перед ним. Филигранные золотые ветки обвивали сосуд округлой формы, а пробка представляла собой бутон розы.
– А, герцог, вы решили остаться с нами? – сладко пропел первый маг королевства.
– Вы возражаете? – вопрос адресовался королю, но Пауэрли принял его на свой счет:
– Отнюдь. Я только что рассказывал его величеству, что нашел этот флакон в одежде погибшей гарьярды. Полагаю, здесь яд, которым отравили маркиза…
– Полагаете или уверены? – насторожился Раймон.
– Уверен. Думаю, при помощи гарьярды ваша жена отравила маркиза, чтобы выманить вас из покоев и покушалась на жизнь его величества! Так сказать, убить двух, простите, ваше величество, зайцев одним махом, а заодно поквитаться и с обидчиком! К тому же у герцогини, как ни у кого другого, была возможность раздобыть кровь дракона!
– Неужели, – Раймон осторожно подхватил флакон, повертел в руках, наблюдая, как солнце играет на золотых листьях, и фыркнул. – Вы уверены, что именно из этого флакона отравили маркиза?
– Вы сомневаетесь в моих способностях, герцог? – вскинулся маг.
– Я сомневаюсь, что вы сказали нам правду, лорд Пауэрли! – Раймон переместился ближе к магу, сделав знак Ла Шоньеру стать в дверях, чтобы помешать противнику сбежать. Нортридж заметил этот маневр, нахмурился и на всякий случай сложил пальцы так, чтобы быстро бросить заклинание.
– Вы хотите сказать, что я лжец? – усмехнулся Пауэрли.
– Я хочу сказать, что вряд ли моя жена стала бы хранить яд во флаконе духов, который в прошлом году таннатский посол подарил ее величеству, – зрачки герцога сузились, а улыбка напоминала оскал.
По лицу мага пробежала тень.
– Знаете, я не удивился, если бы духи узнал граф Нортридж, но вы, герцог… – Пауэрли наигранно рассмеялся. – Я думал, вы более мужественны!
– Я узнал не духи, а флакон, – жестко отрезал Раймон. – Я изготовил его!
Он продемонстрировал всем донышко, на котором было выгравировано клеймо: цветок маргаритки.
– Вы же оружейник! – возразил королевский секретарь.
– Таннатский посол лично просил меня. Я не стал отказывать.
– Лорд Пауэрли? – Георг подчеркнуто спокойно взглянул на первого мага. – Объясните, что происходит?
Несколько секунд тот стоял, не двигаясь, а потом резко вскинул руки вверх.
– Вы все умрете!
– Артур, щит! – Раймон кинулся к магу, сбил с ног и навалился сверху, блокируя заклинание, готовое сорваться с пальцев. Искры магии брызнули во все стороны, натолкнулись на щиты, умело выставленные графом Нортриджем, и устремились в потолок. Пол под ногами вздрогнул, а из окон посыпались стекла.