— Вскоре пойдут природные фонари, до них добраться хватит.
— Там полно тварей, как двуногих, так и…
— Сдюжим.
Мы не тратили времени на разговоры, в любой момент погоня могла настигнуть нас. Я не верил в интеллектуальные способности гвардейских командиров, но существовала угроза того, что в канализацию тоже направят отряды. После такого взрыва они будут требовать крови, большой крови, нашей крови. Но сначала им необходимо нас найти.
Бег по темным тоннелям и коллекторам был небезопасным, я постоянно скользил на склизком полу, но промедление было еще опасней. К счастью, за годы эта часть коллекторов не изменилась, я прекрасно ориентировался в темноте, знал, где ступеньки, выступы или просто неустойчивая поверхность. Предупреждая об опасностях спутников, я мог не опасаться, что мы свалимся в выгребную яму.
— Ты прямо подземная крыса, — восхищенно просипела Асани.
Она начала уставать.
— Береги дыхание! — сказал я, но понял, что вскоре придется остановиться.
Это меня не устраивало, и я схватил Асани, забросил себе на плечо и потащил дальше. Она ойкнула, инстинктивно попыталась вырваться, но затем успокоилась.
— Считай, что я дикарь, который несет тебя в землянку, чтобы устроить страшную оргию, ха-ха! — весело посоветовал я ей.
Она шлепнула меня по лысине, но не ответила. Джеронимо молчаливой тенью следовал за мной, его присутствие ощущалось только в легком шелесте шагов. Проклятие, этот парень страшен! Не хотел бы я встретиться с ним в бою.
От фонаря уже толку не было никакого, его свет потускнел, но плесень на стенах давала достаточно освещения. Дорогу я знал хорошо, взял за правило мысленно проходить этот путь, вспоминая каждую деталь. Это вопрос моей безопасности, я приготовил много путей для отступления. Это первая наука, которую вбивают в стрелков.
Я сворачивал то в один тоннель, то в другой, казалось, выбирая их хаотично, на самом деле это был самый короткий путь к моей цели. По пути нам встретилось несколько сборщиков, которые не успевали среагировать, как я уже проносился локомотивом дальше. Джеронимо не обращал на них внимания.
— Они могут навести на нас след, — сказал он.
— Нет, дальше тоннели заброшены, там никто не обитает, им нечем поживиться, — я говорил отрывисто, стараясь беречь дыхание.
— Они могут запомнить нас. Тебя.
— Потом будем думать об этом.
Я не увидел, но почувствовал, как он кивнул.
Вскоре освещенные плесенью и грибами коллекторы сменились кирпичной кладкой, под ногами захрустел шлак. Я сбавил шаг, тут нас уже никто не будет искать, а опасность в темноте наткнуться на железный штырь была вполне реальной. Я поставил Асани на землю и вручил ей последний фонарь.
— Под ноги свети мне.
Она кивнула, и мы пошли дальше. Мы блуждали еще минут пять, Асани начала высказывать недовольство, к которому я не прислушивался. Цель уже была рядом. Сделав еще два поворота, мы вышли в узкий, наклонный тоннель.
— Нам наверх, — сказал я и пошел первым.
Беглецы последовали за мной. Фонарь, выработав свой ресурс, погас, но в нем уже не было необходимости. Света заходящего солнца было достаточно, его лучи освещали замусоренный пандус.
— Это же Печь да? — спросила Асани.
— Она самая, — больше я ничего не сказал.
Пусть Асани строит догадки, куда я их веду. Я хотел сделать сюрприз.
Выбравшись на поверхность, мы оказались на территории заброшенного плавильного завода. Одинокая доменная печь сиротливо пристроилась в конце залы в окружении вышедших из строя железорезных и молотильных станков. Вот туда я и направился, не дав своим спутникам времени осмотреться.
— По всему Городу я создал несколько безопасных тайников, — на ходу начал рассказывать я, — всякое могло случиться, следовало подготовиться к отступлению.
— Умно.
— Еще бы! Это развалины завода, как ты видишь. Он был закрыт еще лет десять тому назад, когда в строй стали пускать новые типы печей.
— Почему же эту не снесли?
— Хозяин был против, завод постепенно разорился, перешел на баланс Совета, в общем документы потерялись, каждый хотел себе урвать этот кусок.
— В итоге он не достался никому, — поняла Асани.
— Верно, богачи перегрызлись, пытаясь взять под контроль эту территорию. Так до сих пор и грызутся. По моим оценкам, это место будет еще лет десять стоять заброшенным, достаточный срок, чтобы создать тайную базу.
— Почему ты не сделал военную карьеру? — восхищенно спросила Асани.
Я зарделся, но честно ответил:
— Потому что я не могу быть свиньей в мундире.
Она фыркнула, но признала мою правоту. В схватке за власть редко побеждает честный человек, не та конституция у него. Не стоило и пытаться запятнать себя грязью, Асани знала это прекрасно, ведь ей по праву родства полагалось стать одним из политиков.
Мы добрались до печи, небольшой, старой конструкции, но уютной и до сих пор хранящей в себе тепло пламени. Безопасное место, что нам еще требовалось? Хотя пробираться до нее было тяжеловато, завод обветшал и крыша давно обрушилась. Наверное, мы перебудили тысячи птиц, которые свили гнезда наверху. Но кроме них нас никто не мог услышать, я мог сказать это со всей точностью. Тут даже сторожа не было, а для нищих есть места и получше.
— Добро пожаловать в этот импровизированный дом, — приветствовал я своих гостей и отбросил массивную крышку, закрывающую печь.
Внутри было чисто, сухо и опрятно, я пропустил даму вперед, чтобы она могла оценить прелесть пустого жилища. Она же еще не знает, что это не просто тайное место для сна. Я приготовил ей еще один сюрприз.
Глава 17. Вместе в убежище
Асани прошла внутрь, за минуту оценила обстановку и недовольно поджала губы.
— Я рассчитывала на большее, — заметила она.
— Всему свое время, Асани. Не стоит торопить события, — говорил я интригующим голосом.
— Такие большие мужчины, как ты, всегда несколько… медлительны. Я заметила это уже давно.
Я не ответил на эту шпильку, потому что не понял. Сегодня я достаточно показал скорость своей реакции, только она меня и спасла. Да и Асани осталась цела только благодаря мне, ни один ее слуга не посмел бы перечить госпоже. Им проще было своими телами ловить пули, нежели противиться суровой леди Вейнтас. Когда я появился перед битвой, облегченно вздохнули, казалось, все. В особенности Джеронимо и Киж, первый такой неэмоциональный тип, что любая его мысль легко виделась. Его холодность была не столько в способности скрывать свои эмоции, сколько в полном их отсутствии.
— Это безопасное место, — поддержал меня телохранитель.
Уж он мог оценить прелесть моего тайного обиталища. Тем более я его подготовил должным образом, просто такие слепцы как Асани не видят этого.
— Да, но ночью тут будет ужасно холодно, а согреться с вами, мальчики, совершенно невозможно! — фыркнула моя зануда.
— Тебе никто и не предлагает, — бросил я, направляясь к дальней стене.
Уходя, рабочие очистили печь от шлака, прогоревшего угля и крицы. Они предполагали, что эту печь снесут, а на ее месте возведут новую, современную. К счастью для нас, этого не произошло. Похожий на блюдце кирпичный пол был практически абсолютно чист, в свое время я позаботился о жилище. Я тут прибрался, почистил камень, чтобы можно было сносно жить в течение месяца. Все, что нужно было, для этой жизни хранилось тут же, в неприметном тайнике.
Джеронимо увязался за мной, даже не так, он сам направился к тому месту, где я оборудовал склад припасов. Я удивленно приподнял брови, но промолчал. Неудивительно, что такой опытный рубака сразу приметил место, где кладка была новой.
— Лом понадобится? — только спросил он.
— Нет, — ответил я.
Асани что-то проворчала нам в след, мы проигнорировали ее. Кажется она обиделась и не нашла ничего лучше, кроме как сесть в центре печи и буравить нам спины гневным взглядом. Похоже, ее кровь все еще не успокоилась после пляски смерти. Да у меня самого мышцы нервно подергивались. Лишь Джеронимо выглядел лениво-расслабленным, но только выглядел.
Когда я озаботился созданием тайного жилища, я выбрал этот завод и еще несколько "вечных" мест в Городе. Но завод был лучшим и наиболее приспособленным для этого местом. Прочные перекрытия, мощная кладка, достаточно путей отхода, вентиляция и защита от погодных условий. А самое главное — паразиты, всевозможные крысы и бродячие животные, вьюны и плесень не желали тут обитать.
За столетие эксплуатации печи под заводом образовались целые тонны шлака, сквозь которые не могли пробиться вездесущие растения. Это место было надолго оторвано от жизни, а значит, я мог спокойно тут спать, не опасаясь проснуться окруженным пищащим войском. Нищие так же обходили это место стороной, кроме того, что на руинах завода довольно хреново спать, я еще распространял слухи о том, что тут водятся духи. В эту легенду было легко поверить, заходящее солнце отбрасывало причудливые тени от искореженных конструкций плавильного завода. Весь корпус стонал и скрежетал под порывами ветра, обилие ржавых механизмов, обломков арматуры только добавляли жути.
Я-то знал, что тут безопасно, как никак потратил целый месяц на проверку и расчеты, но другим это было неизвестно. Я ждал того момента, когда Асани начнет вздрагивать. Скоро ночь, вот тогда посмотрим, куда денется ее смелость. Да, я хотел над ней подшутить, имел право! Эта змея из меня столько крови выпила сегодня!
И старую печь я выбрал для жилища не случайно. Если завод все же соберутся сносить, то этот кирпичный монолит спекшийся за года в непробиваемую скалу, будут крушить последним. Я смогу забрать свои вещи, просто не хотел, чтобы они кому-либо достались. Печь располагалась в самом дальнем конце завода, не каждый рискнет сюда идти, а путь через шахты сложен.
Пришлось потратить целую неделю на то, чтобы разломать печную кладку. Взрывчаткой я не пользовался, боясь, что меня обнаружат. В то время завод еще охранялся — одинокий старик с плешивой собакой, он и стал распространять слухи о погубленных душах рабочих. Специально я его не пугал, так получилось. Мои труды не прошли даром, я сумел устроить хитрый тайник прямо тут.