– Он поднял взгляд на Клэр и продолжил: – В Подгорном королевстве практически все обитатели имеют врожденные способности, однако их степень сильно отличается у каждого из нас. Мастерству же применения талантов несложно научиться. Кто-то к этому стремится, кто-то нет. Также немаловажна сила воли. Туаталь ослаб от длительного заточения и полученных ран, как физически, так и магически. Его упорство всегда было непоколебимым, но с раздробленным сознанием и спрятанным сердцем он уже не мог всецело полагаться на свои способности, как привык. Армия же Неблагого двора окрепла от череды побед, ведь еще до плена нашего короля военные действия складывались не в нашу пользу.
От последних слов Клэр почувствовала, как на плечи ложится тяжелый груз вины, подобно холодному камню или распространяющемуся по жилам яду.
– Не думай, что послужила причиной разногласий между нашими землями, – проницательно взглянув на побледневшую девушку, добавил Фаолан. – Они начались задолго до твоего рождения и продолжались десятки лет до того, как силы нашего короля оказались в твоих руках. Не спорю, в этом есть и твоя вина, но она бесконечно мала по сравнению с той ответственностью, которую следует возложить на древних правителей.
Пока имп рассказывал, служанки проворно помогали Клэр облачиться в длинное роскошное платье без рукавов, расшитое разноцветными узорами, напоследок затянув шнуровку на талии.
– Я бы предложил тебе подкрепиться, вот только… – Фаолан тяжело вздохнул. – Лишь Его Величеству подвластны путешествия между мирами, да и то с немалыми усилиями. Пища же фейри имеет свою цену, как тебе известно.
– Раньше вы давали мне в дорогу мешок с едой, но я почти сразу его потеряла.
– То была лишь иллюзия, призванная придать тебе силы. Они бы не предотвратили гибель от голода и обезвоживания, однако не позволили бы страдать от них. Тебе требовались поддержка и ободрение, но мы могли обеспечить только видимость пищи. Кроме того, предполагалось, что ты не задержишься в Подгорном королевстве надолго.
– Но я в порядке, – озадаченно протянула Клэр после того, как прислушалась к привычным уже ощущениям жажды, сосущей пустоты в желудке и слабости, делавшей конечности тяжелыми, а сознание – слегка размытым. – Я голодна, само собой, но умирать пока не собираюсь.
– Ты и вправду выросла, – печально улыбнувшись, произнес Фаолан. – Еще несколько лет назад ты бы набросилась на меня с обвинениями и жалобами.
– Пожалуй, – возвращая улыбку, признала девушка. Теперь на сморщенном личике собеседника отчетливо проглядывало благородство, которого она раньше не замечала. – Спасибо, что верил в меня.
– Я не верил, – фыркнул он. – Я положился на мнение Туаталя. И он оказался прав, хотя это заняло больше времени, чем он надеялся. – Имп кивнул в сторону двери. – Идем.
Фаолан провел ее по длинному коридору с несколькими закрытыми дверями. Один раз Клэр вынужденно остановилась, обессиленно привалилась к стене плечом и уперлась ладонями о колени, так как в глазах потемнело, а голова отчаянно кружилась. Спустя пару минут побледневшей девушке удалось отдышаться, и она возобновила путь, отказавшись от предложенной помощи раненого импа, который и сам выглядел неважно. Медленный темп, похоже, он выбрал не только ради спутницы.
В конце концов они добрались до двери, ведущей в покои короля Благого двора.
– Туаталь… он… – Фаолан неловко откашлялся. – Ну, ты сама сейчас все увидишь.
Он взялся за бронзовую ручку на деревянной створке, повернулся к Клэр и открыл рот, будто хотел что-то добавить, но потом просто качнул головой, приглашая следовать за ним, и распахнул дверь.
Туаталь лежал в центре огромной постели, укрытый одеялом и облаченный в белую рубашку из тонкой легкой материи, похожей на шелк. Наряд свободно облегал тело короля, а расстегнутые верхние пуговицы приоткрывали его шею, позволяя увидеть слабо бьющуюся синюю жилку и край перебинтованной раны.
– Он еще жив? – шепотом спросила Клэр. Дыхание мужчины без сознания было таким слабым, что поначалу ей оказалось сложно определить, поднимается ли его грудь. Сложенные поверх одеяла руки придавали позе Туаталя слегка неестественный вид: девушка не могла припомнить, чтобы кто-то из ее знакомых спал в подобном положении. В состоянии покоя король выглядел еще более худым, чем раньше, и чувство голода свинцовым шаром перекатывалось в желудке, словно Клэр не имела права мечтать о еде при зрелище куда более истощенного в плену спутника.
Мир вокруг начал вращаться, накатил приступ дурноты. Смутно осознавая, что Фаолан отдает приказания на непонятном языке и придерживает ее за руку, девушка запнулась, упала на колени возле кровати, устало склонила голову на матрас и позволила тьме поглотить ее.
Глава 35
Туаталь стоял возле окна в кабинете, откинув голову на каменные откосы, будто специально позволяя насладиться нечеловеческой красотой изящной линии шеи. И Клэр невольно подумала, что перенесенные страдания придали чертам короля скорее утонченность, нежели болезненность, в отличие от нее, но тут же решительно отбросила завистливые мысли.
– И что? Ты не собираешься приходить в себя? – резковато поинтересовалась она. – Все ждут твоего пробуждения.
– Добрый вечер, Клэр, – рассеянно заморгал собеседник, словно только сейчас заметил ее, и повернулся. На его губах играла легкая печальная улыбка. – Зачем ты пришла?
– Чтобы помочь тебе проснуться, конечно.
– Ты считаешь, я бы не очнулся раньше, если бы был в состоянии это сделать? – насмешливо выгнул белоснежную бровь Туаталь. – Что бы ты обо мне ни думала, я крайне серьезно отношусь к своим обязательствам.
– А почему ты не можешь проснуться? – Клэр подошла ближе, оставляя лишь небольшое пространство между их телами, через которое проскакивали молнии.
– Потому что я нахожусь на волосок от смерти, – едва слышно усмехнулся король. – Ты вернула мне разум и силы, и за это я навеки буду признателен. А еще ты стала наконец героиней, как я всегда и надеялся. Представляю, как поколение за поколением подданных Благого двора будут наслаждаться зрелищем прекрасных гобеленов с изображением Железной королевы, с пальцев которой срываются искры. Которая обращает в бегство армии неприятеля лишь с помощью текущего в крови огня. – Он с мрачным удовлетворением улыбнулся и нежно провел пальцами по щеке девушки. – Даже если мои методы обидели тебя, я все же исполнил твое желание.
– Какое? – удивленно глядя на Туаталя, прошептала она.
– Превратиться в героя.
– Так и есть. – От нахлынувших эмоций у нее перехватило дыхание, и, посмотрев в глаза короля, Клэр задумалась, всегда ли они были настолько яркими либо же кажутся такими из-за навернувшихся на ее собственные глаза слез. – Но почему ты это сделал? Почему выбрал меня?
– Потому что твои сны были такими великолепными. – Он прикоснулся длинными тонкими пальцами к ее щеке, провел по скуле, затем едва заметно, словно шелковой тканью дотронулся до чувствительной кожи губ. – Ты мечтала стать чем-то большим, чем на самом деле. Все, что мне требовалось – предоставить тебе возможность обрести себя. Мы нуждались в тебе так же… нет, даже больше, чем ты нуждалась в нас. – Теперь его улыбка засияла гордостью.
Клэр закрыла глаза.
Пальцы Туаталя были теплыми и нежными, как перышко. Затем он отстранился, как ей показалось, с усилием, хотя являлось оно следствием физического недуга или же попыткой сохранить эмоции под контролем, сказать было сложно.
– Значит, ты не проснешься?
– Я не могу, Клэр. – Голос короля звучал слегка напряженно, и девушка открыла глаза, стараясь рассмотреть его выражение лица. Однако он отвернулся, не желая встречаться с ней взглядом, и так прерывисто вздохнул, что это можно было счесть за рыдание. Затем решительно обернулся и натянуто улыбнулся. – Я не страшусь смерти. И все же благодарю, что скрасила мои последние минуты своим присутствием.
Клэр почувствовала, как холодный тяжелый груз горя раскаляется и превращается в бушующий гнев. Она не могла позволить умереть Туаталю!
– Желаю, чтобы ты очнулся! – Девушка схватила его за руку и переплела их пальцы, будто пытаясь крепче привязать к себе. – Я желаю, чтобы ты жил.
– На самом деле? – удивленно спросил король из кошмаров.
– Да! – пораженно уставилась на него Клэр. – Ты, высокомерный, упрямый, невыносимый человек! Конечно же, я хочу этого.
– Что ж, – усмехнулся Туаталь, мягкий и нежный звук его голоса ласкал, словно летний бриз. – Это меняет все.
Клэр отчаянно втянула в легкие воздух, не понимая, где находится и почему так холодно. Колени болели, а лицо прижималось к чему-то мягкому.
Ее тянула за плечи чья-то маленькая, но сильная рука, и, подняв голову, девушка поняла, что Фаолан стоит рядом с ней и безуспешно пытается перетащить ее в тяжелое бархатное кресло.
– Спасибо, – хрипло произнесла она. – Я что, упала в обморок?
– Ага. – Имп нахмурился. – Не следовало разрешать тебе подниматься с постели. – Он перевел взгляд на короля. – И все же я, похоже, принял верное решение. Не представляю, как тебе это удалось, но он выглядит гораздо лучше.
Клэр с трудом встала, но почти сразу же рухнула в кресло.
– Голова кружится, – задыхаясь, прошептала она и пристально вгляделась в поисках признаков улучшения в лицо Туаталя, на которое падали мягкие солнечные лучи. Что-то в его позе изменилось, и спустя несколько секунд девушка поняла: ближайшая к ней рука развернулась ладонью вверх, а пальцы слегка согнулись, словно в ожидании чего-то.
Проглотив вставший в горле ком, который грозил ее задушить, Клэр потянулась и взяла руку короля.
Вероятно, она заснула либо же потеряла счет времени. Впоследствии Клэр так и не удалось вспомнить, долго ли она просидела без движения, держа за руку короля, пока его белоснежные, будто покрытые инеем ресницы затрепетали, и яркие, искрящиеся глаза посмотрели на нее, заставляя вздрогнуть от пронзившего тело разряда желания.