Он очнулся ради меня.
Глава 36
Раздался тихий стук в дверь комнаты Клэр.
– Войдите, – откликнулась она. Собственный голос показался ей слабым и неуверенным, так что она откашлялась и повторила громче: – Войдите!
Дверь бесшумно распахнулась, и вошедшая женщина-фейри присела в почтительном реверансе.
– Мне велели подготовить вас к пиршеству, которое состоится нынешним вечером.
– Пиршество?
– Чтобы отметить окончание войны и возвращение к нам Его Величества, – улыбнулась служанка и вручила Клэр свиток пергамента, запечатанный красным сургучом. – Он просил передать вам.
Она осторожно отклеила печать, улыбаясь чрезмерно формальному посланию.
Позволь принести искренние извинения за столь неожиданное приглашение на пиршество. Понимаю, что тебе не терпится вернуться домой, но я пока недостаточно силен, чтобы открыть проход между мирами. И раз уж тебе предстоит провести во дворце небольшой период времени до тех пор, когда мне удастся восстановить здоровье, я почел бы за честь, а моим подданным доставило бы невыразимую радость, если бы ты почтила своим присутствием сегодняшнее торжество.
С величайшей признательностью,
– Ну хорошо, – пробормотала Клэр и нахмурилась, представляя, как мучительно будет сидеть за столом, ломящимся от яств, испытывая невыносимый голод, а затем поняла, что мысль вовсе не вызывает внутреннего протеста.
В конце концов, что значит небольшое неудобство перед лицом счастливых обитателей Благого двора? Она вынесла гораздо более серьезные испытания и может пару часов продержаться без жалоб.
– Я готова, – тепло улыбнулась она служанке. – Что нужно делать?
Та снова присела в глубоком поклоне и умело принялась за работу: провела по коже Клэр мягкой ароматизированной пуховкой, накинула через голову тонкую сорочку, за которой последовали несколько слоев шелковых подъюбников и чехол под платье, которое тут же оказалось плотно завязано на тонкой талии, выгодно подчеркивая линию бедер, и наконец надела бархатное платье с изящным корсетом.
Когда фейри затянула шнуровку, Клэр ощутила резкий приступ головокружения и вцепилась в спинку ближайшего кресла.
– Вам недолго осталось страдать от недомогания, госпожа, – голос служанки задрожал. – Его Величество крайне удручен тем обстоятельством, что не может пока препроводить вас домой. Нынешним утром он пытался открыть врата в ваш мир, но потерпел неудачу.
– Правда? – едва слышно прошептала девушка. Ему не следовало и пытаться, он ведь едва не умер и лишь недавно очнулся. Она сделала глубокий вдох и дождалась, пока перед глазами перестанут плавать круги.
Женщина-фейри кивнула, едва сдерживаясь, чтобы не разрыдаться.
– Я в полном порядке, – заверила ее Клэр и заставила себя улыбнуться, с удивлением обнаружив, что улыбка вышла вовсе не такой уж и неискренней, а затем проследовала за служанкой по выложенным мрамором коридорам к банкетному залу. Створки ведущей внутрь массивной двери с почтительным поклоном открыли перед гостьей двое привратников в ливреях.
Стоило Клэр войти, как она застыла от изумления. Помещение казалось невероятно огромным и явно предназначалось для подобных мероприятий. Насколько хватало взгляда, везде тянулись накрытые столы, заставленные блюдами и столовыми приборами, за которыми сидели дворяне и фейри всех видов, облаченные в изысканные наряды. Воздух наполнял глухой гул их бесед.
Один из лакеев проводил девушку к столу, располагавшемуся на небольшом возвышении в дальнем конце зала. Туаталь поднялся со своего места и поприветствовал ее низким поклоном, элегантным отрепетированным жестом поцеловав ей пальцы. Прикосновение вышло едва заметным, практически неощутимым. Когда король выпрямился, его лицо приобрело болезненный сероватый оттенок, а сам он слегка покачнулся и чуть крепче сжал пальцы Клэр.
– Думаю, нам стоит сесть, – прошептала она.
– Отличная идея.
Оба их кресла с высокими спинками были обиты бордовым бархатом, на темном дереве виднелись позолоченные узоры. Не совсем троны, но определенно почетные места. Несмотря на формальный вид мебели, сиденья оказались на удивление удобными.
К Туаталю наклонился дворецкий, что-то прошептал, и король, кивнув, пробормотал ответ на том же языке.
Слуги принялись разносить еду и разливать напитки гостям, ровный гул бесед возобновился. В одном из углов зала начали наигрывать приятную мелодию музыканты.
Туаталь с Клэр сидели за пустым столом. Она по возможности незаметно наблюдала за соседом, заметив заостренные черты его лица и темные круги под глазами.
– Мне кажется, тебе стоит что-нибудь съесть, – наконец не выдержала девушка. – Только потому, что мне ничего нельзя, не стоит ограничивать и себя.
– Я немного подкрепился чуть ранее, – с удивленной, но теплой улыбкой, которая осветила исхудалое лицо, обернулся к ней король. – Было бы весьма неделикатно ублажать себя изысканной трапезой, пока ты вынуждена воздерживаться от нее. – Он поджал губы и нервно сглотнул. – Приношу свои глубочайшие извинения за подобное неудобство. Я рассчитывал обеспечить пищу и для тебя, однако силы пока не восстановились в должной мере, а потому я потерпел неудачу.
Услышав искреннюю досаду в голосе Туаталя, Клэр обернулась, пристально взглянула ему в глаза и с удивлением заметила там боль и грусть. И это в тот момент, когда он должен был бы праздновать победу.
– Я в порядке, Туаталь. Мне ничего не стоит подождать еще немного. Это всего лишь голод, а не истощение. Несколько часов ничего не исправят, и я рада, что могу разделить триумф вместе со всеми. Ни за что бы не хотела пропустить такое торжество. – Она абсолютно искренне улыбнулась и с облегчением увидела, как расслабляется король.
Клэр сжала его руку, намереваясь лишь ободрить, но прикосновение было таким приятным, что она не торопилась отстраняться. После столь длительного периода вражды и недомолвок, после всех ужасных событий, выпавших на их долю, ее удивило, насколько естественно и удобно казалось находиться рядом с ним.
Туаталь долго смотрел на нее, потом поднес ее руку к губам и нежно поцеловал тыльную сторону ладони.
Девушка перевела взгляд на зал, где все наслаждались богатым пиром. В воздухе витали ароматы свежеиспеченного хлеба, жареного мяса, печеных яблок и множества других блюд, которые не так просто было распознать. Большая часть гостей принадлежала к благородному сословию, остальные тоже явно были богаты: роскошные наряды сверкали золотом и серебром, украшенные искусными вышивками и шелковыми драпировками. В затейливых прическах у многих виднелись свежие цветы и блестящие кристаллы.
Худощавая фигура Туаталя тоже казалась невероятно элегантной в изысканном облачении из кожи, шелка и теней. Золотая корона беззаботно висела на спинке кресла, словно правителю Благого двора не было дела до регалий. И действительно, она была излишней: никто бы не усомнился, что перед ними сидит король.
Пристальное внимание Клэр к соседу по столу явно не осталось незамеченным. В какой-то момент он перехватил ее взгляд и улыбнулся. В ярких сине-серебряно-золотых глазах танцевали лукавые искорки.
Тут по залу разнесся гулкий возглас, заставив всех присутствующих умолкнуть.
Неподалеку от возвышения, где сидели Клэр с Туаталем, стоял келпи, воздев руки к потолку.
– Внемлите, гости Его Величества короля Благого двора, сказанию о Повелителе сновидений и Железной королеве, которое вы запомните навсегда и будете повторять из года в год на протяжении тысяч лет, чтобы ни единая деталь не оказалась забытой!
Со всех сторон донесся тихий гул голосов, келпи же опустил руки и сделал глубокий вдох.
– Ты даже не из благородного сословия, чтобы нам приказывать! – обернувшись, возмутился сидевший перед нарушителем спокойствия фейри. Его губы сложились в презрительную гримасу. – Сомневаюсь, что ты являешься хотя бы бардом! С какой стати нам выслушивать твои басни?
Келпи обернулся спиной к говорящему, задрал тунику и продемонстрировал всем ярко-красный ожог в форме лезвия ножа, выделяющийся на гладкой бледной коже прямо под лопаткой.
– Потому что я несу на спине метку самой Железной королевы! – воскликнул келпи, и все резко замолчали. – Так что я буду рассказывать, а вы будете слушать.
Спустя несколько секунд изумленной тишины из-за стола поднялся кентавр и объявил рокочущим голосом, который разнесся по всему залу:
– Осмелюсь заметить: формально она не является королевой, насколько мне известно.
Келпи смерил кентавра изумленным взглядом, а потом молча махнул рукой в сторону возвышения, где рука об руку сидели Клэр с Туаталем.
Все присутствующие фейри обернулись к ним и внимательно посмотрели на пару.
– Я снимаю возражение, – с тихим смешком сказал кентавр. – Прошу, продолжай.
Клэр почувствовала, как к щекам приливает румянец, и выдернула ладонь из пальцев Туаталя, не решаясь на него посмотреть. Но спустя несколько секунд не выдержала и бросила незаметный взгляд в его сторону.
Король Благого двора сидел прямо с почти ничего не выражающим лицом, лишь краешки губ слегка подергивались, словно он пытался сдержать улыбку.
– Итак, внемлите сказанию о Повелителе сновидений и Железной королеве, – вновь провозгласил келпи.
– Когда Его Величество, прежний король, рассыпался прахом и вознесся к звездам, его возлюбленный сын был вынужден в одиночку нести на себе вес могущества фойнше кумчаты. К великому сожалению, во всем Подгорном королевстве не нашлось никого, кто мог бы облегчить его бремя, а потому силы молодого короля хватало лишь частично. Даже в былые времена у Благого двора едва получалось отстаивать земли против набегов Неблагого двора, а с единственным правителем, пусть и одаренным, но не имеющим возможности в полной мере распорядиться унаследованной властью без избранного партнера, стало очевидно, что рано или поздно война будет проиграна. Его Величество верил, что где-то найдется тот, кто сумеет объединиться с ним и спасти наши земли, а потому бросил призыв в пустоту. И откликнулась лишь одна-единственная живая душа – та, кто загадала желание стать героем и помочь невинным. Но увидел король, ч