— Нет, Асизи. Делай так, как ты сказал несколько часов назад. Эта земля вот-вот разродится неприятностями. Ты один можешь удержать здешний народ в мире. Со мной будет Баку. Если что-то случится, она вернётся к тебе и передаст сообщение. Логан — друг Норби в большей степени, чем любой из нас. Узы братства по крови способны примирить даже с врагом, стреляющим зелёными стрелами.
Шторм не хвастал своими способностями, тем более перед отчимом. Он знал, что наличие команды даёт ему преимущество, какого не было ни у кого из живущих в предгорьях Пике, в долине реки. Да, Брэд Куэйд знает эти места и часто выходил туда на охоту. Однако только Куэйд и больше никто другой в состоянии повлиять на поселенцев, если они вдруг послушаются Думароя и решат выступить. К опасностям, подстерегающим в Синем Секторе, может добавиться ещё и отряд под предводительством Думароя, чего Шторм никак не желал. Он уже видел, куда может завести Думароя необдуманность поступков, когда тот сгоряча поддержал нападение поселенцев, науськанных десантом с Ксика, на деревню Норби.
Брэд Куэйд сумел улыбнуться:
— Я верю, ты справишься. Может, и Логан послушается ханаии, старшего брата, раз уж его уши закрыты для слов хатаа, отца. Хотя я не понимаю, почему всё так… — Брэд умолк.
Лошади утихомирились, и люди вернулись в дом. Расставив на карте точки временных складов, Келсон и Уиддерс прилегли вздремнуть, поскольку в дневные часы всё равно больше нечем было заняться. Вечером им предстояло улететь в Гальвади, обеспечить отряду продовольствие. Хостин тоже лёг и обнаружил, что не может заснуть от перевозбуждения. Вспышки над горами, отдалённая вибрация — что это было? Неужели всего только погодное явление?
— Анаасази, — прошептал он. — Старые враги.
Полгода назад он вместе с Логаном и Горголом обнаружил в горах Пещеру Ста Садов. В ней были собраны образцы растений из разных миров. Цветущие, пышные, неувядающие, ботанические экземпляры были когда-то доставлены на Арзор загадочной расой, которая поместила этот райский сад в одну из горных пещер. Если судить о тех древних космических путешественниках по оставленному саду, то можно сделать вывод, что древние пришельцы не были ни ужасны, ни жестоки. По крайней мере не было доказательств ни жестокости, ни ужасности. Наличие сада позволяло считать древних путешественников гуманными.
Археологи тщетно искали в руинах в долине близ Пещеры Ста Садов какие-либо другие свидетельства. Ничего не нашли. Но поскольку в одной пещере было укрыто такое чудо, следовало ожидать, что и в других пещерах спрятано нечто подобное. Горы Синего Сектора составляли значительную часть неизведанного. Шторма не оставляло чувство опасности, проснувшееся в нём сегодня утром. И он подумал, что теперешняя цель похода — далеко не райский сад.
Глава 4
Накануне Хостин оставил позади один из складов, устроенный в расщелине специально для того, чтобы команда могла переждать жару дня. Он не укладывался в расчётное время. Даже полагаясь на чутьё Сурры, на инстинкт лошадей, он не рисковал быстро идти по ночам. А светлых рассветных и закатных часов было слишком мало.
Однако он упорно шёл по следу прошедших здесь Норби. Следы нескольких кланов пересекались, расходились и вновь пересекались. Наконец общий след сошёлся в одну большую тропу. И он нашёл подтверждения тому, что сообщили охотники Дорта Лансина. Норби двигались вперёд с небывалой поспешностью, убийственной в такую жару. Как будто кто-то или что-то неумолимо подгоняло их вперёд.
Следов недавних вспышек в горах не было видно. Сурра и Баку так же не подавали сигналов тревоги. И всё-таки Шторм чувствовал какую-то смутную напряжённость, пока ехал по высохшему руслу, а лошади трясли взмыленными холками.
Шедшая впереди Сурра остановилась. Шторм натянул поводья, останавливая жеребца. Он выжидал, укрыв себя и лошадей за скалой. Сурра должна была подать новый знак. Затем он расслышал тоненький посвист. Это был клич Норби. И Шторм очень надеялся, что это клич клана Шошонна. Однако он всё-таки приготовил к бою станнер. На всякий случай.
Но вот Сурра подала сигнал отбоя. Показавшийся вдали всадник был ей знаком. Хостин надеялся, что ехавший не заметит песчаную кошку, умевшую замирать и абсолютно сливаться с почвой, почти такой же рыже-пятнистой, как и сама Сурра.
Индеец подался вперёд, но не выехал из укрытия в слепящий жар дня. Через час, а может, и ещё раньше, придётся где-нибудь окапываться и пережидать. Сурра вновь встревожилась — Шторм приподнялся в седле. Во время встречи с Норби следовало держаться величественно. Всаднику подобало быть на равных с другим всадником. Тем более, когда в перспективе совместное дело.
Хостин крикнул. Его голос эхом отразился от стен каньона, усиленный многократно, словно кричала целая группа. Издали показалась невысокая черногривая лошадка, на каких ездят Норби. На ней с непроницаемым лицом восседал Горгол. Так могли бы встретиться в пустыне два незнакомца, а не два друга. Горгол не снимал рук с поводьев, показывая, что не намерен вести «речь-на-пальцах». Хостин «заговорил» первым.
«Я ищу Логана. Я знаю, что он с вами».
Вертикальные зрачки глаз Горгола остановились на Шторме, словно Горгол не понял сказанного. Наконец он поднял руку с поводьев и пошевелил большим пальцем. Знак отрицания сказанного.
«Я знаю, что Логан ушёл с кланом», — настойчиво повторил Шторм.
«Логан принадлежит клану», — поправил Горгол, развевая сомнения Хостина в собственной правоте. Если мальчишка принадлежит клану, значит, его не держат как пленника и принимают за своего.
«Логан принадлежит клану Шошонна, — согласился Шторм. — Но Логан также принадлежит клану Куэйда. И он должен выполнить несколько обязательств перед кланом Куэйда».
«Сейчас не сезон для выпаса якобыков и ловли лошадей, — сообщил Горгол. — Клан идёт в горы для выполнения ритуалов магии».
«Никто не отрицает необходимости идти вместе с кланом на зов магии. У нас также существует магия. Но я должен обсудить своё дело с Логаном. Разве не магия то, что я, человек, не умеющий вызывать воду из горы, проехал в сезон Великой Суши по этим горам и остался жив?»
На Горгола этот довод произвёл впечатление, однако при попытке Шторма подъехать ближе, Норби перегородил ему дорогу собственной лошадью.
«Пусть решит клан. Пусть скажет Кротаг. До этого — жди».
Возражать и рваться вперёд не было смысла. Хостин огляделся. Ждать придётся не меньше часа. А может быть, и целый день. Следует найти укрытие, пока солнце не превратило землю и камни в духовую печь. Наверное, Горгол понял, чего хочет Шторм, потому что отвёл свою лошадь, уступая дорогу.
«Следуй за мной, — приказал он. — Впереди укрытие. Там ты переждёшь зной. Но не покидай его».
«Не покину», — согласился Шторм.
Место, предложенное Горголом как укрытие от жары, изрядно удивило его. Это была стоянка Норби, временная, не такая, как их шатры, покрытые шкурами, которые служили долговременным пристанищем. На дне каньона были сложены камни, мусор, нанесённый водой, ветки. Такие стены, возведённые довольно высоко, отбрасывали немного тени, достаточной, чтобы переждать в ней день. Хостин поставил лошадей в импровизированном «стойле», оставил Баку наверху стены, а сам с Сур рой разместился по соседству. Он роздал команде воду и провизию, взятые накануне на временном складе. Если всё пройдёт так, как он рассчитал, через два дня он сможет пополнить запасы. Однако решения клановых вождей могли сорвать намеченный график.
Он лёг спиной на прохладную землю и в который раз просчитал свои грандиозные планы. Его должен будет ждать топтер, так нужно, чтобы облететь границу Синего Сектора. К тому же топтер необходим, чтобы убедить Норби: ему не нужны Норби-проводники для похода в Синий Сектор. Вот что он должен проделать, когда достигнет последнего перевалочного пункта у самого начала Синего Сектора.
Наверное, он задремал, потому что вскочил, когда обнаружил, как Сурра трогает его лапой. Это был старый сигнал: будь готов. Шторм понимал, что на подходе Горгол. Однако прибывший в укрытие Норби был моложе, у него ещё не было отличий воина.
— Янцзыль! — удивился Шторм. Он поднял оба больших пальца, приветствуя пришедшего. Янцзыль, младший брат Горгола, был польщён жестом — так приветствовали охотников и воинов. И то, что Янцзыля так приветствует воин чужой расы, было всё равно приятно. Мальчик заговорил на языке жестов:
«Вижу тебя, носящий военные шрамы. Я принёс вести от Кротага. Великий вождь, носящий перья священного Замля, говорит тебе: „Во времена ритуалов магии костры дружбы горят тускло. Если брат нашего брата хочет поехать с нами, он должен помнить, что магия избирает достойнейших, тех, кто верит. И она натягивает тетиву лука против неверующих“».
Это всего лишь предупреждение, а не отказ, понял Шторм и обрадовался. Он подставил руки в полосу света возле стены — чтобы Янцзыль ясно различал ответные жесты.
«Здесь нет верующих. У каждого своя магия. Мудрость одного не должна умалять веру другого. Мне помогает не магия Кротага, а моя собственная».
После визита Горгола Шторм благоразумно надел амулет на шею и теперь коснулся его. Он также вспомнил, какие вещи помогали ему отразить нападение десанта с Ксика, и надел браслет-кето и пояс-кончу. Он знал, что Норби считают древние узоры на его украшениях магическими, дающими силу.
«Если брат нашего брата верит, его путь открыт. Он может говорить с Кротагом».
Снаружи уже стемнело. Они тронулись в путь. Но Янцзыль не поехал по каньону, который, казалось бы, вёл прямо через горы. Милей дальше стоянки Янцзыль резко свернул влево, и они оказались в проходе с низко нависшими кромками скал. Сурра шла рядом с индейцем, так как лошадь под Янцзылем пугалась кошки. Баку летела над ними, от неё Хостин узнал: лагерь Норби уже недалеко впереди.
Он обдумывал то, что должен сообщить Кротагу. Орлицу можно не показывать Норби — она летает высоко, её просто не заметят. Сурре можно приказать, и она на время спрячется где-нибудь близ лагеря так, что никто