– Пожалуйста, зови меня Скиро.
Я категорически не собираюсь этого делать.
– На самом деле я рад, что встретил тебя, – говорит он, мягко хватая меня за локоть и утягивая за собой в другой угол помещения, вне пределов слышимости двух других магов и Петрика. – Я подумал, мы могли бы поужинать вместе.
– Ужин, – тупо повторяю я. Мурашки бегут по моей коже, в груди зарождается страх.
– Да. Ужин. Еда. Ты и я. Наедине.
– Почему? – выпаливаю я, уверенная, что, что бы ни происходило, мне должно быть стыдно, потому что я опять все испортила.
Он смеется:
– Потому что ты мне нравишься, и я хочу узнать тебя получше. На мгновение все наконец уладилось. У меня есть время подумать и заняться чем-то другим.
– Вам нравятся высокие девушки, – говорю я, а затем мысленно пинаю себя за то, что произнесла эти слова вслух точь-в-точь, как их запомнила.
Он снова смеется:
– Я просто подумал, что мы могли бы хорошо поладить.
– У меня уже есть кое-кто, – отвечаю я.
– Ах. Этот наемник.
– Да.
– Это серьезно?
Травы снова пульсируют из своего тайника в моем кармане.
– Очень, – удается мне выдавить из себя.
– Позор на мою голову. Что ж, дай мне знать, если что-то изменится.
А потом он уходит.
Что. Только что. Произошло?
– Все хорошо? – спрашивает Серута, когда принц уже давно ушел, а я все еще не сдвинулась с места.
Я прихожу в себя, но теперь в помещении стало слишком душно.
– Да, да, все отлично, – отвечаю я, затем опускаюсь на подушки на полу.
Эшпер по-прежнему не отрывает взгляда от стены. В одной руке он держит палитру с красками. Его пальцы измазаны засохшими пигментами, а за ухом торчит дополнительная кисточка.
– Зива, Эшпер. Эшпер, Зива.
Художник делает паузу, достаточную для того, чтобы оглянуться и кивнуть:
– Приятно познакомиться.
– Взаимно. Нам очень повезло, что у нас есть ты.
Он пожимает плечами:
– Я люблю рисовать.
Затем он откладывает свои инструменты, опускает использованную кисть в стакан с водой и крутится на месте, уделяя нам все свое внимание.
Ну, мне.
Он очень пристально смотрит на меня.
От этого у меня горят щеки.
– У тебя высокие скулы, – замечает Эшпер. – И твои веснушки! Мне потребовалось бы несколько дней, чтобы правильно их отразить. О, мне бы хотелось как-нибудь нарисовать тебя.
Я не могу подобрать слов.
– Он хотел сделать тебе комплимент, – объясняет Петрик. – Отметить твою красоту.
– Да, конечно, так, – соглашается Эшпер. – Ты уникальна. Такая высокая, я даже представить себе не могу, сколько краски мне пришлось бы потратить, чтобы перенести весь твой рост и детали на холст.
– Спасибо?
Это звучит как вопрос.
– Эшпер, ты ставишь ее в неловкое положение, – говорит Серута.
– Прости.
Он снова поворачивается, чтобы сосредоточиться на работе.
– Я никогда не умел ладить с людьми. Предпочитаю рисовать.
И я чувствую, как моя неловкость проходит.
– Понимаю, что ты имеешь в виду. За исключением того, что я предпочитаю металл.
Эшпер хмыкает в ответ. Он обмакивает кисть в несколько разных цветов и продолжает делать свои мазки.
– Разве тебе не нужно поехать на другие Территории, чтобы написать портреты и там? – спрашиваю я, уже заинтересовавшись его магией.
– Нет, уничтожены были только портреты в замке Скиро. Портреты в Вераке, Лиссаде и Орене уже есть. Мне просто нужно продублировать их здесь, и порталы будут работать.
– И они должны быть полностью идентичными? – спрашиваю я.
– Полностью.
– Как тебе удалось запомнить все детали?
– У меня просто такой разум, который никогда не забывает их.
– Это действительно очень раздражает, – добавляет Серута.
По мне невольно пробегает дрожь. Я не могу представить себе разум, который никогда ничего не забывает, в сочетании с тем, как я иногда зацикливаюсь.
– Когда я спасу наши жизни, добыв нам необходимую помощь через эти порталы, – говорит Эшпер, – посмотрим, как вы заговорите.
Серута улыбается:
– Твои порталы уже дважды спасли меня, друг. Не сомневаюсь, что они сделают это снова.
Эшпер снова хмыкает.
– У меня такое чувство, что вам всем троим удастся это провернуть, – говорит Петрик.
– Провернуть что? – спрашиваю я, задаваясь вопросом, был ли иной мотив для того, чтобы привести меня сюда. Неужели Петрик организовал все это по какой-то причине?
– Победу в битве, конечно.
Эшпер кивает.
– Я могу получить необходимую нам помощь с помощью своих порталов.
– А я могу исцелять наших раненых солдат, – отмечает Серута.
Они выжидающе поворачиваются ко мне.
Я смотрю вниз, мои пальцы уже сплелись вместе. Хотя у Скиро я выполняла свою работу в качестве обыкновенного кузнеца, у меня такое чувство, что это не то, чего они хотят от меня теперь.
– Я не могу дать то, что вы просите.
– Ты делаешь магическое оружие, Зива, – говорит Серута. – Разве ты не можешь сделать наших солдат непобедимыми в бою?
Но какой ценой? – хочу спросить я. Что произойдет, если один из этих солдат решит, что хочет сам править миром? Что произойдет, если это оружие попадет не в те руки? К слишком могущественному человеку?
Я причудливо продумываю идею оружия, которое самоуничтожалось бы после окончания битвы. Но невозможно рассчитать все настолько точно.
– От того, что я делаю, страдают люди. Мои способности не похожи на ваши. Живопись и целительство не приведут к разрушению всего мира, – пытаюсь объяснить я.
Я свирепо смотрю на Петрика. Он это знает. Он пытается запугать меня, выставляя на посмешище перед другими людьми? Он бы так не поступил, разве нет?
– Зива, – говорит Петрик. – Я не пытаюсь давить на тебя, клянусь! Всего лишь пытаюсь найти способ обойти твои оговорки. Я много думал об этом, а потом поговорил с Эшпером и Серутой. Эшпер может нарисовать что угодно, чтобы создать портал. Серута может исцелить все, что сломано в теле. Ты можешь колдовать над чем угодно, сделанным из железа. Почему это должно ограничиваться оружием?
– Потому что…
Я моргаю. Оружие – это то, что я всегда делала. Только это не совсем так. До оружия я занималась изготовлением сельскохозяйственного инвентаря. Тогда, когда училась у мистера Дезероя, человека, который забрал меня и Темру из приюта Лирасу.
Но оружие было делом моей жизни. Оно – то, к чему меня всегда тянуло.
Я никогда не колдовала ни над чем другим, кроме как по необходимости.
Но могла бы.
Я встречаюсь взглядом с Петриком и понимаю, на что он намекает.
Ощущение покалывания укореняется под моей кожей. Что-то полное предвкушения и волнения. Не страх. Что-то обнадеживающее, настоящее и прекрасное.
Способ помочь. Способ снова ощутить магию металла и почувствовать себя самой собой.
– Извините, – говорю я, почти бегом спускаясь по винтовой лестнице.
Глава 23
Требуется некоторое время, чтобы найти Абелин, вспыльчивую женщину-кузнеца, работающую на принца Скиро. Она остановилась вместе с другими беженцами, расположившимися в лесу за замком. Я обхожу бесчисленные палатки и навесы, спрашивая, не видел ли ее кто-нибудь.
Когда я замечаю ее, то не требуется никаких объяснений, чтобы она согласилась отправиться со мной на поиски кузницы в замке принцессы Мароссы.
Кузница ничуть не величественнее, чем была у Скиро, но по крайней мере хорошо укомплектована, потому что замок находится недалеко от Южных гор. Мы находим пожилого мужчину, распростертого на полу кузницы. В одной руке у него зажата бутылка рома, а в другой – уголок маленького одеяла. Кажется, он спит с открытыми глазами, потому что по кузнице разносится храп.
– Ха, – смеется Абелин, обращая внимание на готовые наконечники стрел, выложенные на ближайшем рабочем столе. Ее взгляд возвращается к мужчине на полу, и она быстро пинает его ботинком. Он не двигается с места. – Как здесь вообще что-то делается? Кузнец Мароссы – пьяница!
За углом слышатся шаги, и появившийся мальчик лет тринадцати-четырнадцати вздрагивает при виде нас. Его волосы такие длинные и спутанные, что кажется, их никогда не расчесывали.
– Это ты сделал? – спрашивает Абелин, поднимая один из наконечников стрел.
Мальчик в панике смотрит на спящего кузнеца.
– Нет, Клайвор делает всю работу. Я просто помогаю по хозяйству.
Абелин фыркает:
– У меня нет времени на твою ложь. Нам нужны способные люди! Если ты бесполезен, тогда убирайся отсюда!
Я кладу руку ей на плечо, становясь между ней и мальчиком.
– Как тебя зовут? – спрашиваю я.
Он сглатывает.
– Он называет меня Насекомым… когда находится в сознании.
– А твое настоящее имя? – спрашиваю я.
– Зовид.
– Зовид, я уверена, ты слышал, что грядет битва. Нам нужно подготовиться. Ты умеешь обращаться с инструментами?
После недолгого колебания он один раз кивает.
– И ты сделал все эти наконечники для стрел? – спрашиваю я.
Еще один медленный кивок.
– Принцесса в основном просит стрелы. Я хорошо научился их делать. Но если нужно что-то другое, приходится его будить. Он не рад, когда это происходит, – добавляет мальчик тихо.
Абелин хмыкает:
– Он еще меньше обрадуется, когда встретит меня.
Я игнорирую ее замечание.
– Мы собираемся проделать здесь кое-какую работу. Ты поможешь?
Зовид кивает.
– Хорошо. А теперь мне нужно, чтобы ты выполнил для меня кое-какие поручения. Как думаешь, ты смог бы это сделать?
Еще один кивок.
– Мне нужно, чтобы все солдаты в столице принесли мне свои доспехи. Собери их для меня. Или попроси принести их самих. Мне все равно. Просто принеси все это сюда.
К вечеру меня буквально распирает от радости. Темра сразу замечает румянец на моих щеках.
– Что такое? – спрашивает она.
– Я сегодня была в кузнице.
– И? Продолжай. Что ты сделала?