При слове «битва» по толпе собравшихся воинов проносится ропот. И те немногие, кто бесцельно глазел по сторонам, теперь полностью сосредоточили свое внимание на принце.
– Многие из вас знакомы с военачальницей Киморой Аведин. Она была генералом моего покойного отца. С момента разделения нашего королевства она содержала большую личную армию, которая, по ее словам, была необходима, чтобы другие королевства не сочли нас слабыми. Однако Кимора лишь выжидала, собирая все больше солдат для своих целей. Она намерена сама править Чадрой. Хочет подчинить своему правлению каждую Территорию. Она уже сделала это на моей земле и сейчас направляется сюда, чтобы сделать то же самое с Лирасой.
Ропот толпы наемников становится громче. Некоторые начинают топтаться на месте, заметно нервничая. Они слишком встревожены, и я беспокоюсь, что некоторые из них могут сбежать. Но пока все остаются на месте.
– Я привел своих людей и объединил силы с Мароссой. Другие принцы и принцессы тоже прислали помощь, – продолжает Скиро.
Очень небольшую помощь, но принц не вдается в подробности.
– Но мы надеемся добавить вас в наши ряды, – произносит принц. – Вот почему вы были вызваны сюда сегодня. Итак, кто присоединится к нашему войску, борющемуся за защиту страны и свободы?
В ответ на его просьбу воцаряется мертвая тишина.
– Вам, конечно, заплатят за ваши услуги, – быстро добавляет он.
Снова тишина.
– Турнир все равно состоится? – кричит кто-то.
– Нет, к тому времени военачальница уже будет здесь, – отвечает принц, сбитый с толку этим вопросом.
– Значит, я проделал весь этот путь зря? – спрашивает другой. – Кто-нибудь собирается возместить мои дорожные расходы?
– Вы определенно могли бы вычесть это из суммы, которую получите за помощь своим соотечественникам, – дипломатично произносит Скиро, но я вижу, что он начинает терять терпение.
– Сколько вы нам заплатите? – спрашивает кто-то.
– Это скромная сумма, но…
– Разве эта военачальница не богата? – спрашивает другой. – Мне кажется, она может заплатить нам больше.
При этих словах лицо Скиро искажается ужасом. Уверена, с моим лицом происходит то же.
Келлин отпускает мою руку, чтобы встать рядом с принцем.
– Товарищи наемники, – начинает он. – Чадра навсегда изменится, если Кимора завоюет ее. Подумайте о своих семьях и друзьях. Подумайте о тех, кто платит вам зарплату. Если вы присоединитесь к ней, если вы не согласитесь сражаться за нас, все будет кончено. Я понимаю ход ваших мыслей. Я один из вас. Меч – это и мое ремесло. Но Кимора – чистое зло. Под ее правлением не будет свободы. Подумайте о своем будущем.
Пауза.
– Мне все равно кажется, что работа на нее была бы не таким уж плохим вариантом, – говорит кто-то. – Какая разница, кто правит, один тиран или другой?
По мере того как наемники ухватываются за эту идею, слышится все больше согласных возгласов.
И я понимаю, что ничего не получается. Нам не удается убедить их присоединиться к нам. Если принц и Келлин не могут этого сделать – кого еще они будут слушать?
Они могут прислушаться к тебе.
Этот голос – едва слышный шепот в пучине моих мыслей; от него по всему телу проходит дрожь.
Прекрати это, приказываю я своему телу. Кровь стучит в висках. Ужас наполняет все мое существо.
Но оно не слушается.
Я не буду этого делать. Ни за что не встану там рядом с Келлином, чтобы поговорить с этими людьми. Я – никто, буквально никто.
Но ты сделала их оружие. Ты знаешь, на что они способны и как лучше всего их использовать. Они уважают тебя.
Это не имеет значения. Я не правитель. И я не наемница, как они. И, без шуток, из всех людей в мире я, наверное, хуже всех умею подбирать слова. Не умею выступать на публике и только ухудшу ситуацию.
Принцу и Келлину поступает все больше вопросов. Некоторые наемники начинают уходить. Другие спорят между собой о том, кто лучший боец.
Некоторые, похоже, уже забыли об угрозе Киморы и спорят о том, что вообще не связано с предстоящей битвой.
Как же быстро они переключают внимание. Бойцы – не самые лучшие слушатели.
Но когда я смотрю на удаляющиеся спины тех, кто уже намеревается покинуть город, прихватив с собой свое оружие, мои ноги сами собой шагают вперед.
Глава 27
– Подождите! – кричу я.
Я слышу свой голос, но не помню, чтобы давала моему телу команду говорить. Я чувствую, как меня пронзает болезненный электрический разряд. Мои руки трясутся, в конечностях одновременно ощущается какая-то непонятная смесь легкости и невыносимой тяжести. Как будто меня на самом деле здесь нет.
Удаляющиеся фигуры замирают. Они оборачиваются или оглядываются через плечо.
Келлин кладет руку мне на плечо, – наверное, пытается успокоить, – но я отмахиваюсь от нее. Прямо сейчас мне не хочется, чтобы ко мне кто-то прикасался. Я и так слишком много всего чувствую и едва могу думать.
Начни со своего имени, призывает тихий голосок. Храбрая часть меня, которая всегда спрятана в дальних уголках моего разума.
– Я Зива Теллион, – говорю я тихо. Затем снова повторяю эти слова, но уже громче.
– Я сделала ваше оружие, – продолжаю я.
Некоторое было сделано много лет назад. Возможно, они забыли, как ты выглядишь. А некоторые из них общались только с Темрой, так что они даже не знают твоего лица. Представиться — это нормально.
Я все еще чувствую себя глупо. Каждое слово, слетающее с моих губ, обжигает. Я пытаюсь мысленно успокоиться. Уверяю себя, что со мной все в порядке.
– Я дала каждому из вас маленькую частичку магии, чтобы вы брали ее с собой в путешествия. Чтобы вы были в безопасности. В течение многих лет я наблюдала за вами на этом турнире. Видела вас в действии. Вы все впечатляющие бойцы. Лучшие во всей Чадре.
Хорошо, Зива. Ты затронула их тщеславие. Теперь переключайся на совесть.
Совесть? Она есть хоть у половины из них? Они сражаются за деньги.
Перестань волноваться и продолжай говорить. Ты не знаешь, насколько они задержат на тебе свое внимание.
Просто расскажи им свою историю.
– Около трех или четырех месяцев назад военачальница Кимора заказала у меня клинок.
Я потерялась во времени и не знаю, сколько месяцев прошло на самом деле. Но для истории это не важно.
– Я сделала широкий меч, который крадет секреты у тех, кого он режет, и именно тогда услышала мысли Киморы. Видите ли, она порезалась об оружие, и я ясно расслышала ее намерения. Все будет не так, как сейчас, под властью принцев и принцесс, – объясняю я. – И даже не так, как было с королем Арундом – для тех из вас, кто достаточно взрослый, чтобы помнить его правление. Кимора – хуже, чем тиран. Ей нравится ее сила, и она не хочет, чтобы кто-то другой мог с ней сравниться. Она не хочет, чтобы у людей вообще был выбор. Вы думаете, вам было бы лучше работать на нее? Как насчет того, когда она попросит вас убивать детей, если их родители не передадут еду для ее солдат? А как насчет того, когда она потребует, чтобы вы выполняли черную работу, патрулируя ее территорию?
Я немного набираюсь смелости, когда вижу, как те, кто начал уходить, возвращаются к толпе.
Я складываю руки в замок, чтобы попытаться успокоиться. Я не могу никому смотреть в глаза. Вместо этого я смотрю поверх их голов. Надеюсь, что это создает иллюзию, что я наблюдаю за ними всеми.
– У вас не будет выбора. Чего бы она ни захотела от вас и вашего магического оружия, она это получит. И любое сопротивление приведет к немедленной казни. Она генерал. У нее нет времени на неподчинение.
Я сглатываю.
– Вы будете лакеями. Она не позволит наемникам свободно устраиваться на работу там, где они пожелают. Ей наплевать на людей. Она заботится о себе. Заботится о земле, но не о людях на ней. Она хочет, чтобы ваше оружие было ее собственным. Она хотела, чтобы я сделала больше оружия для ее армии. Мы разобрались с тем, самым первым мечом, но она все еще хочет заполучить меня и заставить сделать ее и ее людей непобедимыми.
Должно быть, моя речь кажется бессвязной. Я не вижу конца этому кошмару, этому выступлению, но должна продолжать.
– Вы не так хорошо меня знаете. Вы знаете только то, что я для вас сделала. И что все еще могу сделать. Знаю, что шансы невелики. Численность Киморы превышает нашу.
Снова ропот и ворчание. Я украдкой бросаю взгляд на Скиро, и он бледнеет. Очевидно, он не собирался делиться этой информацией.
– Но! – спешу я добавить. – Я могу создать магическую броню для всех вас. Вы уже внушаете страх одним своим мастерством. С моим оружием вы почти непобедимы. С доспехами вы будете неприкасаемы. Я не прошу вас сражаться за меня или за Чадру. Я прошу вас бороться, чтобы вы могли сохранить свой образ жизни.
Жадно глотаю воздух, как будто во время своей жалкой маленькой речи совсем не дышала. Хотя я однозначно должна была это делать.
Нужно ли мне говорить дальше? Что еще я могу сказать?
Я уже упоминала, насколько опасна Кимора?
Сказала им свое имя?
Сестры, я забыла все, что только что сказала.
Тишина снова затягивается, и мне хочется содрать с себя кожу.
– И мы получим компенсацию за то, что сражались против этой военачальницы? – кричит кто-то из толпы.
– Да, черт бы вас всех побрал! – огрызается Скиро. – Неужели вы…
Я прерываю его:
– Вам заплатят. Вы получите броню, которую сможете оставить себе. И я буду сражаться на вашей стороне.
Глупо, думаю я после того, как добавлю эту последнюю фразу. Какое им дело до того, что я буду делать?
Но потом наемники начинают отвечать:
– Я в деле.
– Я тоже. Хочу бесплатную броню.
– Подумайте о тех историях, которые мы сможем рассказать. Сражение бок о бок с самим волшебным кузнецом!
– Зарплата есть зарплата.
– Может быть, они перенесут турнир на потом. Нам все равно стоит остаться здесь.