– Что? – Герцог нахмурился, а потом рассмеялся. – И придет же вам такое в голову!
– Тогда почему? – Она замялась, а потом выпалила. – Скажите, в этом замешана женщина?
– Можно сказать и так, – согрешил против истины герцог, подумав, что это самое безобидное из возможных объяснений, а правду в любом случае не скажешь.
– Понятно, – кивнула девушка. – Ничего другого от вас ожидать не приходилось.
– Вот как?
– Конечно. Это самая распространенная отговорка. Скажите, что в деле замешана женщина, и все вопросы сразу отпадают!
– А вы умны! – герцог не смог скрыть восхищения.
– Звучит как упрек, – вздохнула Виола.
– Упрек?
– Мужчины не любят умных женщин. Предпочитают хорошеньких дурочек.
– Неужели?
– Да. Вот взять, например, вас.
– Меня? – опешил Дайон.
– Да, вас! Наверняка ваша любовница весьма красива и не слишком умна!
– Могу я поинтересоваться, как вы пришли к такому выводу?
– Все очевидно: вряд ли бы вы стали заморачиваться с порталом ради дурнушки. Но, застряв здесь, поддерживать с ней отношения не стремитесь. Значит, она недостаточно умна, чтобы вас удержать. – Девушка торжествующе посмотрела на герцога.
Ее глаза светились такой гордостью, что он до крови прикусил губу, чтобы не расхохотаться над абсурдностью этих выводов.
– Вы правы, – Дайон покаянно опустил голову, скрывая улыбку. – Она действительно глупа и в подметки вам не годится!
– А вот это нехорошо, – нахмурилась Виола. – Вам не стоит так отзываться о женщине, которая рисковала репутацией ради отношений с вами.
Дайону хотел возразить, что связь с герцогом Левансийским скорее шла женщинам на пользу, нежели наоборот, но вовремя опомнился.
– И опять вы правы… – кивнул он, стараясь оставаться серьезным. – Как думаете, я совершенно безнадежен?
Виола задумалась.
– Я не уверена, – наконец произнесла она. – Но то, что вы задаете этот вопрос, свидетельствует в вашу пользу.
Не выдержав, герцог все-таки расхохотался.
– Виола, вы прелестны!
– Надеюсь, что это – комплимент, – совершенно серьезно сказала она.
– Это – чистая правда, – галантно уверил ее Дайон.
– А теперь вы, кажется, пытаетесь мне польстить…
– Нет, – он покачал головой. – Виола, вы – смелая, умная, красивая девушка…
– Но?
– Что?
– Обычно так говорят, когда хотят добавить какое-то «но». Что хотите добавить вы?
Она не отводила взгляд от его лица. Пламя костра отражалась в ее глазах. От волнения дыхание стало более прерывистым, губы приоткрылись, и Дайон не выдержал. Медленно, словно боясь испугать, он склонился к Виоле, привлек ее к себе. Она не сопротивлялась, напротив, обхватила его за шею и сама потянулась к нему.
Дайону хватило сил опомниться первым.
– Виола… – все еще тяжело дыша, он прижимал девушку к груди. – Послушайте, это…
Он запнулся, не зная, как сказать то, что должен.
– Хотите сказать, что это не должно было произойти, верно?
– Да.
– Интересно. Почему?
Дайон промолчал. Не зная, как все объяснить, он отвернулся, делая вид, будто всматривается в темноту ночного леса. Виола оттолкнула его и вскочила на ноги.
– Разумеется, я слишком юна для вас, правда? Ну так вот, знайте: это не я юная, а вы – старый!
Подобрав юбки, она решительно направилась прочь.
– Вообще-то я на целый год младше вас, – с горечью прошептал герцог Левансийский.
Глава 13
Жюст вызвал Дайона к себе рано утром. На этот раз бессонная ночь сыграла на руку, и герцог успел придумать правдоподобную историю, объясняющую, куда он уходил и почему его не смогли отыскать. Он так же уверил командира, что обязательно встретится с Феррантом, и даже не погрешил против истины, вспомнив долгие совещания со старшим тайным агентом.
Жюст поджал губы, но оставил возражения при себе, не желая ссориться с тем, кого уже считал своим. Дайон, рассчитывавший именно на это, кивнул и вышел прочь. Оставаться в лагере означало встретиться с Виолой, и герцог предпочел направиться в город, чтобы попытаться отыскать хоть какие-нибудь упоминания о временном портале. Часовой, тоже теперь почитавший «Йонатана» за своего, коротко напомнил ему об ограничениях на выход из лагеря, но останавливать герцога не стал. Погруженный в воспоминания о вчерашнем вечере, Дайон не сразу понял, что его окликают.
– Господин де Грандье, да погодите же! – запыхавшийся Мэтью с трудом его нагнал. – Вы куда?
– В город, – не стал скрывать Дайон.
– Зачем?
– Да так, хотел кое-что проверить.
– Не развешаны ли на каждом столбе ваши портреты с обещанием награды? – хмыкнул Мэтью.
– И это тоже.
Сказать по правде, этот момент Дайон упустил из виду. Хотя… он не помнил, чтобы в документах лорда Маркуса фигурировал подобный листок. Следовательно, объявлений можно было не опасаться.
– Полагаю, ты идешь за тем же? – поинтересовался он у секретаря. Юноша радостно кивнул.
– Верно. Мы всегда после таких событий проверяем, кого ищут и какова награда. Из нашего отряда пока что лидирует Жюст. За него пятьсот золотых обещали.
– А не из нашего?
– Конечно же Дениза Арсе!
Восторг в голосе спутника заставил герцога нахмуриться. Прекрасно понимая, что сестра для многих была кумиром, он тем не менее не желал выслушивать восхищенные возгласы. Было в этом нечто неподобающее, ведь дело касалось сестры герцога. К тому же в своих мечтах Мэтью мог зайти слишком далеко, и герцог опасался, что может не сдержаться.
– За ее голову обещают тысячу золотых! – продолжал секретарь, не подозревая, сколь недобрые мысли проносятся в голове его собеседника.
– Всего-то? – как можно небрежнее обронил Дайон. – Похоже, дела лорда Маркуса идут не слишком хорошо.
– Тысяча золотых – огромная сумма, – обиделся Мэтью. – И вообще, если вы не забыли, то Жюст запретил ходить в город по одиночке!
– Верно, – кивнул герцог. – Вот и пойдем вместе. Документы у тебя есть?
– Конечно, – Мэтью вытащил из-за пазухи смятую подорожную. – Вот.
– Хорошо.
В городе было тихо. Недавние события словно канули в забвение, и если бы не хмурые лица прохожих, сурово сжимающих губы, то можно было подумать, что ничего и не произошло.
Многие лавки также были закрыты. Дайон прошелся по улицам и свернул к ратушной площади, в центре которой возвышался помост для казней. Позорный столб, использовавшийся и как виселица, зловеще темнел на фоне ярко-голубого неба.
Около него стояло несколько горожан, оживленно что-то обсуждавших.
Сделав знак Мэтью молчать, герцог приблизился.
– …обыски по всему городу…
– А что ищут-то?
– Говорят, девку, что шерифа порешила. – Горожанин оглянулся и чуть тише добавил: – Люди видели, как ее в карету сажали. А потом о ней еще мужчина какой-то расспрашивал.
– Думаешь, подставная? – насторожился его собеседник.
– Да кто ж ее знает. Одно ясно – времена нынче неспокойные: инквизиция сгорела, шерифа прирезали…
– На ноже, говорят герб герцога был, – вмешалась толстая женщина. Ее белоснежный чепец съехал набок, но она не обращала на это внимания.
– А может, его лордство сам приказ и отдал? – поинтересовался тот, кто рассказывал о «девке».
– А ему что с того?
– Ну как, шерифа убрать, заодно и в городе беспорядки навести, по лавкам с обысками пройтись. Говорят, вон у Лионеля пять бочек вина забрали. Дескать, проверять будут, нет ли в них чего…
– Аккурат на балу и проверят, – хмыкнул молчавший до этого толстяк. – Как и остальное. Стражники лорда Маркуса все утро по лавкам шарились!
– Тише! – шикнула на него женщина и оглянулась: – А вам чего, господин хороший?
Обращалась она к Дайону, который делал вид, что рассматривает прилавок, на котором были выложены подвядшие овощи.
– Да вот, яблок хотел купить.
– Опоздали вы, господин хороший, все яблоки в замок увезли.
– Вот как? – Мэтью подошел и встал рядом.
– У нашего регента день рождения, вот все и стараются, подарки дарят, – с сарказмом пояснил толстяк.
– У него же только через пять дней, – нахмурился герцог.
– Плохая примета – дарить подарки заранее, – кивнул Мэтью.
Лавочник зло расхохотался.
– Мальчик, скажи это людям лорда Маркуса, – посоветовал он.
Мэтью насупился и хотел возразить, но Дайон потянул его за собой.
– Не стоит тратить время попусту, – вполголоса заметил герцог, когда они отошли от помоста.
– Но…
– Мэтью, ты уверен, что среди собравшихся нет шпионов, выявляющих среди горожан неблагонадежных?
Секретарь ошеломленно посмотрел на своего спутника.
– Об этом я не подумал, – признался он.
– А стоило. – Дайон задумчиво посмотрел на облака. – День рождения лорда Маркуса, значит…
Он нахмурился, пытаясь понять, что упускает из виду. Перед глазами пронеслись, казалось, давно забытые образы прошлого: лорд Маркус, презрительно кривящий губы при виде убогой обстановки камеры, в которой держали юного герцога, стражники, позволяющие себе злые шутки и ле Бриенн… от последнего имени в голове зашумело, а по спине пробежал холодок. Лорд-исполнитель, правая рука и одновременно палач лорда Маркуса. Именно он приходил к Дайону, требуя подписать тот или иной документ. И именно он не гнушался применять любые методы, если юный герцог пытался отказаться.
– Виконт! Йонатан! Что с вами? – встревоженный голос Мэтью прорвался сквозь пелену воспоминаний.
– Что? – Дайон обнаружил, что стоит посередине улицы, дыхание сбилось, а на лбу выступил пот.
– Вы вдруг остановились… – пробормотал юноша. – И не реагировали ни на что…
– Извини, задумался. Пойдем.
– Может, я вас догоню? – Мэтью с надеждой посмотрел на Дайона.
– С чего вдруг? – насторожился тот.
– Ну так… у меня тут кое-какое дело есть, – стушевался секретарь, его щеки полыхнули алым. Герцог понимающе хмыкнул:
– И как ее зовут?
– Кого?