Альфред де Гну стал рядом с верховным судьёй, положил правую руку на книгу в золотом переплёте и поднял два пальца левой руки над головой.
– Я, премьер-министр правительства её королевского величества, – зазвучал его красивый голос, – перед лицом всемогущего бога и перед моей всемилостивейшей королевой, в присутствии верховного судьи королевства Карликии, обещаю в неустанных заботах о благе моего народа не щадить ни трудов своих, ни своей крови, ни живота своего. Я буду верой и правдой служить моей королеве во имя интересов народа. Я клянусь в этом высокой клятвой у святого Евангелия. Аминь.
Он отнял руку от Евангелия и осенил себя крестом.
– Аминь, – повторил верховный судья.
– Аминь, – повторили придворные.
Альфред де Гну подошёл к трону с явным намерением поцеловать руку королевы, но она сделала вид, что не поняла его. Придворные кланялись королеве и пятились к двери. Тронный зал наполнился шорохом и движением.
– Здорово вы устроили свои дела! – язвительно проговорила королева. – Поздравляю вас, господин де Гнус!
– Де Гну, – поправил он.
– С окончанием «с» ваша фамилия на русском языке звучит восхитительно! И главное, очень точно!
– Я не знаю русского языка, ваше величество.
– Очень жаль, вы бы поняли, какой глубокий смысл таит это слово! – Оксана поднялась с трона.
– Я очень прошу вас задержаться ещё только на одну минуту, ваше величество. Ведь я обещал вам радость!
И прежде чем она ответила, премьер-министр, согласно дворцовому ритуалу, чтобы не поворачиваться к королеве спиной, попятился от трона. Так он пятился до самой двери с застывшей на лице улыбкой, пока не скрылся совсем.
ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ
В тронном зале остались только Оксана, Марго и Поль да одиноко стоящий у двери мажордом в своём древнем, расшитом золотом костюме с жабо и белыми чулками до колен.
Королева сняла корону.
– Ваше величество, – кашлянул Поль, – а как вы думаете, кого сейчас приведёт сюда новый премьер-министр?
– Кого? – с тревогой спросила она.
– Вашего жениха…
Она взглянула на него сердито.
– У меня не было и нет никакого жениха!
– Раз он приехал, значит, есть, ваше величество.
– Какой жених? Откуда?
– Из Америки. По имени Джек.
Марго всплеснула руками:
– Да ведь это же тот самый американский парикмахер, за которого собралась выйти замуж Изабелла!
– А вы знаете, Поль, что я Оксана!
– Уж хотите называйте себя– Оксана Первая или Изабелла Четвёртая, а только ваш принц приехал!
– Не может быть! Я вам рассказывала, что этот Джек улетел вместе с Изабеллой в Лозанну.
– Вот в Лозанне-то его и взяли детективы господина премьера. Говорят, этот американский парень сопротивлялся изо всех сил, да ему наши молодчики скрутили руки– и на самолёт! Во дворце ходят слухи, что с ним была какая-то девица, которая объявила, что она королева Карликии, но над ней только посмеялись.
Королева схватилась за голову.
– Ужас! Мне надо немедленно бежать из дворца!
– Уж теперь никак не убежать: кругом такая охрана, что и мышь не проскочит.
В дверях тронного зала снова показался Альфред де Гну. Он вёл под руку плечистого парня в белой фуфайке, которые с некоторых пор стали почему-то называться водолазками.
Парень был до такой степени чем-то потрясён, что его расширившиеся глаза казались на побледневшем и потном лице двумя круглыми коричневыми пуговицами. Приоткрытый рот с узенькими усиками над верхней губой конвульсивно подрагивал, а растрепавшиеся волосы торчали на голове пучками, словно его совсем недавно таскали за вихры. Под левым глазом молодого человека ясно был виден синяк.
За его спиной Оксана увидела женщину неопределённого возраста с бесстрастным лицом– вскоре выяснилось, что она переводчица.
Жених упирался, и премьер-министр поэтому то и дело слегка подталкивал его.
– Ваше высочество, – мягко сказал верзиле премьер-министр, – я полагаю, что в эту торжественную минуту вы испытываете вполне понятное чувство радости.
Женщина с бесстрастным лицом негромко перевела парню слова премьер-министра.
– Йес, – сказал американец, озираясь.
– Перед вами её величество, ваше высочество!
Парень что-то глухо забормотал. Переводчица открыла рот, чтобы перевести, но запнулась. Премьер-министр посмотрел на неё вопросительно.
– Он просит, чтобы его больше не били, – сказала она, – иначе он за себя не ручается.
– Идиоты! – шёпотом выругался Альфред де Гну. – Они отшибли ему разум… Да растолкуйте же этому… его высочеству, что он во дворце.
До парня наконец начал доходить смысл услышанного, и его взгляд беспокойно забегал с Оксаны на Марго.
– Скажите же что-нибудь вашей невесте, – шепнул ему премьер-министр.
– Ноу, – покачал головой американец и махнул рукой за окно. – Мой Изабелль там есть– Лозанна. Мой любовь есть Изабелль!
– Да нет же, ваше высочество! В Лозанне была никому не известная девица. Ваша любовь здесь!
– Ноу, – упрямо твердил американец, – мой люббитт Изабелль! Люббитт больше, чем свой жизнь! Мой люббитт Изабелль до самый смерть! – И он прижал руку к груди.
Альфред де Гну повернул к переводчице перекошенное бешенством лицо.
– Мадам, спросите членораздельно его высочество, хочет ли он быть супругом королевы Карликии?
Дама с бесстрастным лицом старательно перевела.
– Йес, – сказал американец.
– Так какого же дьявола он… – Премьер-министр не договорил и сладко улыбнулся американцу: – Ваше высочество, неужели вы забыли? Я понимаю, у вас была утомительная дорога… Посмотрите внимательно, ваше высочество: перед вами королева Карликии Изабелла!
Американец растерянно заморгал. Десятки мыслей, по-видимому, распирали его голову.
– Оу! Май квин! – наконец пробормотал он.
– Да, да, ваша королева! – подтвердил премьер-министр подбадривающе.
– Оу!… Ин Лозанна?
– Там была аферистка!
– А-фе-ри-ст-ка?
– Да, да, самая настоящая аферистка!
Американец во все глаза смотрел на Оксану.
– Вы любите её величество? – мягко спросил Альфред де Гну.
– Йес! – воскликнул американец.
Премьер-министр оглянулся и торжествующе крикнул:
– Мажордом! Сообщите корреспондентам, что сегодня во дворце состоялась помолвка её величества королевы Изабеллы с его высочеством принцем Джеком. Сообщите также, что после заключения брака их величества отправляются в полугодовое свадебное путешествие.
– Мажордом! – повелительно сказала Оксана. – Никому ничего не сообщайте! Я не собираюсь выходить замуж!
– Что вы делаете со мной, ваше величество! – изменившимся голосом вскрикнул Альфред де Гну.
– Оу, май квин! – моргал глазами американец.
– Нет, нет! – быстро сказала она американцу. – Я не хочу выходить замуж! Понимаете… ваше высочество? Ай ду нот вонт! К сожалению, я плохо знаю английский…
– Оу, май квин, – механически повторял он.
– Да нет же, я не ваша королева! – вырвалось у неё. – И вообще я не королева!
Она сбежала со ступенек трона, быстро прошла мимо оцепеневшего премьер– министра и скрылась за дверью. Марго догнала её уже у самой спальни.
– Ах, ваше величество! – проговорила она, слегка задыхаясь и закрывая за королевой дверь спальни. – Всё хорошо, только не нужно было говорить, что вы не королева.
Через несколько минут дверь без стука распахнулась, и они увидели на пороге встревоженного Поля.
– В королевскую спальню нельзя входить мужчинам! – вскрикнула Марго.
– Да отстань ты! – огрызнулся он. – Ваше величество, теперь и я понял, что пришло время бежать с этого корабля!
– Что ещё случилось, Поль?
– Премьер-министр уговаривает академика Флокса признать вас душевнобольной! Я сам слышал…
Марго простонала:
– О! Я была уверена, что всё кончится сумасшедшим домом!
– Они уже идут сюда, ваше величество!
И действительно, с последним словом Поля в спальню вошёл, тряся бородкой, академик Флокс. Следом за ним с решительным видом двигался Альфред де Гну.
– Немедленно уйдите из спальни её величества, господин премьер-министр! – возмущённо проговорила Марго, загораживая ему дорогу.
Он небрежно отстранил её движением руки.
– Поосторожней, господин премьер! – вспыхнул Поль.
– Ваше величество, – очень ласково сказал Альфред де Гну, – простите меня, но достопочтенный господин Флокс сообщил мне, что ваше здоровье внушает серьёзные опасения. Ведь так, господин Флокс?
– Что? – прошамкал старик.
– Я говорю– опасения! – прокричал ему в ухо Альфред де Гну.
– Да, да, – потряс бородкой академик.
– Дедушка, – сказала ему королева, – я совершенно здорова.
– Что? – снова прошамкал он.
– Я здорова, – повторила она как можно громче, рупором прикладывая к губам ладони.
– Да, да, – закивал старик и вдруг плаксиво прибавил: – Ваше величество, отпустите меня, бога ради, на пенсию…
– Отпускаю, – невесело усмехнулась королева, – уходите, пожалуйста.
– Что?
– Отпускаю!
– Благодарю, ваше величество! – ещё быстрее затряс бородкой обрадованный старец.
Он ещё долго бормотал что-то, удаляясь, пока не скрылся за дверью совсем.
Оксана взглянула на премьер-министра. Он стоял неподвижно в своём чёрном фраке, опустив руки. Ни один мускул не двигался на его лице.
– Пойдёмте со мной, ваше величество, – негромко произнёс он, чуть шевельнув губами.
– Оставьте меня в покое, – сказала королева, со страхом глядя в непроницаемое лицо премьер-министра.
– Пойдёмте же! – повторил он настойчиво.
– Я никуда не пойду, господин премьер!
Он неторопливым жестом распахнул дверь и приказал всё тем же спокойным голосом:
– Делайте ваше дело, господа!
В спальню вошли двое могучих мужчин в белых халатах и нерешительно остановились.
– Я сказал– делайте ваше дело! – чуть повысил голос Альфред де Гну.
Мужчины в белых халатах двинулись к королеве, но в эту минуту перед ними выросла величественная фигура генерала де Грананжа, и они снова остановились.