Его предложение на балу меня шокировало, и я не уверена, что он сказал это серьезно. Нет, не так, сказал серьезно, но предложение ведь сделал не официально. Я понимаю, что влюбилась по уши, но кто его знает, может это еще не любовь, а просто юная девушка поддалась искушению опытного мужчины. Влюбленность, которая пройдет, нелогичная и непонятливая, и сама разобраться не могу. Но тогда он так на меня смотрел, а я перевела тему, а потом вообще от него сбежала. У нас так много дел, я зашиваюсь. Он все понял, отпустил и дал передышку, а теперь я такое ему говорю, мне хана, прикатился колобок.
Когда я выбежала за дверь, нам с Ником хватило пары секунд, чтобы все понять, оценить, и мы дружно ломанулись прочь, но метров через тридцать перед нами из портала шагнул Алекс хмурый и сердитый. Не убежали.
— Я устрою тебе пересдачу, и только попробуй отказаться. Но об этом потом, а сейчас, прошу тебя, будь умнее и престань влипать в ситуации, но свое наказание ты получишь. А сейчас, — он шагнул ко мне. Хотела завизжать и убежать, но передумала, он прижал меня к себе и поцеловал, именно поэтому и передумала. Одурительно ведь целуется.
— Кхе-кхе, я вам не мешаю?
— Мешаешь, но ты же не свалишь? — Ник отрицательно помотал головой, широко улыбаясь. — Я так и думал, ладно, все, бегите, вечером мы с тобой, Ева, еще поговорим.
Что сказать, разговор вечером был нудный, мы даже умудрились поругаться, но потом он меня поцеловал, а целовались мы долго, со вкусом, так и помирились. Хотя червячок обиды в душе остался, он не доверял мне, не верил, что мы сможем, и пусть отчасти он прав. Но верить нужно, я же и ему, и в него верю полностью, а он в меня нет. Да и его слова 'не лезь куда не просят', меня взбесили. Вообще-то именно нам по плану Императора предстояло окочуриться, закрывая Грань, так что решение найти альтернативу нормально. Никто не хочет подыхать за идею, и все самопожертвования — это кончено круто и воспето в легендах.
Но жить-то хочется, вот и крутимся, как можем, надо было информацией делиться. А то оказывается, он предполагал что-то такое, но думал это какой-то артефакт. Ха, мы круче, мы все узнали, правда, он вместе с нами, но все равно мы круче.
Вслух я такое не говорила, я вообще, как хомяк сопела и пищала, когда он особенно злобствовал.
Короче, нормального диалога не получилось. Или сорились, или целовались, правда, надо отдать ему должное, уже когда собирался отправить меня домой, решил высказаться и извиниться.
— Я очень испугался, а это неприятное чувство, особенно для мужчины, но я понимаю тебя и твою команду. Я тоже старюсь сделать все, чтобы вас не задействовать. Я знаю, вы не остановитесь, и было бы глупо в это верить. Но прошу, пообещай мне сильно не рисковать собой, я боюсь тебя потерять. И да, я был не прав, когда на тебя кричал, — это был первый повод для нашей ссоры, до этого я понимала и принимала его претензии, но он начал распаляться и пытался на меня кричать, и я обиделась, а сейчас он за это попросил прощения. Приятно.
— Такого больше не повторится, обещаю. Давай не будем ссориться, у меня от этого, как оказалось, совсем характер портится, и я становлюсь неуравновешенным. А я и так не подарок, хотя мои подчиненные ни разу не доводили до такого. Вот они удивятся, если узнают, что мое ледяное спокойствие смогла разбить одна милая и чудесная ведьмочка. Все, хана авторитету, — он попытался шуткой сгладить неловкость между нами.
— И ты меня прости, надо было с тобой посоветоваться, но, если я буду знать, что ты меня всегда поддержишь, мне будет легче тебе доверять. А пока ты только запрещал.
— Я возьму себя в руки и начну все исправлять. Совещайся со мной, я больше не дам повода усомниться в себе, и ты сможешь мне доверять. Я хочу быть не только любимым, хоть ты этого и не говорила, — увидел, что глаза у меня начали вылизать из орбит, — но и другом, и в ответ обещаю доверять тебе. Ты моя, Ева, я тебя слишком люблю, чтобы потерять.
Колобок-колобок, я пропала! Шаг к нему, и я у него в объятьях, и мы опять целуемся. Меня любит Алекс Шторм! Любит! Меня! Я умираю. А я, что я? Все, мыслей нет, потом, все потом. Ммм, как же приятно….
Уже глубокой ночью, представляя, как когда-то учила мама, что его нет в моей жизни, что он ушел из нее навсегда, мне стало страшно. Именно этот дикий ужас позволил мне осознать, я его люблю. И не той любовью, которая дает добро на жертвование жизнью, чтобы любимый жил счастливо. Нет, пожертвовать жизнь один раз легко, а вот жертвовать каждый день, помогая и подстраиваясь к любимому, вот это настоящая любовь, не киношная. И сейчас я четко поняла, я сделаю все, чтобы мы не отдали свои жизни для закрытия Грани. Я не заставлю Алекса страдать, оплакивая меня. Нет, я приложу все силы, чтобы мы выжили и смогли быть счастливыми.
Судьба помогает тем, кто что-то делает. Ох, и наделаем мы тогда, и реинкарнацию этой Эльзы найдем, раз от этого все зависит. Все сделаем, спать перестанем, но справимся и успеем. Так или не как.
Глава 15
" Пошалим?"
После памятного разговора с Императором Преисподней ничего из ряда вон выдающегося и не было. Учеба нас завалила, потом еще придавила и сверху попрыгала. Задавали столько, что не хватало сил ни на что. Если бы не Ник, который поддерживал, периодически тормошил и не давал засохнуть, вообще превратилась бы в зомби. Которое по сигналу вскакивает, бежит на занятие по зельям, потом на пары, потом в библиотеку, потом тренировка, потом практика, потом уроки, потом спать. Жизнь дрянь.
Этот график жизни стал бесить не меня одну.
— Если еще хоть день так проживу, взвою. Нет, я лучше колдану что-нибудь, и потом пусть сами разбираются с последствиями моей неконтролируемой магии.
Мы сидели нашей группой в библиотеке и делали домашку, которую нам задала милая магистр Смерть. И Ника, которая в очередной раз пересчитала показатели для пентаграммы и взвыла.
— На территории библиотеки строжайше запрещено применять магию, за малейшее нарушение вас отправят в кабинет к ректору, и вы будете наказаны, — как этот вредный домовой Адольф Петрович услышал нас, не знаю, но свои пять копеек вставил.
Вот вредный тип! Я уже перед ним за испорченные ворота извинялась раз двадцать, а он все сердится. И сейчас ведь ясно, что ничего мы делать не будем, но нет, влез и сейчас стоит, буравит нас своими маленькими глазками.
— Адольф Петрович, вас перевели в храм науки и знаний? — Таша мило смотрела на домового. Тот весь подбоченился, выровнялся, голову задрал, ответить хотел. — Там не справились, так администрация вас в ссылку? Или это исправительные работы?
Все знают, что домовые библиотеки не жалуют, им нужно живое тепло и забота о живом, а не о книгах, поэтому вопрос резонный, но домовой обиделся.
— Злые вы, ведьмочки, и все из-за вас, — пробурчал он.
Пришлось мне опять извиняться.
— Адольф Петрович, но я уже говорила, что не специально и даже пыталась снять свою ворожбу, но не выходит. Мне очень жаль.
— Да ладно уж, ведьмочка, я давно простил, это я по привычке бурчу. Хорошая ты девка, хоть и пакостница, но что с тебя взять. — Не уж-то простил? Ну наконец, а то стыд жжет.
— А сюда меня отправили, потому что некому, а мне так тут не уютно, что уже не делал, а все равно. — Он махнул и хотел от нас уйти, но мы не дали. Любопытство — оно не одну ведьмочку сгубило.
— Как это некого? А дух-хранитель или просто библиотекарь? Почему именно вас.
— Потому что я ответственный, — сразу похвалился он, чьей-то цитатой, явно, но потом решил и объяснить. — Так нет у нас духа-хранителя, никогда не было. А вот библиотекарша наша уехала, у нее там личные дела, а когда вернется не известно. А без нее надо, чтобы хоть кто-то за порядком следил. Вот и слежу. Скорей бы она вернулась.
В этот момент домового стало жалко, для него это действительно наказание, среди книг и временных обитателей. Что-то ректор погорячился, направив его сюда.
А я вспомнила, мне Шуршик говорил что-то про это, но я такая запаренная была, что и внимания не обратила. Да и вообще, мне стыдно, я его сюда вытянула, хоть там ему и было плохо, но все же, а сама и внимания не уделяю. Правда, Ник, спасибо ему огромное, с малышом общается. Да и Шуршик, он такой, он найдет чем заняться, но все равно, вот как бы перекроить свое время, чтобы больше успевать?
— Может, духа хранителя призовем? — я так увлеклась своими мыслями, что и не поняла, чья была гениальная идея.
Все молчали переглядываясь.
— Нет, ну если вопрос так ставим, то… А у нас время на это есть? — староста, она всегда староста.
— Достали своей учебой! Никакой личной жизни, я отменила уже больше двадцати свиданий! Да я пылью покроюсь в этой библиотеке! — Ника все больше распалялась. — Сколько можно, мы живые ведьмочки, а они нас как роботов гоняют, — чую тлетворное влияние Ника, небось, опять им кино пересказывал, а они и рады слушать. — Давай что-нибудь замутим? Ну, пожалуйста.
— Душа просит шалости, — Катерина была солидарна с Никой.
— И гадости, — Янка, как всегда.
— Отдохнуть охота, — Дарья мечтательно посмотрела очень внимательно на меня.
А я что? Я же ничего?
— Вызовем духа! — эти слова сами слетелись с губ, я вообще не хотела, думала пойти отдохнуть.
— Я в любом вашем беспределе главный перец!
— Ник! — хором выдали шесть ведьмочек, я не кричала, я в бок его пихнула.
— Ладно, я как настоящий мужчина, должен все проконтролировать, — мы молчаливо подняли брови. — Хорошо, ну, мне же интересно, сестренка, ты же не оставишь братика в информационном и любознательном голоде. Помру! — взвыл дурниной он.
— Предлагаю не откладывать все в долгий ящик. Домашку сделали, ну, или попытались сделать? — все дружно закрыли тетради, показывая, что уже все. Урокам сейчас не место. — Где провернем это дело?
— Надо бы делать все на месте, а значит, тут и делать, в зале библиотеки. Только сейчас здесь народ, а значит, нам нужна ночь. — Анна как всегда голос разума.