— Вот не советовал бы я вам изнанку трогать, — это Шуршик, который на эту вылазку с нами пошел, интересно ему, да и за библиотеку он радеет.
— А если не изнанку, а просто поискать в нашей Грани? — Таша, проверяя символы, подняла на нас голову.
— Стырим.
— Заберем.
— Может, им не надо?
Кому им, не знаю, но эти три реплики мы синхронно сказали и поняли, воровство прописалось у нас в крови, мы теперь все пытаемся украсть, но идея стоящая.
— Да вы криминальные авторитеты, воры в Грани! — Ник даже отошел на шаг, чтобы нас во всей красе рассмотреть.
На этом и решили остановиться, ну, в смысле поискать свободного хранителя в нашей Грани. Про свободного это я указала, чтобы не сразу воровать.
Итак, мы стали в пентаграмму и начали сканирование пространства, через какое-то время засекли сущность и, дернув ее, вызвали на разговор.
Сущностью оказался действительно дух-хранитель какого-то поместья, которое развалили для перестройки, и что-то пошло не так, повредили саму магию, и хранитель оказался без привязки. Кстати, сущность была женского пола и очень приятная. Мы, рассказав, для чего ее потревожили, получили благоприятный ответ и заверение, что она рада предложению. А дальше все в нашем духе, и ладно, я не путевая, но девчонки, неужели это заразно.
— Таша, делай привязку, — скомандовала я, перенаправляя потоки, чтобы выпустить из пентаграммы духа
— Какую привязку? — удивилась она.
— Но как же, мы же должны подселить духа и привязать к месту, чтобы он набрал силу, — пояснила я, когда-то лекция такая у нас была, ответом мне было молчание.
— А про привязку мы не подумали, — покаялась она
— Вообще никто не подумал? — задала я риторический вопрос, ответ был не утешителен, все молчали.
— Это прокол, так, что будете делать? Мы, если что, в библиотеке, можно книжечку какую умную поискать? — Ника прямо распирало.
— Я знаю про привязку, — подал голос Шуршик.
Под его суфлирование я завершила обряд, подселив духа хранителя в нашу библиотеку, и завершила привязку. Хранительница была очень довольна и благодарна нам. Оказывается, дух хранитель без места привязки и подпитки магией очень быстро теряет силы и 'засыпает', и очень редко, когда может проснуться. То есть фактически он умирает, растворяясь в нашей Грани.
С чувством выполненного долга и хорошо сделанного задания, мы отправились назад по комнатам, а утром нас вызвал ректор. И как только выяснил? Но поругал для виду, потом похвалил, оказывается духа не так просто призвать и привязать. И его силы не хватило даже на призыв, а мы молодцы. Но, если честно, мы просто везучие, дух сказала, что ей стало интересно, вот и пошла по зову, но все равно мы молодцы.
Вот такие, чуть поруганные, чуть похваленные, мы и отправились учиться. Осталось совсем немного времени и конец семестра, а там сессия и Игры. Поднажмем!
Глава 16
" Сессия — это весело "
Окончание учебного года ознаменовалось началом сессии, жить стало веселее. Преподавателям. Хотя, до поры до времени.
Сначала преподаватели весело потирали ручки, отыграются на бедных студентах за все невыполнение задания, плохие оценки и просто свое отношение. Потом же они быстро прикинули, ощутили и взвыли, а кто бы не взвыл, если к вам постоянно ходят и ходят, просят и просят. 'Ну поставьте', 'ну примите', 'а можно мне еще одну попытку? А другой вопрос?' и так бесконечно. И глядя на наших преподавателей, становиться понятно, что сессия подкосила всех. Кроме, пожалуй, магистра Милославы Смерть. Ее ничего не брало, она абсолютно не страдала из-за сессии и полчищ студентов, всем хватало задания и с ней, главное, никто не спорил. Дала билет, пиши и радуйся, могла и не дать вообще.
Наш последний практикум у нее проходил очень своеобразно. Мы как обычно пришли в лабораторию, разошлись по секторам и стали ждать, со звонком зашла Она. Оглядела нас и вынесла вердикт:
— Хватит, вы уже не новички, пора посмотреть вас в деле, — кровь от лица отхлынула у всех, что ей в голову пришло-то?
Но нас, естественно, не спрашивали. Мы только и успели, что непонимающе переглянуться, как в следующее мгновение оказались не пойми где и не пойми с кем. Потому что, например, я стояла в какой-то пещере абсолютно одна, по крайней мере, я на надеялась, что тут никто не водиться, и мной закусывать не будут.
Я ошиблась. Что-то зашуршало в дальнем углу этой темной и мрачной пещеры. Ладно, не сильно и темной, и относительно я видела, но мрачная это точно. Пещеры веселыми не бывают. Моя реакция была предсказуема. Хотелось бы сказать, что я, резко развернувшись, подсветила себе сферой света, потом резко вскинула руку, с которой слетел поток огня, и вот я одна, гордая и целая, стою в пещере, потом я открыла портал и вернусь. Ага, так и было в моей фантазии, потом, когда уже в общаге была. А сейчас визжала я как человек, а не ведьмочка, проучившаяся уже год в Академии. Ох, и стыдоба! Мама, если узнает, отлупит. И пусть в детстве она только грозилась, сейчас точно отлупит.
Вот я визжу такая истерично на одной ноте таким писклявым 'а-а-а-а-а-ааа', и видимо я своей оперой потревожила того, кто собственно и шевелился в углу. Как я от страха сознание не потеряла, не знаю, но, когда ко мне выползла землеройка, удивились мы обе. Я потому что это зверек абсолютно безобидный, живет себе в земле, ходы делает, не очень симпатичный, но кто красавцем будет, если в земле бесконечно рыться и света белого не видеть. А она, потому что ее наверно впервые в жизни испугались. Орать я перестала, совестно стало, что животину потревожила. Поэтому рот я захлопнула и стала соображать, что надо бы и выбираться, вряд ли Смерть меня сюда загнала, чтобы я живность изучила. А с учетом того, что это последнее практическое занятие перед экзаменом по построению порталов и всевозможных пентаграмм, значит, надо работать. Искоса поглядывая на зверька, который решил не уходить, ага, где еще он таких больных ведьмочек увидит, небось, всей своей родне расскажет, какой он опасный, ведьмочку до истерики довел.
Осмотрев пол, начала строить пентаграмму. За неимением ровного пола и мела, пришлось работать ручками. Очистить площадку, притоптать кое-где землю, камни перенести, потому что места нужно как минимум пятьдесят на пятьдесят сантиметров, ногти обломала об камни, потом взяла один камушек и на подобии мела стала чертить, в одном месте пришлось, чуть ли не выковыривать землю, чтобы провести линию. Замаялась, испачкалась, но пентаграмму нарисовала. Кто-то может спросить, почему же я не использовала свой амулет перехода, а не работает он почему-то тут. Хотя ясно, почему. Видать магистр Смерть решила глушить всю магию, чтобы показали навыки.
На манер землеройки я все перекопала и начертила все символы. А дальше начались сложности, мне неизвестно, где я, поэтому начальной точки координат у меня нет, а это плохо. Потратила где-то еще полчаса по внутренним часам на то, чтобы произвести расчеты. Долго так, потому что у землеройки не оказалось листика и ручки, чтобы можно было пописать. Пришлось считать в уме, и только самое основное записывать, чтобы не забыть. Я один раз попыталась призвать свою сумку, без толку. Смирившись с судьбой, старалась правильно произвести расчеты, хотелось не выйти где-нибудь посреди океана.
Расчеты готовы, попрощавшись с милым зверьком, который все это время усердно помогал мне своим молчаливым одобрением, ну, или надеждой, что я все-таки свалю и не буду ему мешать. Я активировала пентаграмму и глубоко вздохнув, шагнула в неизвестность. Ну, Грань, помоги.
Вышла я в нашей лаборатории и даже в своем секторе и, не обращая внимания на окружающих, станцевала победный танец, и пусть он дурацкий, да и мне не солидно так себя вести, но быть похороненной заживо в пещере без выхода и входа, кроме того, что сделал зверек, было страшно. Так что имею моральное право танцевать дурные танцы.
Магистр Смерть, которая внимательно следила за моим порывом счастья, только чуть голову наклонила, потом все-таки решила прокомментировать:
— Я рада, что вы, Ветрова, потратили не всю пару на такое элементарное задание, это свидетельствует о том, что все-таки я вас неплохо учу. На сегодня можете быть свободны, к экзамену вы допускаетесь. Только я очень рекомендую сходить в библиотеку, поскольку потратили вы все равно непозволительно много времени для своего уровня. — Вот же ведьма, не могла не ковырнуть, хвалить просто она не умеет.
Но это все ерунда, так что я, поблагодарив магистра, вприпрыжку помчалась из аудитории. Интересно же было, как у остальных прошли практические. Здраво рассудив, где может быть народ, решила мчаться в столовую, после стресса нужно много есть.
На подходе к столовой дорогу мне заступила Леся. Вот неугомонная ведьмочка! Именно она перед Играми ко мне цеплялась, и из-за нее взорвались зелья. Противная она все-таки, вот и сейчас морду свою кирпичом состроила, губы брезгливо поджала и цедит слова:
— Ветрова, куда ты мчишься, тут нормальные ведьмочки ходят, а ты вдоль стеночки иди, чтобы не испачкать, ходишь как оборванка, — я оглядела себя, и досадливо сморщилась. Да, когда чертила пентаграмму, извазюкалась вся, а руки вообще страх, ногти обломаны, и грязь. Я их собиралась в столовой помыть, но нет, на эту наткнулась.
Мило улыбнувшись, решила не обращать внимания на недалеких:
— И тебе здравствуй, Леся, спасибо, что обратила внимание на мой вид. С практического бегу, но тебе не понять. А сейчас, будь добра, с дороги уйди, — и все это вежливо улыбаясь.
— Ты как со мной разговариваешь? — зашипела эта крыса. — Я тебе покажу! — и эта больная взяла и вылила на меня свой кофе, я не обратила внимания сразу, что у нее в руках чашка. — Это тебя не испортит, но хоть покажет твою суть. Замарашка. — И так мерзко засмеялась.
Стало обидно, очень обидно. А когда ведьмочке, да с нестабильной магией обидно, нужно прятаться, эта курица этого не знала. Сначала в коридор ворвался порыв ветра. Сильный порыв, такой, что у девицы, которая стояла и все это время скалилась мне в лицо, волосы стали дыбом, ей так лучше. После ветра примчалась пыль, точнее, ветер ее принес. И вот что интересно, все вокруг оставалось чистым за исключением этой девицы. Теперь Леся была припорошена пылью, а она глупая орать начала, рот открыла, вот именно в рот ей и набилась земля с чем-то, я не вникала, но сама виновата.