— Конечно, я согласна, для меня это честь. Просто пытаюсь прийти в себя, — улыбнулась я ребенку.
— Вот и чудно. Сейчас придет горничная, поможет собраться, и спускайся, проведем обряд. А потом и поговорим в кабинете Императора, откуда вы у нас и что случилось.
Я согласно кивнула, хочу в душ, магией я хоть и высушила нас после морской воды, руки помыла, когда работала с реактивами и травами. Но вся в соли, нужно помыться.
Шуршик увязался следом за Иридой, а ко мне проскользнула девушка, которая показала куда идти, вручила полотенце, разные средства, и сказала, что подождет меня, чтобы помочь расчесать и одеться.
А я, поблагодарив, приступила к водным процедурам. Как заново родилась, появились и силы, и настроение улучшалось с каждой минутой. Все хорошо, все просто замечательно. Правда, у меня вопрос, а как мы будем возвращаться?
Оделась я в белое платье, закрепленное на одном плече, и перехваченное золотым поясом под грудью, на ноги сандалии с кучей ремешков, мне они особенно понравились, хочу себе такие. Волосы мне заплели в две косы, которые уложили короной вокруг головы. Как только смогла она разобрать мои кудряшки, хотя чем длиннее становились волосы, тем больше под тяжестью выравнивались. В волосы мне вплели нитки с жемчугом, правда их на фоне моих светлых волос и видно не было. Мне все очень понравилось, мне даже легкий макияж нанесли, чуть оттенив глаза и подкрасив губы. И вот такая красивая я стояла перед зеркалом, и первая мысль, мне очень хочется, чтобы Алекс увидел меня такую, ему должно понравиться.
Сама церемония была очень простая и в то же время красивая.
Мать, которую уже подлечили, она отдохнула и стала выглядеть живенько, вручала мужу ребенка, прося его признать и наречь малыша именем. Муж в свою очередь благодарил жену и силы за рождение первенца, и давал ему имя. Там еще клятва была, только я такой язык не знаю, поэтому, что он говорил, не поняла. Но звучало торжественно и, явно, очень красиво, потому что Алана растроганно смотрела влюбленными глазами на мужа и была счастливая просто сверх меры.
Кстати, детки были черненькие в папу, и только глазки были янтарные, как у мамы, правда, на черном фоне они смотрелись золотыми. Экзотично. Ох, и сердцееды будут эти два пищащих комочка, когда вырастут.
Уже в кабинете Императора, после того как малышей накормили и уложили, состоялся разговор.
— Расскажите, как вы встретились, и как ты, Шурх, оказался за Гранью?
Мы долго рассказывали, даже пришлось перерваться на ужин, пока плавно разговор не вернулся на то, что малыш чувствовал себя плохо, и что нас затянуло в портал.
— А почему ты его не отпустила, тогда бы осталась в безопасности. Мало ли, что вас ожидало здесь? — вопрос Ириды меня убил.
— Что значит отпустила? Как вы себе это представляете? Надо было его бросить? — я была возмущена, и видимо, именно мои яркие, ненаигранные эмоции и стали точкой в этом вопросе. Женщина тонко улыбнулась и перевела взгляд на Блэйка, в семейном кругу, без приближенных, он разрешил себя так называть, не именуя его Императором.
— Блэйк, я думаю, девочку надо наградить, как считаешь?
— Ясное дело, надо, но это чуть позже сделаем. Меня интересует, что делать с Шурхом?
— Ничего не делать. Я с Евой остаюсь, — сразу встрепенулся ребенок.
А я понимала императора, ребенок со студенткой, которая учится и толком не уделяет ему внимания — это плохо. Он должен расти в семье, учиться взрослеть, а я не могла дать ему нечего.
Нам, кстати, историю дополнили, просто мы не знали всего. Так вот, когда напали на родителей Шуршика и на него самого, Алана почувствовала смерть родных, ее потянуло к ним. И если мать из последних сил смогла отправить малыша подальше, то девушку притянуло к месту расправы. Неудобная особенность, хотя, как сказать. Девушку ждал такой же финал, если бы не Император, который чудом засек это все, и помог спастись. Нападавших живыми взять не удалось, а один вообще сбежал, что было удивительно, так как силой эйфиров он не обладал.
Уже потом император рассмотрел, какое счастье держит на руках. Любовь, свадьба через положенный период траура, и вот два наследника. Кстати, в этой Грани время также идет чуть-чуть иначе, быстрее чем у нас.
— Если бы ты не провела ритуал с Шуршиком, то его смогли бы вытянуть обратно, и даже наверняка пытались, потому что я чувствовала, как что-то тянет и меня, они работали с кровью родителей. Но малыш был недосягаем. Спасибо тебе большое, что спасла и что потом не дала в обиду! — Алана пожала мою руку, которая лежала на коленях, а мне было неудобно.
— Я не знала, что он ребенок, мне стыдно, что я не смогла дать ему полноценную семью.
— Ева, мы другие, ты привела его туда, где был источник силы, где нити переплетены очень густо, он смог восстановиться, знания, которые он получил. У нас дети в таком возрасте перестают жить с родителями, особенно мальчики, и начинают обучаться, и уже учитель решает, как именно происходит процесс обучения, и как при этом будет жить его ученик. — Я сидела с открытым ртом, выглядела наверно странно, но я была шокирована словами Императора.
— Ты сделала все правильно. Малыш стал более самостоятельным, до этого он не отходил от матери, чем очень огорчал отца. А сейчас, посмотри, он шебутной, он ребенок, но он самостоятельный. Это то, чего и добиваются учителя, — Императрица попыталась меня успокоить.
Да, они говорили, и я понимала, что они, правда, так считают и все думают, что я поступила нормально. Но я знала, малыш жил в общаге, да, ел, да, я с ним болтала, он учился, но не более. А можно было бы, например, отправить его к родителям, и там бы он смог получить полноценную семью.
— Теперь главный вопрос, что же нам с вами делать? — Ирида постучала ногтями по подлокотнику кресла, на котором сидела.
— Малыш, может, тебе лучше остаться с твоей семьей? — тихо обратилась к ребенку, но он насупился.
— Ты моя семья! Ты меня достала, ты связала, и я не могу здесь оставаться, меня все равно потянет за тобой, — я перевела взгляд на Ириду, ожидая убедиться. Она чуть заметно кивнула, подтверждая.
Я беспомощно посмотрела на Императора, не зная, что сказать и что сделать.
— Сейчас мы чуть заглушим ваш обряд, чтобы Шуршик смог остаться в нашей Грани, — начал Император.
— Нет! — закричал малыш и прижался ко мне, уткнувшись в шею, я погладила ребенка, успокаивая и прося выслушать Императора.
— Потом малыш останется здесь, мы его семья и мы сможем его защитить от всех поползновений злоумышленников. Он будет обучаться и расти, а позже, сможет тебя навещать, — малыш только сильнее сжимал мою шею. Задушит ведь! Мелкий, а сильный.
— Рыжик, — тихо позвала я его, — ты ведь знаешь, что меня ждет, помимо всей кутерьмы с Гранью, еще и летняя практика, и учеба четыре года. Ты за это время тоже вырастишь, тут же не так течет время, успеешь стать сильным и, главное, научишься переходить Грань. Как тебе такая идея?
— Ага, ты там будешь без меня, — он всхлипнул. — А я без тебя тут, скучать же буду, и мне же все интересно.
— А сели так? Скоро Игры, — он аж задергался, да он очень хотел посмотреть их, грезил ими невероятно. — Может, тебя проведут на них, а потом ты начнешь учиться, а на мои каникулы я буду тебя забирать, и мы будем путешествовать, — я взглянула на взрослых, пытаясь понять, возможно ли то, что я говорю.
— Алана? — малыш смотрел на сестру
— Я думаю, Блэйк поможет, и ты увидишь, как Игры, так и сможешь переноситься к Еве. Только Игры посмотришь через пентаграмму, а вот через пару лет сможешь перенестись. Сейчас это опасно, ты и так очень ослаб, начнем тягать тебя через Грань и потушим твой огонь.
К слову, эфиры в своем истинном облике, а оказалось человекоподобный образ не совсем истинный, а промежуточный. Так вот истинный образ — это столб огня с глазами, ртом, который может говорить и напугать до дикого визга. Это я визжала, когда первый раз рыжика увидела таким. Я стояла, ожидала, когда нас в кабинет пригласят и тут рядом начал трещать огонь, я разволновалась, пытаясь решить, кого звать, пожар начинается, потом решила тушить, лишив кислорода. А в этот момент глазки открылись, янтарные и рот открылся, и этот рот мне такое 'Буууу'. Ну, я и завизжала, еще и убегать стала, а эта маленькая козявка гнался за мной, хохоча. Его потом Ирида поймала, отругала, и пришлось малышу еще и извинения у трясущейся меня просить. Но я отходчивая, по попе шуточно стукнула, чтоб не пугал больше, а потом тискала, а он показывал мне какой он крутой 'огонек'. Император, кстати, тоже огонь, как и все они, только он черный огонь, жуткий, вообще император весь страшный, хоть и добрый мужик, но вид имеет жуткий.
Малыш согласился с доводами сестры, особенно его окончательно убедило, то, что Алана просила его помощи с новорожденными, ведь он дядя. Тут малыш стал гордым и таким взрослым, и сразу решил, что должен помочь сестре. И защитить более слабых, вот он их научит всему и тогда будет ко мне приходить, а может и их приведет. Мы все на это бесхитростное заявление, только повеселились. Так и решили.
Потом мы говорили о закрытии Грани. Я рассказала, что творится у нас, и оказалось, что у них в Грани тоже есть смутьяны, и не знаю, что им всем нужно, но и тут идут волнения.
Император разрешил мне порыться в их библиотеке, может, найду что-то, что нам поможет. Меня не покидает ощущение, что все идет корнями в историю, которую, как оказалось, мы совершенно не знаем. Там был кто-то или что-то, что, возможно, хочет возродиться? Только для чего разрывы Грани. Я рассуждала вслух, сидя с чашкой горячего шоколада. Вкусно очень! Раньше я его не пила, а сейчас оценила, с мелкими орешками и имбирем. До этого пила шоколад с мятой, странные, не сочетаемые, но в то же время просто восхитительные вкусы. Надо брать на вооружение.
— Может, хотят, чтобы Грани не было, был бы один мир, одна Грань и все перемещено? — Шуршик, который читал книжки и слушал меня, сказал это как шутку, а меня как током ударило.