— К-какому обряду? — хрипло спросила я, после чего закашлялась.
— Свадебному, — в голосе Мышки звучало напряжение.
— Ох, точно, — обречённо простонала я, вспоминая слова дракона.
Служанка подошла ко мне, и я заметила, как её впечатлил мой внешний вид. Ну да, вчерашняя истерика не могла не оставить следы на лице. Уверена, и лицо опухло, и глаза превратились в две щёлочки. Не единожды пройденный этап, в прошлом мне приходилось убивать массу времени, чтобы скрывать подобные последствия. Даже не представляю, как с этим отмечать свадьбу.
Впрочем, плевать. Мне глубоко всё равно, как пройдёт церемония. Главное — побыстрее убраться из этого места и отбыть пять лет супружества. Поэтому я переборола себя, поднимаясь с кровати. Тело было тяжёлым и неповоротливым, конечности мелко подрагивали и с трудом слушались. Тихо бурча под нос, Мышка принялась за работу. Её предстояло создать из запойной мадам сделать писанную красавицу. Сложная задача, особенно учитывая отсутствие благ цивилизации в виде качественной косметики.Пока меня вертели, крутили и превращали в человека, меланхолично смотрела в окно. Все эмоции выплеснулись накануне, и теперь вместо них ощущалась лишь тоска. Гадким, серым болотом она утягивала меня в себя, грозя утопить. Чернота за окном постепенно сменялась закатом, что плавно раскрашивал небеса сначала в фиолетовый, а после и в алый. Идеальное время для того, чтобы надеть на себя цепи брака.
Последним надевала платье. Холодный шелк заструился по телу, облачённому в тонкую кружевную сорочку. Здесь не было понятия трусиков и лифчиков, только рубашки разных фасонов. Мне, как невесте, преподнесли тончайшую и длиной только до середины бедра. Она завораживала, даже мой искушённый ум современной девушки. Платье же было просто невероятным. Модистка расстаралась, это было видно. Белоснежный лиф украшали вышитые алые розы, украшенные каплями бриллиантов. Корсаж плавно перетекал из белого в алый, крепко сдерживая атласными лентами мою талию сзади. А подол, — я потрясённо погладила ткань, — спускался водопадом насыщенного алого цвета, напоминая распустившуюся розу.
Встав перед зеркалом, я даже не узнала Глорию. Волосы служанка завила у лица, оставив несколько прядок, а основную часть причудливо заколола серебряной шпилькой. На голове красовалась небольшая диадема, явно выданная во временное пользование, и алая фата. Не знаю, кто оплачивал мой свадебный наряд, но он точно отвалил немаленькую сумму. Одних только камней было больше сотни, а то и нескольких сотен. Всматриваясь в лицо, я поняла, что полностью скрыть следы истерики не получилось. Жаль, но что поделать, эмоции вещь коварная.
В дверь постучали, не давая налюбоваться вдоволь.
— Кто там? — громко крикнула я, поворачиваясь к двери.
Мышка проворно подскочила к ней и открыла, впуская слугу. Тот чинно поклонился и смущённо отвёл взгляд. Он прочистил горло и сказал:
— Госпожа, вас ожидают. Обряд начнётся с первыми лучами солнца.
Я резко обернулась к окну, времени практически не осталось. Подхватив пальцами подол, приподнимая его и открывая вид на алые туфли, последовала за слугой. Он вёл меня извилистыми коридорами, приччём я едва поспевала. Ноги так и норовили подкоситься, всё же не привыкла я бегать на каблуках.
Меня привели в храм, украшенный арками и колонами. Он, словно ажурная статуэтка, не вписывался в местный колорит. Слишком изящный и утончённый, в отличие от довольно грубого замка лорда Эдельвейса. На встречу никто не вышел, однако из храма слышалась тихая музыка и были слышны людские голоса. Слуга довёл меня до огромных дверей, он оставил меня в одиночестве. Меня пробрала дрожь, охватившее душу волнение заставляло крепко сжимать пальцы на алом подоле. Я выхожу замуж? Серьёзно? За совершенно нелюбимого человека, под давлением и из-за необходимости сбежать.
Вобрав побольше воздуха, сделала шаг вперёд. Двери плавно начали раскрываться, выпуская наружу дивную переливчатую песнь. Словно околдованная, я шагала по разбросанным лепесткам розы, вдоль рядов с гостями. Перед глазами был лишь алтарь, за которым в огромном окне поднималось солнце. Я даже жениха не сразу увидела, поглощённая невероятным зрелищем.
Рейдолир ждал вместе со жрецом в белой рясе, нетерпеливо поглядывая на дверь. Увидев меня, он замер, словно хищник, увидевший добычу. Черты его лица заострились, а серые глаза заблестели в свете восходящего солнца. Он протянул мне руку, как только я приблизилась. Я медленно вложила в неё свою ладонь, что почти утонула в крепком захвате. Подняв глаза на мужчину, вздрогнула от непомерной жадности, что мелькнула в глубине серых глаз. Однако это мимолётное виденье растворилось в привычной ледяной проруби презрения. Показалось, — выдохнула я и повернулась к жрецу.
— Итак, дети мои, — нарочито торжественно начал старик в белой рясе, возводя руки к небу. — Сегодня Создающий соединяет две души в одну, являя миру истинную любовь. Рейдолир из рода Невелиор, принимаешь ли ты эту деву себе в пару?
— Принимаю, — спокойно ответил мужчина, даже не задумываясь.
— Принимаешь ли ты, Глория из рода Эдельвейс, этого дракона себе в пару? — теперь высокопарный голос старика прозвучал в мою сторону.
— Принимаю. — Немного помешкав, я всё же кивнула.
— Сим я провозглашаю волю Создающего! — Жрец резко опустил руки, после чего из них хлынул поток золотых искр.
Магия, а это была именно она, окутала нас с Рейдолиром. Она тёплым покрывалом легла на плечи, подобно воде стекая к запястьям. Метка запульсировала, поглощая этот золотой свет, и я даже заметила такую же татуировку на мужском запястье. Волшебство продлилось недолго, после чего бесследно рассеялось, и мы утонули в поздравлениях. Я не успела прийти в себя, как дракон резко потянул меня в сторону выхода из храма. Нам вслед неслись голоса людей, что оставались в полной растерянности.
Оглянувшись, напоследок увидела полные зависти глаза мачехи и сестрицы. Они стояли в окружении неизвестных аристократов, и просто изнывали от обуревавшей их ярости. Глория оставила их в дураках, став супругой дракона и сбежав, избавившись от шанса стать разменной монетой в долгах папаши. Я злорадно ухмыльнулась, представляя, что же теперь ждёт Виолетту. Бедняжка даже не подозревает, что её жизнь может утратить блеск драгоценностей и балов.
Впрочем, меня это уже совершенно не волнует. У меня впереди насыщенная жизнь, в которой нет места прошлому. Я собираюсь смотреть лишь вперёд, и идти к своей мечте — стать настоящей спасительницей для рожениц и новорождённых детей.
Глава 18
Мужчина выволок меня на улицу, после чего стремительно отошёл и превратился в ящера. Чешуя замерцала в лучах утреннего солнца, что скользнули по телу дракона. Я на мгновенье зажмурилась, пытаясь прийти в себя после столь резкой смены обстановки. Однако времени на раздумья у меня не было — Рейдолир взлетел и на ходу схватил меня когтистыми лапами, рывками поднимаясь в небеса.
У меня перехватило дыхание от ужаса, стоило взглянуть вниз. Земля отдалялась, замок превращался в точку, как и леса вокруг него. Холод пробрался сквозь когтистые лапы дракона, сковывая меня и постепенно превращая в ледышку. Этот чёртов ящер даже не позаботился о моём комфорте! Он выволок меня, будто собачонку, и не спрашивая, потащил в небо! Злость пробиралась сквозь страх высоты и ледяные порывы ветра. Хотелось кричать и метать проклятья, посыпая ими голову несносного ящера.
Однако лапы дракона держали крепче стального капкана, и сколько бы я ни била по ним озябшими руками, результата не было. Мы летели сквозь облака, мокрые и противные, в неизвестные дали. Моё шикарное платье промокло до нитки, и теперь облепило тело, причиняя дополнительный дискомфорт. Меня сотрясала дрожь, зубы стучали настолько сильно, что этот звук оглушал. Свист потоков ветра пробирал до костей, как и его ледяные касания.
Сил злиться уже не было, я лишь отчаянно молила о благоразумии драконистой туши. Неужели он таким изощрённым способом решил убить нас двоих? Сам ведь только недавно кричал, что смерть одного влечёт за собой кончину второго. А ведь у меня сейчас все шансы превратиться в кусок льда или серьёзно заболеть от переохлаждения. Обмякнув в лапах, я беспомощно смотрела на земли внизу. Будь я в других обстоятельствах, может, даже восхитилась их красотой. Одна извилистая река напоминала ленту, вьющуюся через лесной массив и берущую начало в далёких горах.
Сон подбирался незаметно, и я старательно гнала его прочь. Нельзя засыпать, никак нельзя. Уснуть сейчас равнялось смерти, эта мысль набатом звучала у меня в голове. Я изо всех сил держала глаза открытыми, отчаянно зевая. Глория вновь шептала молитвы, даже не пытаясь выйти со мной на связь. Ну и пусть, толку от её молитв неизвестному Создающему? Я сдалась, мир стремительно летел в темноту сна.
Сон продлился недолго. Меня разбудил потрескивающий звук огня, что пожирал поленья дров. Спасительное тепло мягко отогревало замёрзшее тело, лаская кожу тёплыми касаниями. Блаженно зажмурившись, потянулась к источнику живительного пламени. Послышался неодобрительный рокот, от которого волосы встали дыбом. Я резко открыла глаза, испуганно оглядываясь по сторонам. Твою ж… Я уставилась на драконью тушу, что лежала рядом, подставив гладкое брюхо, и мрачно смотрела на меня.
Рядом действительно горел костёр, наспех собранный в какой-то пещере. Каменный мешок напоминал огромный зал, и кучи горящих брёвен явно не хватало, чтобы отопить его полностью. Тепло, к которому я так тянулась, исходило от дракона. Рейдолир положил узкую морду на лапы, и всё так же продолжал смотреть на меня. Он даже не моргал! Я чуть отодвинулась, борясь с желанием сбежать куда подальше.
Сглотнув, решила отползти ближе к костру. Близость огнедышащего ящера пугала, как и его истинная сущность. Вот зачем он меня утащил прямо после церемонии? Почему не дал собраться и надеть более тёплые вещи, раз собирался тащить по небу? Меня пробирала злость, смешанная со страхом. Я боялась высказывать всё, что копилось внутри. Ругательства стояли в горле и не желали выливаться в мир, как бывало в прошлом. Этот противник был мне не по зубам, да и теперь от него зависела моя жизнь на ближайшие пять лет. Поэтому я протяжно вздохнула и опустила плечи, смиряясь с зависимым положением. Ненавижу этот брак и ящера, что его организовал.