Варриос остался позади, чуть хмурясь и строго глядя на мага. Похоже, дворецкому тот тоже не нравился. Я быстро прошла мимо Корлиса, стараясь не зацепить его даже кончиком подола. За спиной послышался хмык, принадлежащий мужчине, а после загудел магический заслон. Я резко обернулась и смогла заметить, как дыра в барьере с треском затянулась. Передёрнув плечами, сделала ещё несколько шагов и остановилась в ожидании.
В воздухе ощущалось напряжение, он словно тихо гудел и постанывал от сдерживающих охранных чар. Сзади послышались шаги, а после маг встал совсем рядом. От его близости хотелось отскочить, и я с трудом поборола столь постыдное желание. Я ведь не трусиха, так чего трясусь, и сердце стучит как ненормальное? Усилием воли подавила в себе зарождающуюся злость и посмотрела в лицо Корлису. Тот был спокоен как удав, с азартом глядя на меня и обворожительно улыбаясь. Как же мне хотелось содрать с его физиономии эту маску ловеласа! Но нельзя, не сейчас, сначала нужно вытянуть нужные мне знания.
— Начнём? — предложил маг, подавая мне руку.
— Да, учитель, — я слабо кивнула, игнорируя протянутую ладонь. — С чего начнём?
— Пожалуй, с самого простого. Зажги огненный шар, — почти не раздумывая, ответил Корлис. — Закрой глаза и представь, как по твоим рукам течёт пламя. Оно горячее, но не обжигает, скапливаясь на кончиках пальцев. Пламя текучее, словно река, закручивается в шар и поднимается в воздух.
Я последовала словам учителя, послушно закрывая глаза. Они и так продолжали печь, так что я даже вздохнула с облегчением. Пытаясь призвать магию, старательно представляла, как она бежит подобно крови по венам. Жар в теле точно появился, но особой силы в нём не ощущалось. Чуть нахмурившись, стала крутить в голове картинку, как всё должно было происходить. На своё воображение я никогда не жаловалась, поэтому на мгновенье показалось, что магия отозвалась.
Нет. Приоткрыв один глаз, я убедилась, что всё ещё просто стою с протянутыми вперёд руками. Заскрипев зубами, напряглась и вновь пошла по новому кругу.
«Давай же, магия, хватит спать»— гневно крикнула вглубь себя, изо всех сил жмурясь.
— Расслабься, дорогая ученица, — мурлыкнул Корлис, и я ощутила, как меня окутал шлейф его одеколона. Мужская рука провела по моему запястью, на котором виднелся край метки. — Ты не должна напрягаться, используя магию. Позволь ей течь по твоему телу, без всяких приказов или преград…
— Уберите руки, — не открывая глаз, прошипела я. Наглая чужая конечность не прекратила поглаживать кожу на запястье, а лишь на секунду замерла. — Немедленно!
Яркая, резка вспышка гнева разорвала меня изнутри. Порыв силы больно обжёг пальцы, когда обжигающее пламя сорвалось с них. Распахнув глаза, я уставилась на охваченного огнём мага. Вторя клокочущей внутри меня злости, магия всё сильнее разгоралась. Глория говорила, что может только лечить, но сейчас я видела совершенно другую картину. Корлис довольно ухмылялся, легко гася своей силой мой огонь.
— Зачем же так резко, — нагло произнёс этот нахал, со снисхождением глядя на меня. — Ты могла навредить себе, так что, не позволяй эмоция брать верх. Это первое правило использования магии, советую запомнить на всю жизнь.
— Да, учитель, — едва сдерживая гнев, ответила я. Как же мне хотелось, чтобы пламя продолжало гореть!
— Продолжим наш урок, — хлопнул мужчина в ладони. — Сосредоточься и создай огненный шар.
Выдохнув сквозь сжатые зубы, прикрыла глаза. Чтоб ему пусто было, нужно создать этот чёртов шар. Я не понимала, почему мы делаем именно это, если я изначально собиралась учиться лечению. Меня не интересовали боевые заклятья, поскольку воевать я точно не собиралась. Мой удел — исцелять, а не калечить. Но внутри словно кто-то требовал продолжать, распаляя спавший до сих пор азарт. Уверенная в целительских способностях, ещё и не самых сильных, я с удивлением отнеслась к новым силам.
Шар получился с пятой попытки. Меня заметно пошатывало, тело горело и будто тянуло к земле. Однако я справилась и даже заслужила очередную похвалу от Корлиса. Только вот прежней радости не чувствовалось, лишь желание поскорее лечь в кровать. Зато маг заметно воодушевился, его лицо просияло, как новая монета.
— Теперь повтори эти чары пять раз, — распорядился Корлис, отчего я заскрипела зубами.
Вдавив пятки в песчаную землю, подавила появившийся в голове шум. Полигон перед глазами заплясал, закручиваясь, но я лишь сильнее сжала зубы. Перенапряжение, которое я встречала при лечении, отличалось от того, что происходило сейчас. Едва заметно, но я смогла уловить разницу. Жар опалил тело, и я не смогла сдержать слабый стон. Спину прострелила боль, после чего я рухнула на колени. Лишь чудом успела выставить вперёд руки, иначе ударилась бы ещё и лицом об землю.
Затуманенным сознанием, успела услышать испуганный вскрик мага. Судя по шуму, порывающемуся сквозь оглушающий стук моего сердца, он бросился ко мне. Мужские руки подхватили меня, поднимая в воздух. Корлис стремительно зашагал в сторону выхода из полигона, на ходу бормоча что-то невнятное. Меня скручивало от резких приступов боли, что буквально пронзали все тело.
Рот наполнился чем-то вязким, с металлическим привкусом. Искусанные губы кривились, от сдерживаемого крика. Перед закрытыми глазами вспыхивали фейерверки, словно я долго смотрела на солнце без очков. Тряска прибавляла неприятных ощущений, как и крики, раздающиеся со всех сторон. Я не различала голоса и слова, они напоминали гул. Руки сменились мягкой постелью, и я тут же свернулась калачиком. Жар сменялся ледяным холодом, и так по кругу. Меня бил озноб, а на лбу выступил пот. Хотелось сжаться, исчезнуть, сделать хоть что-нибудь, лишь бы эта боль ушла.
Темнота наступила резко, будто меня окунули в колодец мрака. Я протяжно застонала, ощущая, как все чувства испаряются и боль отступает. Беспамятство приняло меня в ласковые объятия, погружая спасительное забвенье.
Эпилог
Рейдолир Невелиорский
С самого утра я ощущал неясную тревогу, что усиливалась с каждой прожитой минутой. Бои на плато не прекращались, эти синекожие твари давали время лишь на короткие передышки и вновь шли ордой в бой. Люди, вояки, прошедшие не одно сражение под моим командованием, стремительно теряли силы. Казалось, гоблины успели наплодить сотни тысяч, за те несчастные несколько дней спокойствия.
Вот и сейчас я сжигал десятки противников, выдыхая ледяное пламя. Крылья дрожали от нагрузки, ветер больно хлестал по чешуе и морде. Взлетая ввысь, к самым облакам, я стремительно нырял в самую гущу сражения. В крови бурлил дикий коктейль из азарта, тревоги и магии. Из пасти то и дело вырывался громогласный рёв, сотрясающий снежные верхушки гор.
Тонкая нить связи с истинной парой изредка поддёргивалась, намекая, что никуда не делась. Эта несносная девчонка вела себя довольно тихо, по крайней мере, в этот раз ещё не пыталась нас убить. Перед глазами промелькнуло воспоминание, в котором моя «жена» впервые улыбнулась. От боли и гнева защемило сердце, идя трещинами там, где я долгие годы выстраивал железный барьер. Слишком похожа, чересчур самовольна и напориста. Прямо как она…
Я гневно заревел, обращая последних гоблинов в ледяные статуи, и довольно выдохнул синим пламенем. Наконец-то бой закончился, можно было возвращаться в лагерь и обсудить обстановку. Заняться делом, лишь бы не вспоминать то, что так стремился забыть. Я знал, что воины последуют за мной, поэтому просто развернулся в небе и полетел в сторону палаточного лагеря.
Потоки ветра привычно ложились под кожаные крылья, ласкали брюхо, покрытое нежной белой чешуёй, и касались морды. В бою он казался диким и непредсказуемым, вечный собрат и друг, но стоило мне вернуться к спокойному полёту — как он тоже прекращал буйствовать. Внезапно нить, соединяющая нас с Глорией, натянулась, будто тетива лука. Связь между нашими душами затрещала, оглушая вспышкой боли. Я заревел, на мгновенье теряя управление над телом, и начал падать. У самой земли смог побороть невероятную тяжесть в теле и выровнять полёт, подхватывая ускользающий поток воздуха.
«Что она опять натворила?»— зло подумал я, стараясь нащупать через связь чужие эмоции.
Душа рвалась на части, ощущая, как истончается нить истинной пары. Моментально сменил курс, стрелой направляясь в сторону родного замка. Только бы успеть, — лихорадочно билось в голове, заглушая все прочие мысли. Никогда прежде я не летал так быстро, но казалось, что всё равно недостаточно.
В прошлые разы метка вела себя куда спокойнее, просто передавая истощение магических сил. Опасно — да, но не так смертельно, как я вдалбливал в голову смертной девчонки. Теперь же над нами нависла тень Разрушающей, что уже занесла свою косу. Покровительница с благодарностью принимала от меня подношения, но, уверен, с такой же радостью приняла бы и мою душу.
Когда шпили замка показались на горизонте, я не смог сдержать облегчённый вздох. Последние минуты превратились в вечность, однако я всё же рухнул на большой каменный балкон. Замок, подобно живому существу, передал мне всеобщую панику. Идя по коридорам, хотя я скорее бежал, не повстречал ни единого слуги.
В комнате Глории и возле неё столпились все слуги. Услышав мои шаги, они испугано отпряли от дверного проёма и пропустили внутрь. Зайдя, я первым делом увидел Варриоса и заносчивого мага, который нервно ходил из одного угла в другой. С моим появлением он замер, заметно побледнев, и метнул взгляд в сторону большой кровати. Там на белоснежных простынях, металась в горячке Глория.
Её светлая кожа раскраснелась и покрылась потом. Волосы тёплого оттенка шоколада разметались по подушке, и сейчас больше напоминали слипшиеся сосульки. Лицо искривила гримаса боли, несмотря на то, что девушка спала. Не теряя времени, подошёл к ней, прикладывая ладони на обжигающий лоб. Магия бунтовала, отказываясь подчиняться, и я с трудом смог влить каплю силы.