Наконец я достиг, как мне показалось, дальней оконечности этого пространства и замедлил ход, когда очутился перед подъёмом. Лестницы не было, вверх вело скорее нечто наподобие крутого трапа. Наведенные на меня чары и повеление Урсиллы заставляли меня взбираться всё выше и выше сквозь непроглядную темноту.
Однако чем дальше я удалялся от странного места Силы, тем легче становилась ноша, взваленная на меня. Я, конечно, не мог до конца освободиться от насильно вложенного в меня повеления, нет, наверное, для этого следовало обладать великим магическим даром. Неизвестно, можно ли было от него вообще освободиться, ибо руководили им тайные знания, забытые давным–давно, в незапамятные времена.
Но я снова обрёл способность мыслить и теперь надеялся придумать что–нибудь такое, что свело бы на нет намерения Урсиллы.
Маловероятно, что я окажусь в Главной Башне или где–то поблизости от Кар До Прана. Я был уверен, что сейчас бояться Могхуса не нужно. Но что стояло за повелением Урсиллы? Не мешало бы накопить силы к тому времени, когда придётся встретиться лицом к лицу с откровенно враждебными действиями.
Всё выше и выше поднимался я… Как долго мы пробыли в подземелье Древних Сил? Сколько времени заняло моё возвращение в мир живых? Вокруг стояла сплошная тьма и впереди лежал путь, которому, казалось, не было конца и края.
Потом… я разглядел далеко впереди какое–то тусклое свечение, словно то мерцала одинокая звезда в ночном небе. Неужели конец? Воодушевлённый надеждой, я увеличил скорость, хотя каждый шаг и без того давался с большим трудом.
Слабо мерцавший огонек становился всё ярче. Но ничто не обещало ни солнца, ни даже дня. Я мечтал хотя бы выбраться наружу. И наконец заставил измученное тело леопарда сделать последнее усилие… И оказался на возвышении… В сумерках…
Вокруг меня тянулись холмы. Неподалёку я заметил обработанные камни. Скорее всего, я очутился рядом с каким–нибудь старым и заброшенным замком или Большой Башней. Я огляделся вокруг и увидел отверстие, через которое выбрался наружу. Это была просто тёмная нора в одном из холмов, ничего больше.
Однако некогда было осматриваться по сторонам. Меня снова подстёгивал невидимый хлыст. Я должен был следовать всё той же предначертанной стезёй до тех пор, пока не найду того, без кого Урсилла не может завершить своё колдовство.
Это был человек… где–то… Урсилла, должно быть, нарочно подстроила так… Я не знал ни его имени, ни наружности. Но повеление неумолимо заставляло меня идти к нему. Потом… Я должен буду вернуться вместе с ним.
И точно так же, как человек внутри леопарда сопротивлялся, когда Урсилла закричала «Убей!», а мой враг, Могхус, стоял напротив меня, теперь всё повторилось. Всем своим существом человека и леопарда я восстал против чар Мудрой Женщины. Но и это ещё не всё. Инстинкты или родственное им звериное чутьё, которое я обрёл за время борьбы с самим собой, превратившись в Оборотня, подсказывали мне, предупреждали, что нельзя растрачивать собственные силы до тех пор, пока не пробьёт решающий час.
Приближалась ночь.
Я рыскал по окрестностям, меня вело повеление Урсиллы, как будто я шёл по горячему следу. По краю гряды холмов выросла кромка леса, но я не узнавал пейзажа, хотя иногда мне казалось, что я двигаюсь к востоку от того места, где выбрался из подземелья.
Холмы остались позади, и я оказался в лесу. Было очень тихо. Странное безмолвие царило вокруг. Ни шороха, ни шелеста — всё живое как будто вымерло.
Я добрался до ручья и с жадностью напился, лакая воду до тех пор, пока не почувствовал, что из горла исчезла пыль подземелья, но голода не испытывал, поэтому не нужно было охотиться. В небе появился тоненький полумесяц. И мне стало понятно, что мы пробыли под землёй намного дольше, чем я предполагал.
Было темно, но леопард отлично ориентировался в темноте, благодаря своему исключительно острому зрению. Дважды я миновал места, где ощущался запах Тени. Я издавал рык, охваченный страхом и ненавистью.
Мне было неизвестно, какая угроза таится в них, но я бессознательно избегал опасности. У меня не было ни времени, ни желания знакомиться с ними поближе. Однако меня страшила сама мысль, что в лесу есть такие места.
Я не догадывался, куда иду, до тех пор, пока не добрался до реки. В Главную Башню! Но к кому тянула меня неведомая сила? К Могхусу? К Леди Элдрис? К Тейни? Я не испытывал любви ни к одному из них. Придётся либо сражаться до последнего, либо умереть… Но леопард останется в живых!
Но перепрыгивая с камня на камень, я вдруг понял, что направляюсь вовсе не в Главную Башню. Урсилла послала меня… Я догадался…
Звёздная Башня!
Мудрой Женщине стало известно — возможно, она узнала об этом при помощи колдовства, — что обитатели Башни помогли мне убежать от неё… Неужели она хочет отомстить?
Я попытался бороться с волей Урсиллы. О, как бы я желал, чтобы человек во мне возобладал над телом леопарда! Но всё было безуспешно. Пробираясь в ночи и направляясь прямиком к тем, кому я меньше всего желал причинить вред, я зарычал от собственной беспомощности. Мой страх предать обитателей Звёздной Башни был так велик, что окажись на моём пути Могхус, я без колебаний бросился бы на его меч.
Может быть, я сумею обратиться к ним хотя бы мысленно? Мне не были известны тонкости мысленного общения, но я надеялся на то, что защита, установленная их Силой, отзовётся на опасность и предупредит людей, которые были добры ко мне.
Неожиданно, словно удар меча, пришёл ответ:
«Мы всё знаем».
Снежный барс! Точно так же, без слов, как он разговаривал со мной раньше, Оборотень общался со мной и на этот раз.
«Убей меня!» — взмолился я. Уж лучше лежать мёртвым, чем принимать участие в коварных замыслах Урсиллы. Я знал, что должен вернуться в подземелье с тем человеком, которого выбрала Мудрая Женщина. Об остальном я мог лишь догадываться.
«Иди к нам…»
На этот раз мне ответил не снежный барс. Говорила женщина из Звёздной Башни. Но ведь она не должна впускать меня!.. Нужно во что бы то ни стало передать, что я несу с собой опасность. Урсилла могла управлять мною сейчас, и я не знал, насколько сильно её влияние. Однако я боялся, что то могущество, которое она разбудила от векового сна в подземелье, сильнее во сто крат и непривычнее всего чародейства, известного ныне на земле Арвона. И сомневался в том, что обитатели Звёздной Башни сумеют обезопасить себя от неведомого противника.
Но вот передо мной уже раскинулся сад и показалась сама Звёздная Башня. Я не мог надышаться терпким ароматом трав. И всё ещё медлил, ожидая увидеть впереди защитную стену, але заметную дымку, которая не пропускала меня раньше. Возможно, она устоит против чар…
Но никакой преграды не было. Ана тропинке стояли все трое моих знакомых, словно приветствуя меня. Я боролся с собственным телом — мне хотелось остановиться подальше от них. Теперь я знал, за кем явился… За Лунной Девой!
«Убейте меня!» — мысленно молил я. Никакой надежды спастись не оставалось. Лучше умереть здесь и сейчас! Иначе некое зло, имени которого я не знаю и о котором даже боюсь думать, завладеет этой девушкой… а может быть, и всеми остальными… Но она погибнет в любом случае…
Но никто из троих не отпрянул в испуге при моём появлении, а снежный барс–Оборотень не внял моей мольбе. Они были одеты так же, как и тогда, когда помогали мне своей Силой в комнате Урсиллы в Главной Башне. И высоко держали свои символы Власти. Женщина — ветвь с единственным зелёным листком на острие. Девушка — шест, увитый лунными цветами. Мужчина — меч. Это клинок нужно направить на меня, в моё сердце или горло, пока ещё не поздно!
Я зарычал, моя шерсть встала дыбом. Почему они не видят во мне врага? Ведь меня послали к ним, чтобы принести несчастье, а они даже не двигаются с места…
Женщина первой направила свой жезл в мою сторону. Может, ей удастся уничтожить меня… Но вместо этого в моё сознание влился приятный запах трав — и он развеял страх, разгладил вздыбленную шерсть. Я лёг на землю.
Повеление, которое насильно вселила в меня Урсилла, куда–то отступало, исчезало…
«Вы рискуете жизнью, во мне — опасность…» — подумал я, хотя и не надеялся, что меня услышат все трое. Я думал, что хотя бы Оборотень узнает о том, что над ними нависла угроза.
«Знаем… мы всё видели…»
Ответ прозвучал в моём сознании вполне отчётливо. Мне не терпелось спросить, каким образом им удалось разузнать обо всём. По всей вероятности, у них имелись свои способы читать заговоры, направленные против них.
«Мне повелели забрать… её!»
Я снова предупреждал их. Теперь–то они должны наконец понять, что колдовство Урсиллы не оставляет за мной права выбора. Либо я забираю с собой в подземелье Лунную Деву, либо мне суждено умереть. Я бы предпочёл второе.
«Не тревожься ни о чём, — последовал ответ Оборотня. — Мы прочитали по воде, по звёздам, по пламени — и узнали предначертанное. Судьба благоприятствует и нам, и тебе. Мы не можем вернуть Равновесие до тех пор, пока не встретимся с колдуньей из Кар До Прауна. Вот что нам стало известно».
Они приветливо смотрели на меня, все трое.
«Есть время Меча, — продолжал снежный барс. — И есть время Топора. Это времена Человека. Существует также время Ветра и время Звёзд — это времена Великих Лордов и Голосов. Но есть и время Оборотней и время Магических Чар — они охраняют нас».
Я не совсем понял то, что сказал Оборотень. Но его слова о судьбе, расположенной к нам, удивили меня, хотя я не сомневался, что он говорит правду. Если снежный барс не принадлежит к Голосам, тогда он правит собственными Силами, в этом я был уверен. Потом в моё сознание вошли слова женщины:
«Земля и Воздух, Огонь и Вода… С Рассветом на Востоке, Белой Луной на Юге, Сумерками на Западе, Чёрной Полночью на Севере, по Закону Знаний, Закону Имён, Закону Равновесия — так мы движемся».
Её слова проникали в меня, но я не понимал их и только недоумевал, слушая плавную речь. Тем временем Лунная Дева отделилась от остальных и начала приближаться ко мне. Она положила руку мне на лоб, как тогда, когда говорила, что сущест