Это всё была такая чушь. Эти люди не хотели, чтобы им помогли стать сильнее. Они хотели, чтобы сильные пришли и решили все их проблемы. А я не был ни разу добрым самаритянином, чтобы спасать тех, кто этого не хочет.
Пусть поработают по-настоящему, возможно впервые с момента своего рождения, чтобы защитить мирных жителей. Пусть хотя бы так покажут свою полезность. И возможно, тогда я найду в себе частичку сострадания.
А пока что для меня эти апатичные и тупые бараны были не более, чем бесполезным балластом. Ведь у меня так-то были свои планы и свои амбиции, в отличие от планов и амбиций Кримзона никак не связанные с управлением страной или налаживании политической системы.
В итоге, после того, как мы получили информацию о вторжении и собрались меньше чем за час, навстречу армиям Палемской империи выдвинулись шестьдесят шесть человек, считая меня и новобранцев из призывного пункта. Против, по докладам, двадцатитысячной армии.
И всё время, что мы бежали вперёд, с моего лица не пропадала довольная улыбка.
Армия Палема, жди меня!
Глава 11
Единственным нашим преимуществом, о котором я мог подумать, была внезапность. Эффект неожиданности, способный, на самом деле, очень на многое, если судить по моему опыту уличных драк.
Сейчас ситуация была совершенно иной, разумеется. Вместо улицы широкая степь с узкой, всего около сотни метров, лесополосой по одной стороне. Вместо агрессивного бугая двадцать тысяч человек, стройным маршем широким шагом идущие по этой степи. А вместо меня, мелкого пацана ростом метр с кепкой, пятиметровая когтистая-клыкастая туша в окружении небольшого, но реально мощного отряда.
Мы собирались напасть как раз из-за этой лесополосы. Правда, пока что сидели посреди другой степи, более чем в пяти километрах от проходящей мимо армии. Нельзя было позволить учуять нас поглотителям. А мне ещё предстояло составить план атаки.
Чёрт, как будто у меня был опыт реальных боевых действий и противостояния целым армиям. Не было, разумеется.
Но я всегда придерживался мнения, что сражение войск вполне можно сравнить с обычным кулачным боем. Отдельные отряды и объединения — это кулаки. Выставленные щиты — это блоки. Манёвры — перемещения и увороты.
Разумеется, при такой аналогии выходило, что сражаются какие-то жуткие осьминоги. Но, с другой стороны, почему бы и нет? Осьминог, человек или армия, победа в любом случае была возможно только тремя способами.
Первый — выиграть по очкам. Обменять условную тысячу своих воинов на полторы тысячи воинов соперника, заставить его осознать, что победы ему не видать.
Второй — вымотать. Наносить удар за ударом по корпусу, плечам, флангам и тылам, оставляя синяки и разрывая вражеское войско в труху.
В процессе ты мог понести даже больший урон, чем твой противник. Но тут было важно то, кто дольше продержится на ногах. И если это будешь ты — значит именно ты победил.
И третий — нокаут. Отправить противника в отключку точным ударом в челюсть, заставить армию потерять саму возможность сражаться, обезглавив её, убив её генерала.
Чисто теоретически, нам подходили все три варианта. В бой должны были пойти лишь одарённые пятых и шестых ступеней, достаточно крепкие, чтобы выдержать любой из предложенных мной планов.
Да, сохранить наверняка удастся далеко не всех. Но мы могли и разменивать свои силы на вражеские, пусть и с невероятным коэффициентом, и партизанскими атаками постепенно изматывать врага, и даже ударить по его штабу.
Однако последний вариант, разумеется, нравился мне больше всех остальных.
— Значит так. Маги проложат нам путь через первые линии войск. Мы сейчас сбоку и они не ожидают нашего появления. Подготовьтесь и жахните сильнейшими заклинаниями, какими сможете, распределив между собой ближнюю, среднюю и дальнюю дистанцию, чтобы максимально эффективно использовать силы. Потом отступайте, у нас нет цели положить их всех тут или полечь самим. А я с бойцами тем временем прорвусь через образовавшуюся брешь и постараюсь добраться до генерала. План достаточно простой, но особых манёвров с таким составом не покрутишь, так что, надеюсь, вы все выложитесь на полную и компенсируете малое количество качеством. Я рассчитываю на всех вас.
Пара одарённых осталась с новобранцами. По-хорошему их в принципе не стоило брать с собой, но я захотел узнать, кто из них просто делает вид, что хочет чего-то достичь, а кому это действительно нужно и он готов ради этого терпеть даже такое дерьмо.
Так что, хотя в бою они и не должны были участвовать, по плану им предстояло подойти к самой окраине леса и наблюдать за происходящим, пока старшие и опытные защищают их от возможных нападений имперцев и поглотителей.
Остальные же, организовавшись в несколько групп, за пару минут обсудив распределение ролей и получив моё одобрение, построились в подобие боевого порядка. Я встал в середине строя, между магами, которые должны были нанести удар и тут же разбежаться по сторонам обратно в лес, и бойцами, которым следом за мной предстояло прорваться в сердце вражеского войска.
— Вперёд, — низко пророкотал я, подгоняя всех эфирной силой ядра Дара.
И колонна из сорока девяти одарённых, в большинстве своём шестых ступеней, устремилась на армию имперцев.
Уже издали я смог примерно оценить силу войска, с которым нам предстояло сразиться. И то, что я увидел, вполне можно было назвать удачей.
В середине и чуть ближе к тылу ярко горела аура восьмой ступени и рядом с ней четыре или пять седьмых. Командование, этих я собирался взять на себя.
Также и вокруг ставки командования, и относительно равномерно по войску были распределены ауры шестых ступеней. Сосчитать точно я бы не взялся, но, думаю, их было около сотни. Пятые, четвёртые и третьи сливались в единую мешанину, так что точно определить, сколько и кого, было сложно.
Но, если ориентироваться только на сильнейших одарённых, у войска имперцев было не такое уж и большое преимущество перед нами. Разумеется, так делать ни в коем случае не стоило.
Но нашей целью и не было победить прямо здесь и сейчас. Наоборот, это было бы даже нежелательно. Если бы войско палемцев оказалось разбито тут же на месте и вынуждено было вернуться обратно на свою территорию, шанс, что меня оставят на этом фронте, стал бы куда меньше.
Времени, которое имперцам потребовалось бы на перегруппировку, Кримзону тоже вполне хватило бы на то, чтобы отозвать более лояльный и проверенный столп и поменять меня с ним местами.
Так что да, нашей целью было как можно сильнее потрепать армию империи, но затем отступить и позволить им двигаться дальше по землям Золлы. Всё равно в этих наполовину выжженных вечным палящим солнцем степях ещё на сто с лишним километров не было ни единой деревни.
Собственно, именно поэтому я решил ударить во фланг, а не в тыл, хотя и такое, наверное, было возможно.
Заметили нас сильно заранее, ещё до того, как мы добрались до лесополосы. Однако скорость, с которой мы двигались, а также неповоротливость огромного войска, даже состоящего не из обычных людей, а из одарённых, сыграли свои роли.
Маги активировали свои заклинания ещё под прикрытием деревьев. Мощи магии пятнадцати стихийников шестых ступеней какой-то там лесочек был совершенно ни по чём.
И когда я, оторвавшись от следовавших за мной по пятам бойцов, врубился в толпу солдат, вокруг уже полыхал ад.
В отличие от битвы с Кантарикой, сейчас маги не старались сконцентрировать свои удары в одной точке. Против толп относительно слабых противников куда эффективней был стиль ковровой бомбардировки.
Огненный, молниеносный, ледяной, каменный и стальной дожди обрушились на ряды имперцев. Из земли под их ногами выскакивали древесные корни, обвивали тела и ломали кости. А передо мной, словно два стенобитных тарана, неслись двадцатиметровые горизонтальные торнадо, раскидывавшие всех вокруг будто мусор.
Однако настолько рассредоточенный огонь имел и свои минусы. И самым очевидным было то, что даже более слабые маги могли от него защититься, сконцентрировав уже свою магию.
Так что, хотя удар моих ребят покрыл где-то в районе одной десятой всей площади, занимаемой армией, умерло от этой атаки далеко не десять процентов войска. Три, четыре, в лучшем случае пять, но и это вряд ли.
Тем не менее, это всё равно были сотни человек. Сотни человек, умерших за несколько секунд, сожжённые, превращённые в ледышки, расплющенные и пронзённые.
Запах крови и палёной плоти резко ударил в нос, однако произошедшие с моим телом изменения сыграли свою роль. Вместо того, что стоило бы ожидать в такой момент от человека, впервые попавшего на поле боя, увидевшего и ощутившего подобное — паники и рвоты, я почувствовал, как рот наполняется слюной.
Мозг понимал, что это совершенно, абсолютно, максимально нездоровая херь. Однако в тот же момент этот же самый мозг заставлял глаза лихорадочно рыскать по сторонам, высматривая потенциальные блюда для моего пира.
И отказать себе по крайней мере в части этого удовольствия я не то, что не мог, не имел на это права.
Меня интересовали два вида мяса. Мясо поглотителей, которых я совершенно отчётливо чуял в толпе благодаря мерзкому чувству родства. И мясо героев, которых я после становления Нейрагу научился с горем пополам определять по неопределённому ощущению чуждости, что они во мне вызывали.
Ману копить мне смысла особо не было, а вот межмировая энергия и СИЛА «сердец» — совершенно другой вопрос. И их мне было необходимо собирать даже не для того, чтобы расти, а чтобы иметь возможность противостоять священникам из церкви империи, способных своей магией контролировать поглотителей.
Моя сила состояла из разных факторов.
Во-первых, было ядро Дара, не только предоставившая способность контроля энергий, но и значительно поднявшее мои физические возможности.
Во-вторых, была энергия монстров, которую я поглощал и разгонял по телу тренировками и которая превратила меня в итоге в огромного оборотня.