Пойманный мной и отданный Тириану в качестве подопытной крысы, парнишка за эти месяцы прошёл через все круги ада и растерял всякую волю к сопротивлению. Теперь он выполнял роль помощника нашего безумного учёного, вымуштрованный до такой степени, что даже моргать не смел, если Тириан ему не разрешал. Бедолага, конечно, но он сам был виноват.
За то время, что я был девятым генералом во фракции Первого стража форпоста, круг моих ближайших подчинённых пополнился ещё тремя именами.
Дагьяна, неунывающая воительница, не обладавшая какой-то особо выдающейся силой, но заслужившая моё признание тем, что оставалась на моей стороне с первой встречи и до сих пор, ни разу не усомнившись в своём решении.
Сколь, маг земли, изначально, до того, как я освоил магию мана-платформ, выполнявший роль моей «опоры», создавая под моими шагами твёрдые участки почвы, чтобы я не проваливался. Относившийся ко мне с какой-то фанатичной преданностью, после участия во множестве сражений на фронте Золлы он избавился от своего главного недостатка — неуверенности в себе. В результате чего был вместе с Исмой и Шиито назначен на должность моего адъютанта.
Зайву, гениальному парню, самостоятельно разработавшему магию «исцеления силы», я решил помочь, узнав о его невесёлой истории. Меня по-настоящему восхищало то, как он шёл вперёд, несмотря на насмешки и полное отсутствие веры в него со стороны семьи. И я ни секунды не сомневался в том, что, получив настоящую поддержку, он сможет в будущем добиться поразительных успехов.
Последними из присоединившихся к нашей разномастной компании стали, разумеется, Рей с Дьюллой. Из-за того, что к моменту попадания в Золлу я уже имел глобальные планы, тратя на их претворение в жизнь почти всё своё время, никаких новых близких знакомств с обычными людьми у меня завести не получилось. Но пара Майигу, в итоге присягнувшая мне на верность, была, разумеется, совершенно другим делом.
Итого чёртова дюжина разномастных персонажей, спустя неделю после установления паритета между Золлой и Палемской империей подошедшая к стенам Оплота Пяти Великих.
Руби с нами уже не было. Я отпустил её в самой глубокой части кряжа, чтобы постоянно находившаяся рядом со мной с самого рождения лиса всё-таки научилась охотиться и жить самостоятельно.
Если ей не встретится какой-нибудь относительно старый и опытный Майигу, жизни Руби ничто угрожать не будет. А пара-тройка опасных ситуаций были бы для неё даже полезны.
В город нас пустили безо всяких проблем. И меня, объявленного в розыск, и гражданина Палемской империи Рея, и не имевшую никаких документов Лой, и даже Дьюллу, которая в принципе не была человеком. Перед иллюзиями ламии стражники, находившиеся на вторых-третьих ступенях были абсолютно беззащитны.
Наблюдая за окружающими меня одарёнными первых, вторых, третьих и очень редко четвёртых ступеней, в моём видении сливавшихся почти в единую бледно-бледно розовую массу, я едва мог поверить, что мне не мерещится.
Настолько долго варясь в сражениях на уровне седьмых-восьмых-девятых ступеней, боях с элитой человечества и встречах с богами, я напрочь отвык от подобных видов. Чувство было такое, будто я, вооружённый до зубов всеми видами самого современного оружия, попал в детский сад, где мелочь бегает с деревянными пестиками.
Эмоции были смешанные.
С одной стороны, разумеется, была гордость за себя. Может быть возможность для столь быстрого роста мне и предоставила «удачная» возможность в лице сожранного мной червя-поглотителя. Но воспользовался этой возможностью я сам, и достижение такой высоты было полностью моей заслугой.
Но с другой было разочарование и досада. Неужели именно от этого вот недоразумения я ещё недавно убегал, опасаясь за свою жизнь и волнуясь, что не смогу защитить от них небезразличных мне людей? Это было даже не обидно, это было унизительно.
Впрочем, устраивать геноцид или творить ещё какую хрень на эмоциях я, разумеется, не собирался. Как минимум потому, что девяносто девять и девять процентов людей вокруг меня не были ни в чём виноваты.
А ещё я не хотел раскрывать себя, пока не встречусь с Тизеном и Эллисой. Мне было бы неприятно, если бы воссоединение спустя почти год происходило под пристальным вниманием всех моих недоброжелателей.
К сожалению, была вероятность, что нас уже обнаружили. Всё-таки мы были на территории, принадлежащей богине Тхалсе. По идее она могла бы засечь трёх Майигу, несмотря даже на то, что мы с Реем и Дьюллой старательно подавляли свои ауры.
Однако наверняка сказать было нельзя. Хотя Тхалса и была владычицей этой земли, её сила, а значит и возможности, не шли ни в какое сравнение с силой и возможностями Золлы.
Да, власть над территорией давала прибавку ко всем характеристикам. Но если изначальные характеристики были невелики, то даже после умножения они не смогут взлететь к небесам. А чем меньше была сила бога, тем меньше был её прямой контроль над своими землями.
Впрочем, так или иначе, я собирался делать то, что запланировал. И если Тхалса будет достаточно умна, она не станет мне препятствовать. Сейчас моя сила на пике возможностей была сравнима с топ-сто существ мира.
Хотя этот мой рейтинг не учитывал усиление от контроля территорий, я вряд ли был значительно слабее покровительницы королевского клана. Тем более что на неё, в отличие от меня, действовало ограничение в виде правила невмешательства.
Так что бой со мной в любом случае был бы для Тхалсы крайне невыгоден. К ней самой и к её клану при этом у меня не было особых претензий. Да, они объявили меня в розыск, но, по сути, вполне оправдано, и я не собирался строить из себя обиженку.
Вопросики у меня имелись к Экандуге, Вирго и Самдалю, если последние двое вообще ещё оставались в Тхалсе. И, порешав их, а также закончив историю с Тизеном, я собирался мирно покинуть страну, чтобы уже никогда сюда не возвращаться.
Путь от Оплота до столицы в нанятых нами роскошных и невероятно удобных экипажах занял три дня. Мы, разумеется, могли бы преодолеть эту дистанцию и за несколько часов, но смысла в этом я не видел. Торопиться было некуда.
Добравшись до столицы в районе обеда, мы разместились в одном из лучших отелей, перекусили, а потом я взял с собой Исму и мы двинулись в сторону поместья Тизен.
К счастью, поместье всё ещё стояло на том же месте, отремонтированное после осады. И принадлежало, судя по знакомому лицу одного из двух стражников на воротах, всё ещё Эллисе.
Меня охрана не узнала, слишком недолго я пробыл в клане. А вот Исму, несмотря на десять месяцев отсутствия, опознали почти сразу.
— Исма, ты⁈ — со смесью удивления и непонимания воскликнул незнакомый мне стражник.
— Привет, Норг, — улыбнулась девушка. — Как дела?
— У меня-то в порядке, — отмахнулся стражник, — но тебе нельзя тут быть! Ты разыскиваешься по обвинению в пособничестве тому предателю и убийце Тиму! Не знаю, где ты пряталась эти месяцы, но поспеши вернуться туда!
— Ну вот, помогаешь им, а в итоге становишься предателем и убийцей, — улыбнулся я.
Глаза обоих стражников, повернувшиеся на меня, после секундной заминки почти синхронно полезли на лоб. Тот, лицо которого я помнил, хотя и напрочь забыл имя, попытался наставить на меня подрагивавшее в его руках копьё, но напарник, глянув на него, бешено затряс головой, подавая «тайные» сигналы к отступлению.
— Не волнуйтесь, я не собираюсь никого убивать или предавать, — поднял я руки в знак своих добрых намерений. — Если, конечно, меня беспрепятственно пропустят внутрь.
— У нас ведь всё равно нет иного выбора, да? — обречённым голосом переспросил знакомый Исмы по имени Норг.
— Никакого, — покачала головой моя спутница.
— Нам сообщить о вашем прибытии?
— Не утруждайтесь, я сам.
Эллиса в окружении нескольких старейшин сидела за большим столом в переговорной комнате, обсуждая, насколько я успел услышать, что-то связанное с поставками железа из рудников на юге страны. И хотя я не собирался принижать усилия юной баронессы по поддержанию жизнедеятельности клана, сейчас мне было совершенно не до того.
Проигнорировав вставшего мне навстречу слугу, стоящего у дверей, я шагнул вперёд и распахнул створки. Все разговоры тут же смолкли, комната на секунду погрузилась в полнейшую тишину, а затем в этой тишине раздалось четыре почти одинаковый шокированных возгласа: «ТЫ⁈» — и один радостный:
— Тим!
Честно сказать, я ожидал от Эллисы куда более холодного приёма. Всё-таки мы не клялись друг другу в вечной верности, не было предложения руки и сердца и даже самих отношений, по сути, не было. Около месяца мы были любовниками, а также использовали друг друга ради личных целей.
А под конец я и вовсе слинял, даже не повидавшись с ней напоследок, оставив девушке ворох проблем. Пусть, поступи я иначе, всё стало бы лишь хуже, это совершенно точно было не то поведение, которое я сам был бы готов признать достойным настоящего мужчины.
Да и было это всё уже почти год назад. Со мной за это время произошло столько всего, что, казалось, вообще в прошлой жизни. Да и у неё наверняка были свои дела и мысли.
В итоге, несмотря на то, что я никогда не отказывался от Эллисы и продолжал считать её своей женщиной, сейчас у меня была куда более крепкая связь с Рахирой, чем с ней. И я бы ни капельки не удивился, если бы она уже успела найти себе другого ухажёра и напрочь обо мне позабыть.
Тем не менее, вскочив со своего кресла, Эллиса бросилась ко мне и буквально повисла на шее. Обошлось без поцелуев, но крепкость её объятий довольно красноречиво свидетельствовала о том, насколько девушка рада меня видеть.
На душе тут же стало тепло и радостно. Оказывается, я и сам даже не представлял, как по ней соскучился.
Если бы наша встреча ограничилась официальным обменом любезностями, я не ощутил бы досады. Такова была жизнь и далеко не всегда даже лучшие отношения выдерживают проверку временем, что уж говорить о нашем мимолётном романе.