В открытую, разумеется, своих истинных мыслей никто из присутствовавших не проявлял. Но я мог очень отчётливо почувствовать в большинстве фальшь и либо напряжение, либо пренебрежение, направленные в мою сторону. Ну и ненависть на почве ревности тоже не стоило сбрасывать со счетов.
Того почтения, с которым со мной общались граф Сайлот или первый принц, не было ни в одном из них. И почти ни от кого я не ощущал той непосредственности, что привлекала и подкупала в Мо и Кассии.
Тем не менее, хотя внутри у этих людей кипели котлы из негативных эмоций, внешне они старались выглядеть максимально дружелюбными. Расспрашивали, как я попал в мир Драконьих Островов, что мне тут понравилось, просили прощения за то, что пытались поймать и убить.
О том, насколько может поменяться отношение общества, когда ты обретаешь власть, я знал не понаслышке. Но сейчас дело было не в моей личной силе, а в патронаже Кассия, изменившем ситуацию резко и на сто восемьдесят градусов.
Настолько резкая смена кровожадного оскала на дружелюбную улыбку, признаться, немного выбивала из колеи. К тому же я в принципе не горел желанием заводить какие-то связи.
Первым пяти-шести людям я старался отвечать насколько мог вежливо. Следующие пять получили уже более холодную и равнодушную реакцию. Ещё где-то десятку человек я просто кивал, либо отвечал что-то в духе: «Ага», «Нормально» или «Бывает».
Но когда заметил, что для того, чтобы поговорить со мной, начинает собираться настоящая очередь, не выдержал. Не попрощавшись с тем магом, с которым шёл пусть почти односторонний, но всё-таки диалог, я развернулся, подошёл к Мо, болтавшей о чём-то с Кассием, взял её под локоть, подхватил нас приказом фиксации и просто улетел прочь.
В спину мне полетели возгласы: «Подождите!» и «Куда же вы⁈» — но я не отреагировал. И судя по мощному, усиленному голосу Кассия: « Господа, оставим молодых наедине!» — старик решил мне помочь, так что никаких проблем не предвиделось.
— Честно говоря, я думала, что тебя не хватит так надолго, — хихикнула Мо, когда мы приземлились в километре от лестницы где-то между корнями огромного древа.
Впрочем, было видно, что она просто храбрится. Её наш поцелуй и всё, что происходило параллельно, явно выбило из колеи и, оказавшись со мной наедине, девушка растеряла по меньшей мере две трети былой уверенности.
— Я не против немного почесать языком, если от этого будет польза, — пожал я плечами, садясь на вздымающуюся из-под земли деревяшку. — Но всему должна быть мера.
— Прекрасно понимаю. Когда я была в училище при Драконьем Троне, тоже каждый день бегала от ухажёров.
— Что, много их было?
— Чересчур. К счастью, я была сильнее их всех и в крайнем случае могла просто вырубить самых наглых.
Я хмыкнул.
— Как ты вообще? Кассий сказал, что из-за превращения в пожирателя твоё состояние было, мягко говоря, дерьмовым.
— Да уж, — Мо тяжело вздохнула, садясь рядом со мной. — Я бесконечно благодарна тебе за то, что ты меня спас, не подумай. Но побочных эффектов оказалось куда больше, чем мы могли даже подумать.
— А что там было?
— Что-то вроде замкнутого круга саморазрушения. Пока ты поил меня своей кровью, моё состояние оставалось более-менее стабильным. Но чем больше я её пила, тем больше менялось моё тело. И, когда ты пропал, и снабжение твоей кровью прекратилось, у меня началось что-то вроде сильнейшего абстинентного синдрома. Драконье сердце продолжало слишком активно перетягивать на себя все питательные вещества организма, а достаточную порцию новых взять было неоткуда. Моё истощение, очень медленно шедшее все полгода, ускорилось в десятки раз. Где-то месяц я находилась на грани смерти и выкарабкалась лишь благодаря постоянному присмотру аж пяти крайне сильных целителей.
— Понятно…
Я понимал, что меня действительно не в чем обвинять. Как бы ни думал Кассий, превращение в пожирателя тогда было единственным доступным мне способом спасти Мо. И, какие бы ни были последствия, они стоили того.
Однако неприятное чувство на сердце от этого понимания не пропадало.
— А как ты?
— А что сейчас?
Мы раскрыли рты практически одновременно. Усмехнувшись, я начал первым.
— Да в принципе у меня за это время каких-то особых проблем не было. Попытались убить несколько раз, в том числе метеоритом, но это, честно говоря, уже как будто бы стало рутиной. Да и хорошего много чего произошло. Вот, обновку себе раздобыл, — я акцентным движением поддёрнул воротник плаща.
— Вижу. Тебе идёт. У меня сейчас состояние тоже более-менее стабильное. Самый кризис удалось пережить и дисбаланс между драконьим сердцем и остальным организмом выровнялся. Теперь оно по крайней мере меня не убивает. Мне, правда, теперь нужно ежедневно потреблять где-то двадцатикратную относительно обычных людей дозу питательных веществ, чтобы не впасть в кому. Но этот вопрос решаем специальными концентратами.
Она запустила руку куда-то во внутреннее пространство своего маскхалата и вытащила небольшой плоский прямоугольный тубус с отвинчивающейся крышечкой. Для демонстрации она отвинтила её и, запрокинув голову, сделала небольшой глоток, после чего скривилась, будто целый лимон за раз в рот закинула.
— Можно?
— Конечно.
Взяв тубус в руки, я поднёс горлышко к носу с любопытством принюхался. Пахло чем-то очень сладким, жирным, слегка кисленьким, а ещё ощущался отлично мне знакомый аромат крови.
Капнул немного густой и маслянистой, по консистенции похожей на дёготь, светло-розовой жидкости себе на палец и лизнул. Мне понравилось. Правда, вряд ли потому, что этот концентрат был реально вкусным.
Из-за того, что мои вкусовые рецепторы под воздействием генов поглотителей изменились вместе со всем организмом, теперь единственной пищей, которой я мог наслаждаться, было как раз мясо. А этот кисель был по вкусу на мясо очень похож.
Для обычных же людей это скорее всего была редкостная гадость. Что-то вроде говяжьего тар-тара, щедро облитого мёдом, пробитого в блендере и разведённого в оливковом масле.
Калорийность такой смеси наверняка пробивала потолок.
— И сколько таких тебе надо в день?
— Не меньше четырёх полных бутылей, — с горечью и отчаянием в голосе ответила девушка. — Это в плюс к обычной еде, которую тоже теперь приходится набирать огромными порциями. Я уже устала есть. Но, стоит хотя бы немного недобрать, как я тут же начинаю терять вес.
— Думаю, миллионы и миллионы девушек, услышав такое, захотели бы придушить тебя на месте, — рассмеялся я.
— Пусть попробуют хотя бы недельку так пожить, а потом поговорим! — в голосе Мо слышался праведный гнев.
— Ладно-ладно. Главное что с тобой всё в порядке. А со временем, уверен, вы с Кассием сможете придумать, как эту проблему решить.
— Надеюсь.
Мы замолчали. После столь эмоционального, страстного и даже сексуального воссоединения обоим как будто бы было неловко вот так просто сидеть и разговаривать о чём-то отвлечённом.
И вспоминать и упоминать произошедшее тоже не хотелось. Потому что, опять же, оба понимали: после того, как первый барьер был преодолён, от того, чтобы вновь броситься в объятья друг друга, нас теперь отделяла очень тонкая грань.
При том, что это как будто бы даже для меня было немного слишком резко, как минимум до окончания экспедиции во дворце природы мы не сговариваясь решили держать себя в руках и делать вид, словно ничего не было.
Ещё минут десять мы проговорили, фактически, ни о чём.
Я рассказал о том, что Кассий отправил меня в драконье гнездо, пока что опустив ту часть, в которой меня сожрал дракон-титан. Мо поведала о том, как они с Кассием отправились в ещё одну особую область Облачного Храма — лекарственный сад Фаоклитеции, чтобы найти травы, которые могли бы стать ингредиентами для её питательного коктейля.
А потом, наконец, у меня в голове прозвучал голос старика:
«Молодой человек, возвращайтесь. Все собрались, мы выдвигаемся».
Глава 55
Судя по тому, что Мо вскочила вместе со мной, ей Кассий тоже отправил мысленное сообщение.
Вскоре мы уже вновь стояли у подножия деревянной лестницы, а ещё через пару минут входили в «дупло», ведущее во внутренний мир дворца.
Переступая порог, я был готов к чему угодно. Изменению воздуха, искажениям в мировой ауре, даже к боли или хотя бы какому-то специфическому чувству, которое бы показало, что что-то действительно изменилось.
Вот только ничего такого не было. Разве что в лицо дохнуло лёгкой прохладой, будто бы я вошёл в дом с жаркой улицы.
Тем не менее, это не означало, что тут ничего не было. Потому что многие люди вокруг меня, видимо как раз те, чьи ранги превышали максимальный тридцать девятый, пересекая невидимую и неощущаемую для меня границу начинали охать, стонать и хвататься за грудь, а кто-то и вовсе просто рухнул прямо на пол.
Видимо, как они не могли воспринимать мировую ауру, родную и привычную для меня, так и я не мог почувствовать смену мира, ведь не был напрямую связан ни с одним, ни с другим.
Падение рангов, о котором говорил Кассий, тоже не заставило себя долго ждать. Ранги судей под маскхалатами я ощутить не мог, но изменение силы семёрки из числа сильнейших было сложно не заметить.
Вместо одного сорок пятого, двух сорок четвёртых и четырёх сорок третьих передо мной теперь стоял один сорок второй, три сорок первых и три сороковых. Я резко стал вторым по силе в отряде после Кассия.
Несколько минут ушло на то, чтобы все маги пришли в себя. И, наконец, когда все объявили о своей готовности, мы подошли к огромным трёхсотметровым воротам.
Вокруг были разложены десятки приборов и другого оборудования, видимо использовавшегося исследователями для взлома магического замка. Но сейчас никого из них тут не было.
Сам замок располагался почти что по центру ворот и выглядел как круглый барельеф с изображением могучего древа с десятью мощными корнями. Восемь корней, начинаясь на барельефе, плавно спускались на сами ворота и покрывали их изящными извивами. А ещё два были совсем короткими и заканчивались у края круга, не переходя дальше.