Первым из троицы среагировал тигр. И не удивительно, ведь его Даром была сила. Может быть в плане выносливости или объёмов жизненной энергии он и уступал драконьему телу, но вот физическая мощь в его сравнительно небольшом десятиметровое тело была заключена колоссальная.
Он сорвался с места, из-за чего пьедестал Данброка буквально взорвался, как и неслабый участок пола под ним. И его удар, направленный мне в сердце, заставил мою пятисотметровую тушу отлететь, будто пушинку.
При этом, без всяких сомнений, это было далеко не всё, на что он был способен.
Потому что, хотя на адской броне, как, собственно, и на моей грудной клетке, и появилась внушительная вмятина, до смертельной атаки это не дотягивало. Слишком поторопился тигр, не ожидавший от меня настолько яростного наступления, не успел подготовиться и вложить в удар всю доступную силу.
А вот Марасанг, с первого же мгновения моей атаки ощутивший угрозу для своей жизни, хотя и среагировал позже тигра, явно был куда более замотивирован, чтобы меня с себя сбросить.
Проблема была в том, что, с учётом разницы в габаритах, врождённой физической мощи драконьего тела, а также моего Дара силы первого класса, сколопендра была совершенно не в силах вырваться из захвата. И удар тигра не помог ему, а отправил в полёт нас обоих.
Более того, не прошло и секунды, как мои когти, нащупавшие сочленение между сегментами длинного тела, разодрали эту двухсотметровую помесь сороконожки со скорпионом напополам. Пол под нами и адская броня были тут же залиты бирюзовой жижей, мгновенно начавшей плавить всё, к чему прикоснулась, получше любой крови чужого.
И это была ещё половина беды. Хотя задняя половина туловища уже была оторвана от передней, где находился мозг, насекомое, пусть и из другого мира, оставалось насекомым. Даже после располовинивания скорпионий хвост, изогнувшись дугой, вонзился мне в бочину.
Сила, вложенная в этот удар, была несравнима с той, что использовал в своей атаке тигр. Тем не менее, покрывавший жало яд был настолько силён, что, вонзившись в адскую броню, мгновенно расплавил её, не встретив почти никакого сопротивления. А затем начал точно также плавить и мою плоть.
К счастью, нормально управлять своим хвостом Марасанг нормально уже не мог. Иначе его шансы поразить меня сердце были бы куда выше, чем у тигра.
Тем не менее, даже так яд, в добавок к тому, что с каждым мгновением разъедал всё больше и больше моих тканей, начал стремительно распространяться по организму.
И даже сочетание трёх квази-Сущностей, каждая из которых в той или иной степени была предназначена как раз для подавления подобных отрав, смогло лишь замедлить его продвижение по телу. Для того, чтобы остановить процесс или тем более вывести яд из организма, нужно было остановиться и потратить на медитацию как минимум полчаса.
Такой роскоши у меня, разумеется, сейчас не было и близко. Впрочем, даже такой размен я мог считать выгодным.
Свой последний удар Марасанг всё-таки нанёс, изрядно подпортив моё состояние. Однако сразу за этим его область пропала и энергетическая защита дала слабину.
И этого оказалось достаточно, чтобы моя тройная квази-область за пару мгновений вытянула из него столько мировой ауры и жизненной силы, что стало очевидно: сколопендра, даже если не подохнет сразу на месте, выжить уже ни за что не сможет.
Вмятая грудная клетка, проплавленная дыра в боку и растекающаяся по телу дрянь в обмен на жизнь одного из врагов? Пойдёт, заверните то же самое ещё два раза.
К сожалению, второго шанса произвести первое впечатление, или точнее второго шанса на внезапную атаку мне бы уже не дали.
Тигр, видимо осознав, что сколопендру уже не спасти, не стал атаковать меня повторно. Вместо этого он отскочил к рогатой девке, в которой уже не было заметно ни следа от былых расслабленности и безразличия, и встал на четвереньки, максимально готовый к любому развитию событий.
— Что, уже не такие гордые? — прорычал я, выплёвывая клешню, разъедающую пасть вытекающим из неё ихором. — Не вернулось желание предложить мне службу?
— Увеличилось желание прикончить тебя, — прошипел тигр.
— Что же, суки, это взаимно!
Глава 64
Грохот взрывов сотрясал тронный зал Данброка уже несколько минут.
Лишившись сколопендры буквально в первую же секунду боя, рогатая и тигр стали куда аккуратнее и, даже если изначально у них были планы на агрессивные и рискованные атаки, сейчас они их засунули очень глубоко.
К тому же двое против одного уже было куда выгоднее для меня, чем трое. И даже полученные в обмен на жизнь Марасанга травмы не могли компенсировать моим противникам отсутствия напарника.
Тем не менее, это не значило, что мне приходилось просто.
Насколько я понял, троица представляла из себя крайне сбалансированную боевую группу и, вероятно, была отправлена именно в таком составе не просто так.
Тигр, очевидно, был бойцом ближнего боя. Благодаря невероятной мощи, заключённой в сравнительно небольшом теле, он был способен мгновенно сокращать дистанцию и уничтожать врага.
Сколопендра была скорее кем-то вроде поддержки или универсального бойца средней дистанции. В добавок к области яда, в которой даже самые могущественные противники не могли чувствовать себя комфортно, Марасанг мог атаковать и сам с помощью своих клешней и хвоста. Даже если он не был настолько же силён, как тигр, покрывавшая всё его тело отрава делала его также очень опасным в прямом столкновении.
А рогатая нудистка, владевшая Даром пламени, была чистым дальником, поливавшим врагов огнём с безопасного расстояния.
Убрав из уравнения сколопендру, я избавил себя от если не самой опасной, то по крайней мере самой коварной силы врага. Тем не менее комбинация из ближника и дальника оставалась более чем выгодной с любой точки зрения.
Спасало меня лишь то, что чёрный лёд Махуаса, почти пятиметровым слоем которого я покрыл адский доспех, отлично противостоял даже пламени уровня Сущности.
От прямых попаданий, конечно, не спасал, тут даже надеяться было бессмысленно. Но яростного огня, распространившегося по всему огромному внутреннему пространству тронного зала, взметнувшемуся до самого потолка и полыхавшего, несмотря на то, что весь кислород был, скорее всего, сожжён за первые несколько секунд, я почти не чувствовал.
И оставалось лишь уклоняться от более точечных атак рогатой, при этом не забывая парировать выпады тигра. Потому что, к сожалению, уворачиваться от ударов Майигу с Даром силы уровня Сущности, тем более с учётом нашей разницы в габаритах, я не мог при всём желании.
Тигр, отталкиваясь от чего-то наподобие моих платформ приказа фиксации, каждым рывком преодолевал скорость звука десятки раз, на мгновение гася вокруг себя пламя.
Как и с ударом Луария, я едва успевал просто реагировать на его движения. О том, чтобы вовремя убирать с линии атаки своё полукилометровое тело можно было лишь мечтать.
Максимум, на что я был способен — это рассчитывать его траекторию, которую, к моему счастью, на таких скоростях тигр мог корректировать очень условно, и встречать его атаки.
При этом блоки лапами, даже с тройной защитой из адской брони, приказа фиксации и чёрного льда, пробивались им на раз-два. А с учётом его размеров ощущалось это так, будто я снова стал человеком, пытавшимся защищаться от летящих пушечных ядер.
Если бы не металл из сердца горного великана, которым были покрыты мои когти и на который я старался принимать все удары, мои лапы даже под адской бронёй давным-давно превратились бы в кровавое месиво. А так пока что я умудрился ограничиться лишь несколькими трещинами и переломами в костях запястий.
Впрочем, всё могло бы быть куда хуже, если бы не мой хвост, ставший неожиданной подмогой. Его я, каюсь, до сих пор по большей части игнорировал, но, как оказалось, очень зря.
Впрочем, тут меня можно было простить, ведь такая удобная штука появилась у меня просто с бухты-барахты. В отличие от настоящих драконов я им не слишком-то умел пользоваться.
А ведь составлявший почти треть моей длины хвост, представлявший из себя, по сути, бронированный сгусток мышц и оканчивавшийся острой пикой из спрессованных чешуек, был почти идеальным оружием.
Длина и немалая гибкость позволяли использовать его для защиты почти всего тела, а также давали возможность хорошенько размахнуться, чтобы кончик хвоста набирал максимальную скорость. К тому же даже переломы костей в его кончике не стали бы большой проблемой, ведь, в отличие от лап, я мог продолжать использовать хвост банально как хлыст.
Ситуацию, в которой я оказался, определённо нельзя было назвать выгодной. Моё тело, как бы мне не хотелось иного, продолжало покрываться огромными гематомами и ожогами. А продолжавший медленно растекаться по организму яд вовсе не облегчал мою жизнь.
Тем не менее, это определённо было куда лучше, чем если бы я сражался с ними тремя разом. И не только потому, что мне больше не нужно было думать о возможных ударах в спину от второго бойца ближнего боя или выделять энергию на борьбу со всё новыми и новыми порциями яда.
Главной причиной, почему я был крайне доволен собой за то, что рискнул и прикончил Марасанга, было то, что это позволило мне спланировать следующий шаг.
Рогатая и тигр не атаковали в полную силу, я это отчётливо видел. Если точнее, они не выкладывались на максимум, продолжая держать какие-то карты в рукавах.
И скорее всего причиной этого было то, что они ждали, когда подействует яд сколопендры в моём теле. О том, насколько эта дрянь была мощной, они наверняка знали не понаслышке, и теперь не пытались прикончить меня сами, а банально выматывали меня, не давали отдохнуть ни мгновения, чтобы яд распространился по организму и сделал всё дело за них.
В целом вполне здравая и логичная мысль. Тем более с учётом того, что у них уже был наглядный пример того, что может случиться, если в бою со мной полезть на рожон. Разорванный напополам и ушедший глубоко в каменный пол, расплавленный ядовитым ихором, пример.