И так как моё тело, состоявшее теперь из мировой ауры, по сути являлось также и Сущностью телесной гармонии, связанной напрямую с моим разумом, мой облик сам собой изменился, подстроившись под нынешнее моё самоощущение.
Так что рядом с Руби сейчас стоял уже вполне солидный мужчина лет сорока — сорока пяти, в аккуратной бороде и волосах которого было легко разглядеть благородную седину.
Впрочем, это не значило, что я чувствовал себя старым. Несмотря на то, что технически я действительно уже не взрослел, а старел, нынешний мой «возраст» нравился мне больше, чем все предыдущие. Это был возраст осознанности, зрелости, даже, отчасти, мудрости. И выходить из него я не собирался ещё как минимум пару тысяч лет.
— По-моему очень хорошо получилось, — прокомментировал я, когда Руби, до того, видимо, разглядывавшая мысленное фото, «отмерла».
— Да, мне нравится. Надо будет потом как-нибудь похоже сфоткаться нам всем вместе: тебе, Эллисе, Мо, мне и Тарку.
— Зеркало только надо будет найти побольше, — хмыкнул я. — Где, кстати, твой жених? Я не видел его на подготовке репетиции.
— Отправился к родителям, — тяжело вздохнула Руби. — Они так и не ответили на приглашения, и последующие письма Тарка тоже игнорировали. С учётом того ада из шантажа, угроз и молений, что они ему устраивали все эти годы, Тарк терпел до последнего. Но в конце концов всё-таки не выдержал и решил поговорить с ними лично. Всё-таки это — его родители, ему бы хотелось, чтобы они присутствовали, несмотря на все… обстоятельства.
— Мне бы тоже хотелось, — кровожадно осклабился я, вспомнив об упомянутых Руби «обстоятельствах».
Но, как бы там ни было, я не собирался игнорировать мнение дочери по этому вопросу. С долгом Катриону я мог бы попытаться разобраться по-другому, но делать дочку соучастницей убийства её свекрови против её воли я точно не собирался.
«Ты не передумала, кстати?»
«Насчёт Чим’А? Нет, не передумала. За эти годы я предприняла достаточно искренних попыток как-то наладить с ней отношения. Особенно после того, как ты выяснил, что жемчужину можно достать изо лба высшей русалки, не убивая её при этом. Но она, похоже, раз и навсегда решила, что я — кровный враг её и её сына. Да что там, она ведь убить меня пыталась! Трижды!»
«Личности убийц ни разу установить не удалось».
«Ха-ха, папа. В общем мне надоело пытаться быть доброй. Пусть получит, что заслужила. А Тарк… Не знаю, честно говоря. Даже спустя сто лет я так и не могу быть уверена в его реакции. Или, может быть, я уже знаю, какой она будет, просто не могу себе в этом признаться. В любом случае, я сделаю как планировала. Расскажу ему после того, как Чим’А умрёт, и приму последствия. Даже если это придётся делать в первую брачную ночь».
«Да уж. Мне и спустя сто лет жаль, что вы сошлись по такой причине».
«Не будь той причины — мы бы и не сошлись. Я бы точно не полезла в то паучье гнездо только ради его красоты. Так что нет смысла об этом рассуждать лишний раз».
«Ну и ладно. Если Тарканд сумеет убедить её и Наскватча прийти — то скорее всего всё и правда произойдёт на свадьбе. Лучшего момента будет сложно найти, с учётом того, насколько Чим’А нас ненавидит. Хотя, возможно, у меня получится воспользоваться готовящимся нападением, чтобы провернуть всё более аккуратно для вас с Таркандом».
— Ты уверен, что последует атака? — после того, как разговор сошёл со слишком щекотливой темы, Руби вновь перешла на вербальную речь.
— На девяносто девять процентов, — кивнул я. — Извини.
— Ну это ведь не ты собираешься напасть на Тарсию, — тяжело вздохнула Руби.
— Я мог бы позволить вам пожениться тихо и мирно, без зрителей и рисков.
— И тогда они напали бы в другой, возможно неизвестный момент. Уж лучше побуду приманкой, зная, что ты меня обязательно защитишь.
— У меня лучшая дочка на свете! — слегка наигранно воскликнул я, целуя лисичку в щёку.
— Пап! Борода!
— Ой, не надо мне тут. Тебя хоть мечами тычь — ничего не будет, а тут борода моя мешает.
— То есть мою просьбу ты проигнорируешь и бриться к свадьбе не будешь.
— Я не брился сто лет, Руби. Буквально. Я настолько привык к себе с бородой, что без неё, наверное, и не узнаю себя.
— Зато сможешь целовать меня сколько захочешь. Ну, правда тебе придётся встать в очередь за Тарком.
— Это убедительный аргумент, — кивнул я, слегка наклоняясь к зеркалу.
Теперь моя человеческая форма не была результатом использования мирового приказа. Так что я не мог убрать бороду, просто «настроив» этот самый приказ. С другой стороны, я был достаточно умел, чтобы, используя мировую ауру в качестве острых лезвий, побриться за несколько секунд, а отпадающие волоски сжечь молниями.
— Ой, — немного нервно хихикнула Руби. — Ты правда совсем другой теперь.
— Да уж, — я с интересом потёр непривычно гладкие щёки.
— Мне не нравится. Верни как было.
— Издеваешься? Ну уж нет, дорогая моя, будешь созерцать эту выбритую физиономию всю свадьбу, оно будет на всех фотографиях, и оно будет тебя целовать!
Широко расставив руки, я поймал Руби и начал активно чмокать её в щёчки и лоб.
— Нет-нет-нет, пожалуйста! Это ужасно! — залилась она смехом, отталкивая меня руками в длинных перчатках. — Верни бороду! Я больше никогда не скажу, чтобы ты её сбрил! И можешь целовать меня с бородой сколько хочешь!
— Смотри, ловлю на слове, — хмыкнул я, отпуская, наконец, дочку. — Больше никаких изменений в моём стиле.
— Никаких.
— Договорились.
Вернуть бороду было проще, чем убрать. Я просто повысил расход жизненных сил для кожи лица где-то в миллион раз — и через несколько секунд борода снова отросла.
— На, целуй, — «сдалась» Руби, подставляя мне снова щёку.
— Как щедро, — усмехнулся я, — Я на это потратил где-то полчаса жизни. Так что одним поцелуем ты не отделаешься. Но с этим подождём до самой свадьбы. А пока пойду, проверю ещё раз, насколько все готовы.
— Давай. Я тоже скоро приду.
До репетиционного зала, однако, я не дошёл. От подбежавшего слуги я узнал, что вернулся Тарканд. И не один, а с родителями. На лицо сама собой выползла всё та же кровожадная ухмылка.
Сто лет назад убийство Чим’А было для меня просто заказом Катриона. Мне никогда не было приятно убивать ничем не провинившихся передо мной людей и Майигу, но, когда было нужно, я не собирался колебаться. Бизнес есть бизнес, как говорится.
Но, чтобы разлучить своего сына и Руби, Чим’А за эти сто лет натворила немало дел.
Какие-то шаги, предпринятые против меня: дискредитация в СМИ или та же ставка на чёрное на аукционе — я мог принять совершенно спокойно, просто запомнив имена недоброжелателей на будущее. Даже был готов простить, как простил Янну за пытки, если причинённый мне вред компенсировался в достаточной степени.
Но, решив переключиться напрямую на Руби, Чим’А перешла чёрту. Когда в какой-то момент по Единству распространились неожиданные новости о том, что в Тейе Руби была… как бы это помягче… шлюхой, я был готов разгромить всю столицу клана Наскватч.
Удержала меня от этого сама Руби, а также то, что Кримзон сумел мастерски развернуть общественное мнение на сто восемьдесят градусов, доказав, что все эти слухи — наглая ложь, и выставив саму Чим’А безумной склочной сукой.
И, похоже, безумия в высшей русалке действительно было до жопы, поскольку впоследствии она, больше было банально некому, предприняла три попытки организовать на Руби самые настоящие покушения. В первый раз лисичку спас лично я, во второй сработали охранные системы Кримзона, а в третий оперативно отреагировал сам Тарканд.
Раньше я бы ворвался в клан Наскватч и прикончил Чим’А на месте. Но с годами я стал рассудительнее и мудрее. Так что моментальной расправы не произошло. Вот только это не значило, что судьба покусившихся на жизнь Руби от этого стала легче. Скорее наоборот.
Единственной, кто мог остановить меня от расправы над Чим’А и Наскватчем, была Руби. Если бы лисичка меня попросила не убивать их, я бы не стал.
Опять же, они должны были стать её свёкром и свекровью, да и убить пытались именно её. Так что она имела в этом вопросе право голоса.
Но буквально только что она в очередной раз подтвердила, что я могу сделать с родителями её будущего мужа абсолютно что угодно. И я собирался воспользоваться этим разрешением по полной.
Нацепив на лицо временную любезную улыбку, я отправился вслед за слугой в гостевой зал, где ожидали Тарканд, Чим’А и аватар Наскватча. Настолько важных гостей нужно было поприветствовать лично и… по-особенному.
Глава 60
— Привет, Тарканд. Наскватч, Чим’А.
— Здравствуйте, господин Тарс, — вежливо кивнул мне зять.
— Сынок, почему ты так обращаешься к этому⁈.. — начала было русалка
Но аватар Наскватча прервал её.
— Довольно. Мы здесь не для раздувания скандалов, а для того, чтобы поддержать решение сына, раз уж наши решения он поддерживать отказывается.
М-да. Чим’А была стервой неприкрытой. Наскватчу хватало мозгов и понимания, чтобы внешне выглядеть пристойно, но в нём тоже отчётливо ощущалась эта гниль развращённости властью.
В очередной раз я мысленно поблагодарил воспитателя Тарканда за то, что успел привить парню настоящие ценности. Иначе, если бы он стал таким же, как его родители, о том, чтобы сделать Руби счастливой, ему можно было бы только мечтать.
С другой стороны, тогда мне бы не пришлось ломать голову над этической стороной вопроса убийства Чим’А…
Впрочем ладно, не важно. Что сделано — то сделано.
— Вы присоединитесь к сегодняшней репетиции? — поинтересовался я.
— Да, мы будем. И постараемся сделать всё правильно.
— Рад это слышать. А теперь, Тарканд, будь добр, я бы хотел поговорить с твоими родителями наедине.
— Да, конечно, — кивнул парень, вставая и выходя из гостевой залы.