— Дядя Оскар, — шепчу я одними губами.
Глава 26.4
Встречаться с дядей в безлюдной местности желания нет. Ведь я моментально понимаю — он здесь по мою душу. Лина донесла про Майрока, и Оскар явился.
Я понимаю, что не успею использовать порт-ключ, поэтому действую инстинктивно. Просто ухожу в тень.
Сейчас у меня больше сил, я могу подпитывать свою магию куда дольше, чем раньше. Мир теряет краски, становясь чёрно-белым. Запах леса становится прогоркло-горьким и резким.
Я осторожно двигаюсь в сторону, обходя дядю со спины. Нужно просто улизнуть…
— Ах, — выдыхаю я, когда дядя Оскар разворачивается, его рука хватает меня за плечо и вытягивает из тени.
— Бездново исчадье! Чтоб тебя! — ругается он, резко прижимая меня к земле.
Я толкаю его коленом в грудь, высвобождаясь. Перекатываюсь и встаю на ноги. Воздух со свистом влетает из лёгких то ли из-за чрезмерных усилий, то ли из-за страха.
Я безумно боюсь того, что дядя может предпринять после новостей Лины.
Оскар поднимается на ноги следом за мной. Он стал чуть грузнее, а значит медлительнее. Он стареет, и от этого у меня в груди расползается удовлетворение. Как и у любого зверя, который почуял слабость врага.
— Смыться решила, мерзавка? Я тебя сразу распознал, как и твою магию. У неё тяжёлый флёр, ты не научилась его скрывать.
Я смотрю на дядю настороженно, не скрывая неприязни.
— Держи лапы при себе, — вырывается у меня.
— Это ты будь осторожнее, а то можешь получить в ответ, — он морщится, потирая грудь.
Мне радостно, что я смогла сделать ему больно. Значит, смогу ещё, если понадобится.
— Зачем ты приехал?
— Ты знаешь. Поговорить о Майроке Флейме и тебе. Ты ослушалась меня, ведь я велел тебе сразу сказать, кто твой истинный. Но ты скрывала…
Дядя стоит всего в метре от меня. От его фигуры, взгляда и даже позы исходит угроза.
Я знаю, что он хочет жестоко наказать меня, но понимаю, что с недавних пор расклад сил поменялся. Но фантомное чувство страха, основанное на прошлом опыте, всё равно тянет в груди. Я привыкла, что дядя может причинять мне боль, когда пожелает.
— Я тебе ничего не должна, — цежу я сквозь зубы. — Тем более теперь, и ты это знаешь.
— Тебе напомнить, кто глава рода? Напомнить, кому ты должна подчиняться? — зло чеканит Оскар.
Я впервые смотрю в глаза дяди после того, как узнала, что он виновен в смерти папы. Меня переполняет омерзением. Мы с ним одной крови, но кажется, нет никого кто был бы мне более чужим.
Отвратительный подонок, из-за него папа мёртв. Они оба с Майроком виноваты. Но скоро Флейм убьёт дядю, мне не придётся марать руки. Так хоть отчасти восстановится равновесие в этом мире.
Я на секунду прикрываю глаза, и губы растягиваются в улыбке:
— От тебя воняет бессилием, дядя. Ты знаешь, что проиграл.
— Гнусная потаскуха, — рычит он, подаваясь вперёд.
Я отступаю назад, едва не запинаясь о корягу, торчащую из земли.
Вдруг приходит осознание: отец сам ошибся, доверяя ему. Он знал, каков дядя. Проклятье! Даже я в свои неполные четырнадцать понимала, что от Оскара жди беды. Нас с пелёнок учат защищать своих, но дядя давно перестал им быть. Я не знаю, что двигало отцом: слепая любовь к брату, чувство долга?
— Майрок убьёт тебя, — слова вылетают из моего рта с невероятной лёгкостью.
И мне счастливо. Настолько, что я готова смеяться и петь.
— Ты не посмеешь натравить его на нашу семью!
— Не на семью, а на тебя.
— За то, что воспитывал тебя? За то, что держал в строгости? С тобой только так и нужно было. Если бы не я, ты бы с катушек слетела, Медея. Признай это. Я обезопасил тебя от самой себя. У тебя поехала крыша после смерти отца.
От его слов все детские обиды, вся боль вырываются наружу. Адреналин пульсирует в жилах.
— Ублюдок! — мой вопль разносится по лесу, и мне вторит в ночи какая-то птица протяжно и глухо.
Ее крик будто насмехается надо мной, впивается в уши, подгоняет бегущую по венам злость.
— Да ты и сейчас себя не контролируешь, — выплёвывает Оскар.
— Я тебя ненавижу! Мне нужна была семья, я хотела просто немного тепла от близких. Но ты лишил меня даже этого. Ты предал не только меня, ты предал своего брата, поступив так с его дочерью!
При упоминании отца сухие тонкие губы Оскара вздрагивают. Он хочет что-то сказать, но молчит.
Тишина обволакивает нас обоих, но внутри меня клокочет звенящая буря.
Правда жжёт язык. Я хочу сказать дяде всё. Хочу, чтобы он понял: я знаю, как он поступил с отцом и сестрой Майрока. Но я не должна говорить это здесь и сейчас. Это опасно.
Я уверена, что Оскар может убить меня. Мои силы ещё не пробудились, значит, я уязвима.
— Ты должна взять себя в руки. Да, я был с тобой жесток, но для твоего же блага, — дядя делает ко мне шаг. — И я должен был защитить от тебя Вилли и Лину, в том числе.
Он думает, что я совсем идиотка?!
Я не отшатываюсь лишь усилием воли. Остаюсь стоять, глядя ему в лицо. Гаденькое лживое лицо убийцы, труса и лжеца.
— Что тебе нужно? — хрипло спрашиваю я.
— Я рад, что твоя истерика закончилась. Думаю, ты сама понимаешь, что у нас общий враг — убийца твоего отца. Он здесь зло, а не я.
Ненависть бурлит внутри, заполняя каждую клетку. Но я выдавливаю кривоватую улыбку.
— Я должен знать насколько вы сблизились с Майроком Флеймом? — спрашивает дядя, принимая мою реакцию за примирительный жест.
Он не знает, что наша с Майроком магия связана. Это случилось, потому что я была долгое время ущербной. Ситуация нестандартная. Но это к лучшему, что он не подозревает о нашей с Флеймом слабости.
Сейчас я остываю и понимаю, что мне повезло — дядя не воспринял мои слова о том, что Майрок его убьёт, всерьёз.
— Медея, — дядя повышает голос. — Я хочу знать, насколько вы близки? Отвечай.
Он хочет что-то выгадать из нашей истинной связи с Майроком. Оскар что-то задумал, несомненно.
Глава 26.5
Я бросаю на дядю ледяной взгляд:
— Он убил отца. По-твоему, насколько мы можем быть близки?
— Не огрызайся, девчонка. Истинность многое может поменять.
— Если ты задумал использовать меня в своих интригах, то подумай ещё раз. Я не твоя пешка, — холодно предупреждаю его. — Вспомни свои слова. Ты сказал, что очень скоро я не буду принадлежать роду Найт.
— Ты — пешка, которая не может осознать, что она уже в игре, — Оскар смотрит на меня с презрением, которое ему не удаётся скрыть. — Посмотрим, сколько времени тебе понадобится, чтобы понять очевидное.
Только вот дело в том, что я больше не маленькая девочка, теперь я могу считывать всё до мельчайших полутонов. Дядя это забывает, не берёт в расчёт, ну и пусть.
— Куда ты собралась? Что здесь делаешь? — прищуривается с подозрением дядя.
Я ожидаю этого вопроса с момента, когда он схватил меня. Благо, что порт-ключ я спрятала в карман, иначе бы Оскар попытался забрать и просканировать его.
— Мне сообщила наш куратор — мисс Белтон — что ты прибудешь. Я ждала тебя здесь битый час. Заодно упражнялась в магии, — я лгу легко и надеюсь, что правдоподобно.
Дядя должен был запросить разрешение на посещение академии, так что Белтон точно в курсе. Она вполне могла бы сообщить мне. А тренировка магии объяснит, почему я была в тени.
— Всегда знал, что ты слаба. Поэтому я легко вытащил тебя из тени, — высокомерно говорит Оскар. — Даже жаль, что ты не осталась ущербной. Хоть не мучилась бы, пытаясь что-то выжать из себя. В академии из тебя уже сделали посмешище, Лина рассказывала мне.
Он бесит меня до искр в глазах. Я сжимаю кулаки так сильно, что ногти больно впиваются в кожу, но это не помогает. Ярость всё так же бурлит в груди. Хотела бы я показать ему чего стою, когда моя магия вернётся полностью, но я реалистка. Майрок убьёт дядю куда раньше.
— Я не спрашивала твоего мнения, — цежу сквозь зубы.
— Ты ещё можешь послужить роду, Медея. Наверняка ты считаешь, что метка — проклятье. Но скорее она — спасенье. Если действовать с умом, — дядя щурится, облизывает губы и улыбается, глядя куда-то сквозь меня.
Я прямо вижу, как он просчитывает все выгоды, которые может получить от моей связи с Майроком.
— Что ты хочешь?
Мне действительно любопытно, что он ещё задумал. Насколько далеко Оскар готов зайти в своём безумии? Это даже забавно, ведь я знаю, что его планам не суждено сбыться. Спустя столько лет унижений, наконец-то я в выигрышном положении, пусть пока дядя и не понимает этого.
— Наши земли хотят отнять, — дядя говорит это нехотя, и в его глазах появляются страх и злость. — Наследство твоего брата под угрозой.
Оскар уже давно мысленно вычеркнул меня из списка наследников, так что я даже не удивлена, что он упоминает лишь брата.
— Уж не по твоей ли вине? — язвлю я.
— Не твоего ума дело, ты лишь должна помочь это решить.
— И что ты хочешь?
— Ты должна соблазнить Майрока Флейма, тебе это не составит труда. Неважно, как ты выглядишь, — Оскар окидывает меня скептическим взглядом. — Главное — истинность. Он залезет на тебя в любом случае. А затем попроси его помочь брату. Вильям нуждается в тебе.
Вряд ли Вилли вообще знает о том, что творит дядя. Да и если бы знал, он бы точно не одобрил его методы решения проблем.
— По-твоему я должна раздвинуть ноги из-за твоих ошибок?
С каждой секундой я начинаю ненавидеть его всё сильнее.
Оскар подаётся вперёд и хватает меня за шиворот, встряхивая. Раньше он проделывал это довольно часто. Такое рукоприкладство я привыкла считать безобидным, плеть куда хуже. Но сколько бы он ни бил, я никогда не молчала.
— Ты мерзкий, грязный подонок. И ты явно сошёл с ума, раз думаешь, что я хоть пальцем пошевелю ради тебя, — выплёвываю я, выворачиваясь из его рук.
— Только попробуй что-то сказать Флейму обо мне, — предупреждает Оскар, с яростью глядя на меня. — Не забывай, Вилли в моей власти. Один твой неверный шаг, и с твоим любимым братом может что-то случиться… например, он упадёт с лестницы. Или магия внезапно перестанет ему подчинятся и произойдёт несчастный случай.