— Тогда отвернись! — ответила я мрачно, решив не проверять, всерьёз ли он мне сейчас угрожает.
— Как скажешь!
Я развязала тесёмки плаща, и он упал на заснеженную землю. Затем последовала очередь камзола. Оставшись в рубашке и штанах, я ощутила, что у меня дрожат руки. Не от холода и уж точно не от страха перед тем, что источник может оказаться глубоким. Я бы с удовольствием погрелась в нём, если бы находилась тут одна, а не в компании полураздетого молодого человека.
— Ты готова? — напомнил он о себе.
— Я не могу, — пробурчала я, глядя в землю.
— Ханна, я не буду к тебе приставать. Мы всего лишь искупаемся в источнике, а потом вернёмся в академию. Ты ведь заявила, что сегодня первый и последний раз, когда ты пошла со мной, так что больше тебе такой возможности не представится. А ещё учти, что никого другого я сюда не приглашал. Только тебе теперь известна моя тайна.
Я закусила губу.
— Тогда будем купаться по очереди.
Дождавшись его согласия, я отвернулась. Услышала негромкий всплеск, за которым последовало довольное фырканье. Ариану, похоже, очень нравилось это место. Тут действительно очень красиво, тихо и как-то спокойно, что ли. Неудивительно, что он даже друзей сюда не приводил.
— Твоя очередь, — произнёс старшекурсник через некоторое время.
Когда я обернулась, он уже успел одеться. И, слава небесам, отвернулся, не глядя на меня. Я разоблачалась торопливо — сапоги, штаны, чулки. Спустила с плеч рубашку, завязала волосы поясом, чтобы не намочить. И шагнула к воде.
Она оказалась приятно-тёплой. Мягко обволокла тело, согревая и будто обнимая меня. Я блаженно зажмурилась. Казалось, что я купаюсь в огромной ванне. Только мыла не хватало.
Выходить из воды не хотелось, но, памятуя, что Ариан эль Кимри может, потеряв терпение, обернуться, я поспешила обратно на берег. Кое-как натянула одежду на влажное тело.
Обратно мы возвращались в молчании. Добравшись в сопровождении старшекурсника до своего окна, я нерешительно остановилась. Подняться наверняка будет сложнее, чем спуститься. Ариан как-то забирался в мою комнату даже без дополнительных приспособлений, но я так не умела. Сделав глубокий вдох, взялась за самодельную верёвку, готовясь к тому, что снова буду болтаться в воздухе, как вывешенная за окно связка сушёной рыбы.
Но начать подъём я не успела, потому что за спиной послышался окрик:
— Студентка Ханна эль Ландри! Развернитесь и не делайте глупостей! Ректор вызывает вас к себе!
Глава 19
Настоящее время
Ариан снова поцеловал меня без спроса, как в самый первый раз. Но сейчас совсем не так, как в тот вечер в галерее. Нежно, осторожно, словно спрашивая разрешения. И мне, видят небеса, хотелось позволить ему целовать меня. Хотелось обвить руками его шею, зарыться пальцами в волосы, потеряться в этих ощущениях. Тело откликалось на его прикосновения, льнуло к нему, вспоминало… Оно помнило даже то, что забыла я, и желало большего.
Когда я сделала шаг назад, разрывая объятия, что-то в груди болезненно сжалось. Я думала, что всё давно отгорело и отболело, но малейшей искры оказалось достаточно, чтобы мои чувства к Ариану эль Кимри вспыхнули вновь. Вот только мы оба уже не являлись теми, кем были тогда.
Хотя — в эту минуту я понимала это особенно ясно — прошлое никуда не исчезло. Оно жило в нас. Во мне, в Ариане.
Я едва могла вспомнить лица мужчин, с которыми танцевала некоторое время назад, однако в моей памяти продолжали светить звёзды над северными горами, падал снег, пролетала в небе гигантская птица, и красивый молодой человек протягивал мне руку, предлагая дружбу.
Внизу раздались голоса. Похоже, магическим фейерверком любовались не только мы, и остальные высыпали из дома, чтобы посмотреть. Это меня отрезвило.
— Ваше величество, зачем вы…
— Разве я не имею права поцеловать свою невесту?
— Мы ведь это уже обсуждали вчера, — возразила я, отступая ещё на шаг. Увеличивая дистанцию между нами. — Пожалуйста, идите к гостям… Иначе вас хватятся. Я подойду позже.
Я старалась не смотреть ему в лицо, чтобы не выдать своих чувств. Кажется, Ариан эль Кимри хотел сказать что-то ещё, но в тот же момент в небо взметнулся очередной залп, обернулся пёстрой россыпью искр, и крики восхищённых зрелищем участниц и гостей стали особенно громкими. Я отвернулась, сложив руки на груди, и пошевелилась лишь тогда, когда услышала, что император ушёл.
Мне бы радоваться, что случившееся между нами здесь и сейчас не привело к выяснению отношений. Что он не стал ничего спрашивать обо мне настоящей. Но не получалось.
Хотелось бежать за ним, заглянуть в глаза, высказать всё, что накопилось на душе, но я не могла. Прижала ладони к щекам, чтобы хоть немного охладить их, согнать краску. Поняла, что опять плачу, но теперь уже не от красоты магического фейерверка.
На меня вдруг навалилась усталость. Вернуться бы сейчас домой, обнять сына… Забыть, как сон, всё, что происходило сейчас, чтобы ни тени всколыхнувшейся надежды не осталось в душе.
Потому что надеяться мне не на что. Я с самого начала знала, что не претендую на то, чтобы стать императрицей. Мне нужно пройти испытания, но не для того, чтобы одержать победу.
Вот только никто не предупреждал, как больно окажется видеть Ариана с другими девушками. Таким внимательным, любезным, каким он сегодня был с Джеммой эль Рианит. А затем внезапно позвал меня сюда, на балкон, и поцеловал…
Неужели здесь начинается то же самое, что в академии? Я привлекла его внимание лишь потому, что не выпрыгивала из юбок в попытке заинтересовать императора, как большинство кандидаток? Раззадорила интерес, разожгла в нём любопытство, и он решил проверить, так ли я холодна и равнодушна, как могло показаться?
Вот и проверил. Фейерверк и поцелуй. Этого вполне достаточно для того, чтобы растопить сердце девушки, не правда ли? Раз со мной обычных ухаживаний мало, пришлось прибегнуть к таким методам. Зато другим, той же Джемме, хватило бы и меньшего.
Нет никакой любви. Есть всего лишь охота за той, которая не показалась лёгкой добычей. Как и тогда, когда мы были студентами.
Как хорошо, что Ариан эль Кимри так и не узнал о том, что я любила его! Любила тогда. Люблю и сейчас.
Но он об этом не узнает.
В его мире для любви нет места. Он и жениться-то, судя по всему, не хотел. А отбор — всего лишь попытка отсрочить заключение брака и заодно стать ближе к народу, показать, что даже обедневшая аристократка вроде меня имеет шанс надеть корону.
Казалось, что простояла так очень долго, но фейерверк ещё продолжался, и я, с неохотой покинув балкон, отправилась к лестнице, чтобы присоединиться к остальным. Решила найти Лиану. Любопытно, как прошёл её танец с Энриком эль Бейри?
Вот бы он тоже обратил на неё внимание и сделал ей предложение после отбора… Ведь в Дорсуле она не встретила никого, кого привлекли бы её ум и душевные качества. Все смотрели исключительно на внешность, сравнивая тэйсу эль Делли с признанными красавицами, и эти сравнения были не в её пользу.
Но ведь писатель должен быть более чутким человеком, чем другие? Может быть, он сумеет разглядеть в ней то, чего не замечали все прочие? Но главное, чтобы сама Лиана в нём не ошиблась.
Я уже начала спускаться, когда за спиной услышала громкий визг, доносящийся, как мне показалось, со стороны спален участниц отбора.
На какое-то мгновение я заколебалась, борясь с желанием продолжить дорогу, сделав вид, будто ничего не слышала. Но затем решительно развернулась и направилась туда, откуда раздавался пронзительный звук. Похоже, что-то случилось, и могла потребоваться помощь.
Чем ближе я становилась к комнате, тем сильнее меня охватывала тревога. Подхватив длинный подол, я зашагала быстрее. Ещё в коридоре, не дойдя до приоткрытой двери спальни, почувствовала, как знакомо и одновременно с тем пугающе там пахнет.
Визжала горничная. Руки молодой женщины дрожали, комкая фартук, лицо перекосило от ужаса. Её панический страх казался осязаемым, он точно въедался в стены и пропитывал всё вокруг.
На полу валялись осколки разбитого флакона. Отчаянно благоухали духи «Сокровище Леинары». Но к их аромату примешивался металлический запах крови.
Джемма эль Рианит лицом вниз лежала поперёк широкой кровати, точно небрежно брошенная наигравшимся ребёнком кукла. На светлом атласе покрывала расплывалось большое алое пятно. Руки девушки были вытянуты вперёд, словно в попытке до чего-то дотянуться.
Меня замутило. Я отшагнула назад. Сейчас убежать хотелось ещё сильнее. Вернуться на балкон или выйти на воздух, чтобы не чувствовать забивающего ноздри сладкого запаха. Но оставлять горничную одну тоже не хотелось.
— Тэйса… Что мне делать? — выдохнула она. — Я пришла убрать в комнате, а она… тут…
— Ты кого-нибудь ещё видела? — спросила я, стараясь дышать ртом, а не носом. Однако не напрасно сударь Кребрун обрёл славу благодаря этим духам. Они отличались не только незабываемым, но и довольно стойким ароматом.
— Н… нет, никого, — пробормотала горничная.
— Тогда… Беги и позови… Найди тэйсу эль Юланн! — проговорила я. Распорядительница отбора должна первой узнать, что произошло, и она наверняка не будет впадать в истерику. — Остальным ничего пока не говори!
— Даже его величеству?..
— Ему можешь сказать, — вздохнула я.
Когда собеседница с заметным облегчением выскользнула из комнаты, я заставила себя приблизиться к кровати и прикоснуться к холодной руке девушки. Под её кожей не стучал пульс, и надежда на то, что дочь мэра ещё жива, мгновенно угасла. Едва ли кто-то выжил бы, потеряв столько крови.
Силясь побороть тошноту, я вышла обратно в коридор. Мысли путались, но скоро одна из них, набрав силу, завладела мной. Очень нехорошая мысль!