Джемму эль Рианит убили! И я почему-то очень сомневалась, что какой-нибудь чужак мог тайно приплыть на остров и пробраться сюда. Но тогда выходит, что убийца — кто-то из тех, кто находится здесь. Или слуги, или помощники Дораны эль Юланн, или же гости императора, а, может быть, одна из невест. Преступник — или преступница! — воспользовался тем, что все пошли любоваться на фейерверк, который, хоть и создан магически, не являлся совершенно бесшумным, так что приглушал звуки.
Но зачем кому-то понадобилось убивать тэйсу эль Рианит? Кому она успела перейти дорогу? Или с ней расправились из-за того, что Ариан нынешним вечером уделял ей повышенное внимание? А, может, всё дело в редких духах? Одна из соперниц пожелала украсть «Сокровище Леинары», Джемма застала воровку на месте преступления, завязалась борьба, и всё закончилось трагически?
Над этими версиями определённо следовало бы поразмышлять.
Что теперь будет? Продолжится ли отбор? Ведь смерть девушки никак не походила на несчастный случай. И тогда получается, что нужно расследование. Это значит, что на остров прибудут дознаватели, и я, что вполне вероятно, заинтересую их как землячка убитой, отправившаяся на отбор вместе с ней, а также как та, что в числе первых появилась на месте преступления.
При одной лишь мысли о подобном исходе событий я похолодела. Меня станут расспрашивать, может быть, даже проверят, действительно ли я та, за кого себя выдаю. Добудут сведения о том, что настоящая Юханна эль Ландри находится в розыске, и тогда…
Тогда Ариан эль Кимри тоже узнает. Поймёт, что я самозванка. А если обо мне наведут справки в Дорсуле, то выяснится, что у меня есть ребёнок.
Нет!
Но что же делать? Как избежать разоблачения? Отец Джеммы эль Рианит — влиятельный человек, он наверняка захочет полного и дотошного расследования, чтобы найти убийцу и отправить того на виселицу.
Мне показалось, будто я стою на краю пропасти. Ещё шажочек или порыв ветра, и полечу внизу. Туда, где острые камни.
Если бы я отвечала только за себя… Но у меня есть Кай. Маленький мальчик, который верит мне и ждёт моего возвращения.
Я обещала ему, что он поправится. Обещала, что, когда я вернусь, мы уже больше никогда не расстанемся. Обещала, что наша жизнь будет тихой и мирной, в родном городке у моря.
Почему мой сын должен расплачиваться за чужие грехи? Неужели мне придётся рассказать всю правду? О нём, обо мне. Если я больше не смогу действовать втайне, если мои секреты будут раскрыты… Можно, конечно, сказать, что Ариан не его отец, но как тогда объяснить, что я, имея ребёнка от другого мужчины, прошла проверку магическим кристаллом? Никто не поверит, что это случайность или чистое везение. Достаточно капельки крови Кая, чтобы установить его родство с эль Кимри.
Появление давешней горничной, которая сопровождала распорядительницу отбора, вырвало меня из паутины мыслей.
— Как вы здесь оказались, тэйса эль Ландри? — хмурясь, спросила меня Дорана эль Юланн.
— Я была поблизости и подошла, когда услышала крик.
— Почему вы не вышли смотреть на фейерверк с остальными участницами?
— Я смотрела на него с балкона.
— Одна?
— Что?..
— Вы любовались фейерверком в одиночестве?
— Да, — солгала я. Промелькнула мысль, что помощница распорядительницы, которая вызвала меня на балкон, знала, что компанию мне составлял император. Но, учитывая, что он пригласил меня тайком, я решила умолчать о том, что мы находились там вместе.
Глава 20
Прошлое
В академию мы с Арианом эль Кимри возвращались под конвоем охранников. Они не грубили и не давили на нас — просто выполняли распоряжение ректора. Сам он уже дожидался в своём кабинете, куда я вошла одна, чувствуя себя донельзя растерянной и виноватой.
Ритерх эль Сомри сидел за большим столом, на котором, как и во всём его довольно просторном кабинете, был идеальный порядок. Ректор хмурился. Под его сумрачным взглядом мне захотелось попятиться.
— Я очень разочарован тобой, Ханна, — произнёс он, выдержав небольшую паузу. — Ты обманула сударыню Готхард, сказавшись больной, самовольно покинула академию, да ещё и наедине с молодым человеком, тоже студентом. Что ты можешь сказать в своё оправдание?
— Я… — запнулась, понимая, что любые слова не покажутся ему в достаточной степени весомыми для того, чтобы снять с меня вину. Даже если рассказать про то, что мы видели громовую птицу, это едва ли сможет мне помочь. — Мне нечего сказать, тэйс эль Сомри. Простите… Больше такое не повторится.
— Ты ведь знаешь, какие главные добродетели девушки? Любой, — припечатал он. — То, что ты будущий боевой маг, не делает тебя исключением.
— Знаю, тэйс эль Сомри, — потупившись, отозвалась я. Он наверняка говорил о целомудренности и благоразумии. Я, если судить по всей строгости, не проявила ни того, ни другого.
— Что тебя связывает с Арианом эль Кимри?
— Мы учимся на одном факультете.
— Кроме тебя, там ещё много студентов, однако почему-то они, как полагается, явились на занятия. Ханна… Ради твоей же безопасности и спокойствия ты должна держаться от этого юноши как можно дальше и в дальнейшем вести себя безупречно. Только на этих условиях я могу оставить тебя в академии. Твой испытательный срок — до конца учебного года. Осталось уже немного. А затем Ариан эль Кимри покинет академию и больше не будет на тебя пагубно влиять, — добавил ректор.
— Да, тэйс эль Сомри, — ответила я. Не общаться с Арианом до конца учебного года? Подумалось, что именно так я и собиралась вести себя, когда осознала свои чувства к нему, но затем не выдержала…
— Ты сделаешь так, как я говорю?
— Да. Но… Как вы узнали, что я сбежала?
— Элайн как ваш куратор отправила к тебе служанку, чтобы она побыла с тобой и узнала, не нужно ли чего. Мы, к твоему сведению, заботимся о здоровье наших студентов. Так и выяснилось, что в комнате тебя нет, зато на окне…
— Я поняла, тэйс эль Сомри. Пожалуйста, простите меня… Я повела себя неосмотрительно.
Слушая мои извинения, собеседник продолжал хмуриться. Поверил ли он мне? Поверила бы я сама себе, будь на его месте?
Ведь ректор — вспомнился давнишний разговор с Иной — отвечал за репутацию академии перед родственниками студентов. В семьях аристократов строго присматривают за девушками, чтобы те сохранили непорочность до брака. Никому из благородных отцов и матерей не понравилось бы, что их дочь учится с легкомысленной особой, способной вылезти из окна и уйти куда-то наедине со студентом мужского пола.
А если бы они ещё знали, чем мы занимались…
Щёки раскраснелись. Я закусила губу, чувствуя, что вот расплачусь. Подумала о дядюшке — как ему будет стыдно за меня, если о моём возмутительном поведении доложат!
— Я пока не буду писать твоему дяде, — словно прочитав мои мысли, сказал Ритерх эль Сомри. — Но, если подобное случится ещё хотя бы раз, будет поставлен вопрос о твоём отчислении из академии Траудберт. Учти, что я говорю серьёзно, Ханна.
— Да… — проговорила я, ещё ниже склоняя голову.
— Можешь идти.
В коридоре стоял Ариан. Не глядя на него, я прошмыгнула мимо и торопливо зашагала в женское общежитие. Остальные студенты сейчас находились на занятиях, так что я незамеченной миновала хитросплетения коридоров и с облегчением выдохнула лишь тогда, когда за мной закрылась дверь моей комнаты. Оставалось надеяться, что о случившемся никто ничего не узнает, ведь огласка совершенно не в интересах ректора и куратора первого курса. Может, эль Кимри и плевать, а мне бы очень не хотелось стать той, на кого показывала бы пальцем вся академия. Достаточно и того, что я уже привлекала к себе внимание раньше. Сначала став первой студенткой на факультете боевой магии, а затем — когда погиб Конрад эль Ренти.
Конрад… Он никогда не поставил бы меня в такое положение, как Ариан эль Кимри. Не стал бы дразнить, разжигать во мне любопытство, толкать на нарушение правил академии.
Но неправильно было бы утверждать, будто один Ариан в ответе за всё. У меня ведь и своя голова на плечах имеется. То, что я позволила себе её потерять, моя вина.
Ему-то исключение наверняка не грозит, и без того недолго учиться осталось! Да и кто станет выгонять из академии родственника правящей семьи? Так, пожурят слегка, да и отпустят с миром.
Теперь пора вспомнить, что я приехала сюда учиться. Что всегда мечтала о том, чтобы стать здешней студенткой. Нужно ведь продержаться совсем немного — до конца учебного года. Старшекурсник покинет академию Траудберт и со временем превратится лишь в воспоминание для меня. Однажды я смогу забыть и его, и сегодняшний день.
Повторяя про себя эту мысль и стараясь не обращать внимания на бурчание в недовольном отсутствием завтрака желудке, я переоделась и начала готовиться к занятиям.
Следующая встреча с Арианом эль Кимри состоялась в этот же день. Он подошёл ко мне после обеда, когда я вышла из столовой, намереваясь отправиться в аудиторию и хотя бы частично наверстать упущенное за день. Как я и надеялась, тэйс эль Сомри и остальные, знающие о том, что я на самом деле не заболела, оставили всё в секрете. Ине и другим, кто справился о моём самочувствии, я ответила, что мне уже лучше. Физически я действительно чувствовала себя хорошо, а от душевной тоски лекарства не существовало.
Хотелось бы мне стать или хотя бы казаться такой же беззаботной, как прочие студентки. Порхать легкокрылой бабочкой по коридорам академии, хвастаясь нарядами и наслаждаясь собственной юностью. Но я словно повзрослела за сегодняшний день. Поняла, что у каждого поступка есть причины и следствия. Пусть даже наша отлучка из академии не привела к чему-то непоправимому, я всё равно не могла отделаться от чувства вины, которое тяжёлым камнем навалилось на плечи и придавливало к земле.