Это осознание заставило сердце на миг сбиться с ритма и болезненно сжаться.
Пути назад у меня нет.
Да и зачем? Здесь у меня есть магия, интересная, хоть и не понятная работа. Здесь я обрел новую семью.
Мне выпал второй шанс. И с каждым днем мне он нравился все больше.
Оставался только вопрос — почему меня забросило именно сюда? Это я и спросил у Святляны.
— Вопрос хороший, но сказать мне тебе нечего, — она снова отпила из фляжки и на мой заинтересованный взгляд покачала головой. — Это отвар, который поддерживает во мне жизнь. Тебе он не нужен.
— Я могу вернуть вам молодость, — сказал я.
— Зачем? Я долго уже топчу эту землю. Мой срок вот-вот выйдет. Жалею, что возможно не успею подготовить девочек.
— К чему?
— К битве, конечно, — рассмеялась она. — Все истории заканчиваются битвами. Добро со злом, правые с левыми, белые с красными.
— А они тоже? — я покосился в сторону, куда убежали ее подопечные.
— Нет.
— И что тогда? Как они будут сражаться? — изумленно спросил я. — Возьмут в руки оружие, натянут доспехи и с победным кличем бросятся в бой?
— А ты забавный, — усмехнулась она. — Возможно, ты тоже мне сможешь помочь.
Святляна зычно рассмеялась. Этот жуткий хохот пробрал меня до самого нутра и звоном отозвался в стенках черепа.
— Вот что я тебе предлагаю, — сказала она и наклонилась чуть ближе. — Деньги. Власть. Женщин! Все, что пожелаешь.
— В обмен на…? — мне не понравилось то, как она это сказала, но было интересно, чем это все кончится.
— В обмен на силу, — дернула она плечом. — Маленькую толику той силы, что сидит у тебя в брюхе.
— Очень щедрое предложение, — я начал подниматься, — но я откажусь.
— Ты такой же, как они, — зло ответила Святляна. — Жадный, тщеславный и… глупый. Придется сделать все, как обычно.
Она выпрямилась, распахнула цветную накидку и выставила руки вперед. Огонь позади меня ярко вспыхнул, и я, наконец, смог разглядеть ее лицо. Точнее, этого самого лица у нее и не было.
Лишь расплывчатые тени скользили от уха до уха.
— Что, нравлюсь? — игриво спросила она. — Плата за могущество. Моя способность — иллюзии. И я так их люблю, что забыла сама, как выгляжу.
Святляна сделала шаг ко мне. И куда делся весь образ милой старушки? Сейчас я видел перед собой воительницу. Гибкую и очень опасную.
— Я не могу помешать битве, — сказала она треснувшим голосом. — Но я могу ее приблизить.
Ее ладони описали широкий полукруг, и Святляна громко крикнула:
— Явитесь, девы! Настал ваш час!
Кусты со всех сторон громко затрещали, и на поляну вышли девять совсем ещё юных барышень. Их легкие полупрозрачные туники были порваны в разных местах и уже не скрывали молодые тела.
Но у меня не было времени любоваться. Потому что они медленно подходили ко мне, и по их глазам я видел, что обнимать меня не собирались.
— Ваша жертва не будет напрасной! — гремел голос Святляны. — Примите свою смерть достойно! Да прольется ваша кровь во имя магии!
«Что⁈»
Не дойдя до меня всего пары шагов, девушки сняли с поясов кривые кинжалы и поднесли их к своим шеям.
Святляна глухо расхохоталась и вдруг обернулась ко мне.
— Ты точно не хочешь присоединиться, красавчик? Твоя кровь будет лакомым кусочком.
Мое лицо перекосилось. Да она же сейчас их всех убьет!
Ярость взметнулась и обожгла меня. Я вздохнул, взывая к силе, как вокруг меня вспыхнула алая дымка.
— Поздно! — закричала Святляна. — Нача…
Она не успела договорить, как застыла живой статуей. Как и остальные девушки. Они уже успели коснуться кинжалами к бледной коже, и я видел, как на ней набухают черные капли и медленно скатываются под ключицы.
Но дымка так и не развеялась. Наоборот, стала плотнее.
— Ты… не… сможешь… это… остановить… — едва дыша, выговорила Святляна. — Поздно.
— Нет, — покачал я головой, почти не удивившись, что Святляна может говорить под моим заклинанием.
Я одним прыжком оказался возле одной из девушек, вырвал из ее рук кинжал и отправил его в полет.
— Что ты наделал⁈ — взревела магичка, глядя на торчащую из груди рукоять.
Ноги Святляны подкосились, и она рухнула на траву.
В тон ей заголосила и та нимфа, у которой я отнял оружие. Пришлось на мгновение обернуться и снова заморозить ее.
— Я не позволю убивать невинных для достижения личных целей, — обратился я к старухе. — И, судя по твоим словам, эта самая цель никому радости не принесет.
— Но ты… не знаешь… всей… правды, — прохрипела она.
Ее легкие стремительно наполнялись кровью, и воздуха в них почти не осталось.
— Хочешь напоследок исповедаться? Времени у тебя осталось немного. Хотя если ты расскажешь правду, то я могу немного отсрочить твою кончину.
От моих слов она вздрогнула, посмотрела на меня и кивнула. Вместо смутных теней на лице проступили глаза, нос и обезображенный шрамом рот.
— Так вот, ты как выглядишь, оказывается, — пробормотал я, останавливая время в ее теле.
Святляна отвернулась, но все же выполнила обещание — начала говорить:
— После великой катастрофы магия окончательно покинула мир. Люди стали просто людьми. Хоть земля больше не тряслась, океаны перестали обрушиваться на берег — без магии все стало пустым и безжизненным. Но при этом заклинание старика сработало.
— Что это было за заклинание?
— Оно было создано, чтобы ни единая женщина не могла произвести на свет ребенка с магией.
— Но откуда тогда у нас есть сила?
— А это вторая часть. Когда маг умер, он отдал свою жизнь куску хрусталя, тот принял ее и взорвался. И все осколки разлетелись по разным мирам, призывая в этот мир тех, кто способен к магии. Благодаря им мы, как и другие, оказались тут.
Она хрипло рассмеялась.
— А что за ритуал ты сейчас хотела провести?
— Ритуал отмены. Мир нуждается в магии. В ее силе. Маги должны рождаться. Они должны быть великими. И править.
Я покачал головой.
— История порой никого не учит.
— Это лишь вопрос времени, князь. Я чувствую, что грядет беда.
— И всеми силами пытаешься ее ускорить. Логично.
— Ты глуп! У нас есть шанс стать великими! Стать хозяевами мира!
— Хозяином чего? Пустоши? И все это ценой жизни других?
— У всех руки в крови. У кого-то меньше, у кого-то больше. Главное — результат. А он оправдывает все, — она заглянула мне в глаза, которые на миг полыхнули алым. — Соглашайся. Вдвоем мы сможем обуздать катастрофу и выйти победителями.
— Но война все равно будет? — я наклонил голову к плечу.
— Ее не избежать. Слишком долго маги находились в опале. Слишком долго люди их ненавидели.
— История сделала виток и снова стоит на пороге густого мрака. А ты все только усугубляешь.
Она не успела ответить, как я развеял заклинание. Из горла Святляны вырвался поток крови, она захрипела и вскоре затихла.
Но на этом ничего не закончилось. Алая дымка, которая так и не рассеялась, вдруг устремилась в ее сторону, и очертания тела старухи стали меняться.
Я вскочил, отпрыгнул оттого, что было Святляной, и машинально сжал медальон в руках, призывая силу.
Кроваво-красная пелена стала совсем плотной и обрела очертания огромного воина в глухом доспехе, и здоровенным мечом в руках.
— Примкни к победителям! — загрохотал его голос в глубине моей головы. — Отринь невежество! Получи силу!
Первым моим действием было заморозить призрак. Тот не обратил на мою магию никакого внимания.
На секунду опешил, попробовал ещё раз, но эффект остался прежним — воин продолжать убеждать меня пополнить ряды великих магов.
Я перевел взгляд на лежащую Святляну. Ее грудь едва заметно вздымалась. Она еще дышала.
— Иллюзия⁈ Да что ж ты никак не успокоишься! — зло сплюнул я. — Цепляешься за меня, словно соломинку. Я дважды не повторяю! Хватит!
Короткий взмах руки, и очертания Святляны снова начали меняться.
Для нее время ускорило свой бег.
Я без всяких эмоций взирал, как исчезает то, что от нее осталось: рассыпалась цветная накидка, лопались лоскуты кожи, крошились кости.
Вскоре от тела осталась лишь пригоршня серого пепла.
Следом с протяжным стоном рассеялся и образ воина.
Шумно выдохнув, я оглядел поляну: застывшие девушки с кинжалами у своих шей, потухший костер и удивленный Лерчик, которого тоже накрыло мое заклинание.
Растерев вспотевшее лицо, я мысленно прикинул, успеют ли прекрасные нимфы сообразить, что делают, прежде чем продолжат резать себе горло? Как обезопасить их? Да и в то же время не напугать их.
Решив, что в одну голову мне с этим не справится, я быстро снял заклинание с Лерчика. Тот ошарашенно смотрел на застывшие фигуры, и целую минуту не мог придумать, как это прокомментировать.
Пришлось развернуть его к себе лицом, взять за плечи и хорошенько встряхнуть.
— Соберись! — рыкнул я.
Едва взгляд Лерчика стал осмысленным, он потребовал от меня подробностей.
Я коротко пересказал ему разговор со старушкой, попутно объясняя проблему с кинжалами у горла девушек.
Умолчал только о ее словах об осколках. То, что я попал сюда из другого мира, должно так и остаться тайной.
— То есть, ты хочешь сказать, что она решила приблизить апокалипсис, предложила тебе долю, и ты отказался? — спросил он.
— Да.
— Хороший ты парень, я погляжу, — задумчиво сказал он и обернулся на девушек. — А с ними ты решил, что делать?
— Вот и я думаю. Если прикоснусь, они оживут и либо начнут визжать, либо вонзят кинжалы глубже.
— Задачка так задачка. А если освободить только руки с кинжалами? Убрать их, а потом уже девушек?
— А что, мысль! — кивнул я.
Под тяжестью оружия кисть расслабится и опадет. Но и тут придется повозиться. Девушек же не три, а целых девять! Точнее, восемь, у одной я уже забрал кинжал.
— Так! Стоп, — скомандовал я, ударив себя по лбу. — Есть идея получше. Отойди.
Как я сразу-то не догадался⁈