История сохранила немало примеров, когда жёны воинов как командного, так и рядового состава, не страшась трудных и опасных условий, сопровождали своих мужей на фронт. В подавляющем большинстве они служили в медицинских учреждениях сёстрами милосердия; но среди них были и руководители санитарных транспортов, и просто воины.
Александра Фёдоровна Хвастунова, жена полковника 1-го Восточно-Сибирского Его Величества полка, после его гибели в бою под Вафангоу осталась служить в его отряде скромной сестрой милосердия.
Жена священника 11-го Восточно-Сибирского стрелкового полка о. Щербаковского, проявившего небывалый героизм в бою под Тюренченом 18 апреля 1904 г., служила сестрой милосердия в Порт-Артуре.
Сестрой милосердия в госпитале служила госпожа Лядова, о встрече с которой в поезде, направляющемся в Маньчжурию, рассказал лейб-хирург Е. Павлов в своей книге «На Дальнем Востоке в 1905 г.»: «…сестра Лядова едет на Восток только потому, чтобы быть ей ближе к своему мужу, отправившемуся туда с тремя собаками-санитарами, принадлежащими Государыне Императрице Александре Фёдоровне. Собаки шотландской породы колли обучены за границей для отыскивания раненых и подания им первой помощи.
Сёстры милосердия не только участвовали в сухопутных сражениях, но работали и на кораблях – госпитальных судах и плавучих лазаретах.
В Харбине на р. Сунгари в течение почти всей войны действовал Ксениевский плавучий госпиталь, размещённый на большой трёхэтажной барже. На палубе и под палубой были устроены нары, где лежали раненые и больные. О работе сестёр милосердия в этом плавучем госпитале рассказал на страницах газеты «Нива» в ноябре 1904 г. один из пациентов: «Сёстры милосердия жили в нижнем этаже барки – совершенно тёмном и сыром, где на полу постоянно просачивалась вода. Это было место для отдыха и сна, но и для того и для другого времени оставалось мало. Раненые и больные требовали постоянного ухода, а выздоровевшие или эвакуированные в другие госпитали в Россию немедленно же сменялись новыми. С раннего утра и до поздней ночи приходилось быть на ногах и для осмотра и перевязки больных и раненых подниматься на нары по приставным деревянным лесенкам. Бодрость и силы не покидали сестёр милосердия только благодаря необычайной энергии и самоотверженной любви к делу».
Старший врач госпиталя с помощью прикреплённого к ноге сестры милосердия шагомера установил, что за день сестра, переходя от одной кровати к другой, делала около 15 вёрст.
Сёстры милосердия служили и на морских госпитальных судах – переоборудованных пароходах: «Монголия», «Кострома», «Казань», «Орёл». Бывший пароход добровольного флота «Орёл» 17 сентября 1904 г. был включён в состав 2-й Тихоокеанской эскадры. На «Орле» были устроены операционная, стерилизаторская, бактериологическая лаборатория, рентгеноскопическая установка. Первых больных плавгоспиталь принял 21 октября 1904 г., когда в Танжере присоединился к эскадре. Предстоял длительный переход в составе эскадры на Дальний Восток. К предстоящему трудному и опасному плаванию были готовы находящиеся на судне сёстры милосердия Кронштадтской общины. Они были направлены на судно 18 августа 1904 г., о чём главному врачу плавгоспиталя «Орёл» сообщила К. Макарова – патронесса Кронштадтской общины сестёр милосердия Российского общества Красного Креста: «Попечительский совет Кронштадтской общины Красного Креста командирует в Ваше распоряжение для нужд вверенного Вам госпитального судна отряд, поименованный в прилагаемом списке, в составе 20 сестёр милосердия и двух монастырских послушниц в качестве прислуги при сёстрах».
В составе отряда были сёстры милосердия: Наталья Михайловна Сиверс (жена полковника) – сестра-настоятельница; Ольга Витальевна Алашеева – старшая сестра по заведованию медицинской частью; рядовые сёстры: С. Александрова, М. Бондарева, М. Воеводская, Е. Жакелен, О. Иванова, М. Игнатьева, В. Карманова, Е. Клемм (дочь инженера генерал-лейтенанта), Н. Любовицкая, А. Мелехова, Н. Мищенко, Э. Невинская, В. Николаева, О. Поплавская, Г. Трейгер, М. Тюнина, О. Тур, О. Юрьева; монастырские послушницы Д. Дмитриева, Т. Николина.
Плавгоспиталь «Орёл» в составе 2-й Тихоокеанской эскадры совершил трудное 9-месячное плавание. Несмотря на тяжёлые климатические условия (жара до 50°, проливные тропические ливни), заболеваемость личного состава в отряде Рожественского благодаря хорошей работе медиков оставалась невысокой. Из судовых лазаретов на «Орёл» направлялись тяжелобольные, которых квалифицированные медики и заботливые сестры милосердия быстро возвращали в строй. За время похода на «Орле» прошли лечение 380 человек личного состава.
«Орёл» был захвачен японцами во время Цусимского сражения и отведён в порт Сасебо; медперсонал через некоторое время возвратился в Россию.
Служба женщин на кораблях – трудное дело, особенно в условиях многомесячного напряжённого плавания, нахождения в зоне сражений и во вражеском плену.
По ходатайству главного медицинского инспектора флота за самоотверженную службу многие сёстры милосердия госпитального судна «Орёл» получили награды: М. Воеводская – золотую медаль «За усердие» на Аннинской ленте; Н. Мищенко и М. Тюнина – серебряную медаль «За усердие» на Аннинской ленте.
Многомесячная осада Порт-Артура вошла в мировую историю как пример стойкости, мужества и отваги её защитников.
Мужественным было поведение женщин, оказавшихся в осаждённом и сражающемся Порт-Артуре. К началу осады в крепости оставалось около 300 женщин. Почти все они самоотверженно трудились, выполняя необходимую работу. Жёны офицеров, солдат, чиновников, рабочих были сёстрами милосердия, стирали бельё для солдат, готовили помещения под лазареты. Были примеры редкой самоотверженности и даже героизма. Певица-шансонье Вильгельмина Криг, к началу войны волею судьбы оказавшаяся в Порт-Артуре и имевшая возможность выехать до объявления осадного положения, добровольно осталась в крепости и стала одной из самых бесстрашных и самоотверженных сестёр милосердия. «Солдаты называли её своим ангелом-хранителем, в самых опасных пунктах на передовых позициях – всегда она была впереди, перевязывая и облегчая страдания раненых». Она была награждена медалью «За усердие». Такие же награды получили за свой большой труд две 14-летние девочки – Топольская и Гемельман.
Госпитали Порт-Артура – крепостные, Красного Креста, на специально оборудованных судах «Казань» и «Монголия» – работали с предельной нагрузкой в условиях нехватки медикаментов и перевязочных средств. Лечили не только раненых, но и больных, к концу осады в Порт-Артуре свирепствовала цинга из-за неполноценного питания.
Большинство жительниц Порт-Артура работали в госпиталях, а некоторые совмещали эту работу с другими важными общественно полезными заданиями. Так, Нина Михайловна Непенина была добровольной сестрой милосердия на госпитальном судне «Казань», в 11-м запасном полевом госпитале и заведовала типографией. Её деятельность сестры милосердия началась ещё во время китайских беспорядков 1900–1901 гг., она служила добровольной сестрой милосердия в Порт-Артуре и была награждена золотой медалью «За храбрость» на георгиевской ленте. Во время Русско-японской войны Н.М. Непенина была в Порт-Артуре в течение всей осады. Она заведовала типографией Квантунского флотского экипажа и Управления порта, где печаталась газета «Новый край». Типография работала в Старом городе до тех пор, пока японский снаряд не уничтожил большую часть оборудования. Газета «Новый край» сообщила 13 октября, что около 1 часа утра «11-дюймовый снаряд попал в большую машину, на которой начали печатать № 203 «Нового края». Машина разбита, и всё машинное помещение, а также часть наборной обращены в груду развалин. Из китайцев – прислуги машины – 2 убиты, 6 ранены; из русских никто не пострадал».
Нина Михайловна с 8 нижними чинами перевезла оставшееся типографское оборудование в Минный городок, где типография продолжала работать до сдачи крепости. Здесь, на маленькой печатной машине-«американке» был выпущен последний номер газеты «Новый край» (№ 247) – 22 декабря, где в передовой статье было сообщено, что Порт-Артур закончил оборону. После сдачи крепости Н.М. Непенина вместе со всеми порт-артурцами последовала в Дальний, откуда вернулась на родину, в Санкт-Петербург.
О многих сёстрах милосердия, самоотверженно трудившихся в Порт-Артуре, сохранились лишь отрывочные сведения.
Старшая сестра милосердия 6-го запасного госпиталя Тереза Осиповна Шимке и старшая сестра милосердия Кронштадтской общины М.С. Лямина выдержали всю осаду и были награждены золотой медалью на георгиевской ленте.
Всю осаду крепости проработала добровольной сестрой милосердия в Порт-Артурском сводном госпитале Е.Х. Бирюлькина, жена ротмистра.
В.Г. Гаршина – сестра милосердия Евгеньевской общины – была награждена медалью «За храбрость» на георгиевской ленте.
Княгиня Лидия Петровна Ливен в продолжение всей осады проработала сестрой милосердия в отряде Красного Креста на пароходе «Монголия».
Налетова Татьяна Константиновна, двоюродная сестра контр-адмирала Н.А. Матусевича, была сестрой милосердия хирургического отделения Порт-Артурского портового лазарета; выдержала всю осаду и за самоотверженный труд и уход за ранеными под снарядами награждена золотой медалью «За храбрость» на георгиевской ленте.
И ещё об одной защитнице Порт-Артура, с чувством глубочайшей признательности за её героизм и самопожертвование, писали участники обороны. Так, Ф.П. Кучинский, опубликовавший в 1906 г. свои дневниковые записи в книге «В японском плену», сообщил:
«…одна русская сестра милосердия Богданова (будущая однофамилица Евгении Александровны), храбро и самоотверженно работавшая всю осаду крепости на линии огня, в самых опасных местах, в самых тяжёлых условиях (была даже ранена осколком) – не захотела покинуть солдат после сдачи Порт-Артура, солдат, которые привязались к ней и сильно любили в ней доброго самоотверженного человека.
В солдатском платье она выступила из крепости, когда части направились к знаменитому, отныне историческому месту для клятвы. Шестнадцать дней она – хрупкая, маленькая женщина – выносила вместе с привыкшими ко всему солдатами тяжес