9. Терапевтическая программа
Так как вы читаете эту книгу, то, скорее всего, вы страдали от болевого синдрома в течение нескольких недель, месяцев или даже лет. Для диагноза СМН не важен период времени или то, что повторяющиеся боли начались с физической травмы.
Представьте, что вы пришли ко мне на первую консультацию. Проявления СМН могут быть самыми разными. Это может быть дискомфорт в пояснице, сопровождающийся покалыванием, онемением или слабостью в любой части ноги или обеих ногах. Вы можете страдать от боли в среднем или грудном отделе спины. Или вас изматывают прострелы в шее и плече, их покалывает, они немеют или вы чувствуете слабость в руках и запястьях. Боль в области плечевого сустава, локте, запястье, пальцах, области бедра, колене, лодыжке, верхней или нижней части ступни с одной или обеих сторон просто не дает вам жить.
Боль может усиливаться днем или ночью по самым разным сценариям: жуткая при пробуждении, она ослабевает в течение дня, а вечером вы чувствуете себя практически человеком. Может быть и наоборот: утром ее практически нет, зато к вечеру она становится нестерпимой. Она может возрастать или уменьшаться, когда вы сидите, стоите на месте или идете. Вы не можете нормально работать, бегать или заниматься любым спортом, потому что боитесь нагибаться или поднимать тяжести. В вас может засесть страх любых движений, какими бы простыми они ни были.
А может быть, вы ведете активный образ жизни и занимаетесь спортом, несмотря ни на что. Приступы не поддаются логике: они начинаются в неожиданное время, а когда боль, по идее, должна быть, ее нет.
Все это классические примеры проявления СМН. По ним видно, как происходит ассоциирование боли с определенным временем суток, действиями и положениями тела.
Вас не покидает ощущение, что что-то не так со спиной, шеей или плечами, что части позвоночника нарушены или изношены, не дай бог появилась грыжа межпозвоночного диска, фибромиалгия, разрыв или перенапряжение мышцы, тендинит. Как правило, эти диагнозы подтверждаются после рентгена, компьютерной томографии или МРТ, и, скорее всего, боль усилилась после того, как вы узнали результаты.
Болевой синдром в буквальном смысле управляет вашей жизнью, вы ни на секунду не можете о нем забыть. Вы побывали у множества врачей, перепробовали самые разные методы лечения, но после кратковременных передышек боль неизменно возвращается. Домашние и близкие друзья вам сочувствуют и всегда напоминают об осторожности.
Все это я узнал во время беседы с вами. При осмотре объективные неврологические аномалии либо не выявились, либо обнаружилось несколько относительно незначительных. Например, потеря сухожильного рефлекса, легкая слабость или изменение восприятия болевого стимула, условно – укола булавкой. Некоторые пациенты с трудом следуют моим инструкциям, меняют положение тела на смотровом столе или нагибаются; другие же демонстрируют просто чудеса гибкости. Тем не менее абсолютно каждый испытывает боли, когда я нажимаю на мышцы на внешних частях ягодиц, поясницы и верха плеч. Вдобавок практически 80 % пациентов ощущали дискомфорт при нажатии на длинные сухожилия, расположенные по бокам бедер.
Основываясь на ваших словах и результатах осмотра, я заключил, что у вас СМН, и начал разъяснять суть диагноза. Я пообещал предоставить доказательства, что обнаруженные ранее структурные нарушения не являются причиной симптомов. Боль, скованность, жжение, давление, онемение, покалывание и слабость – результат легкого кислородного голодания мышц, нервов или сухожилий. Сам по себе этот процесс безобиден. Хотя порой он приводит к самой острой боли, которую я встречал в клинической медицине – стоит разобраться с причиной синдрома, как симптомы исчезают, не оставив следа.
Затем я объяснил, почему мозг посчитал необходимым снизить приток крови к тканям, отчего и возникли боли; рассказал вам о том, что ярость и другие мощнейшие чувства пытаются вырваться из бессознательного в сознание, и цель боли – предотвратить это. В основном люди и так осознают, что причина кроется в психологии: в стрессе, перфекционизме, стремлении быть хорошим, детских травмах. Я уверил вас в том, что нормализация (исцеление) придет вместе с осознанием самого процесса. Напоследок я сказал, что за две базовые лекции вы узнаете все детали, ведь материал достаточно обширен и он попросту не вмещается в обычный прием. В общей сложности мы провели вместе 45 минут.
Итак, уверен, в общих чертах вы поняли, что представляет собой лечебная программа. Необходимо расстроить тактику мозга. Для этого я советую пациентам:
– отвергнуть структурный диагноз, опирающийся на «физические» причины боли (СМН – другой тип физического процесса);
– признать психологическую причину боли;
– принять реакции психики как нормальные для здоровых людей.
Теперь поговорим обо всем по порядку.
Отвергнуть структурный диагноз
Боль не отступит, пока вы уверенно не скажете:
«С моей спиной все в порядке. Теперь я знаю, что боль возникает из-за безобидного процесса, запущенного мозгом, а нарушения, которые обнаружились на рентгене, КТ и МРТ, – абсолютно нормальны. Рано или поздно они происходят у каждого, ведь человеческий организм постоянно подвергается нагрузкам и неизбежно стареет».
Именно этот первый шаг поможет сломать тактику мозга, цель которой – сосредоточить ваше внимание на теле и не дать соприкоснуться с опасными чувствами, бушующими в бессознательном. Как я уже объяснял в первой части, разум боится, что гнев вырвется из бессознательного.
Почему следует пренебречь влиянием структурных нарушений? В большинстве случаев они не объясняют боль: зачастую она находится совсем в другом месте, а также возникает в неправильное время, например, когда вы удобно устроились в кровати. Сразу вспоминаю мужчину, который днями напролет загружал и разгружал свой грузовик, а боль появлялась, только когда он нагибался над раковиной, чтобы побриться.
Но быть может, наиболее убедительным аргументом будет то, что через меня прошли тысячи людей с разнообразными подтвержденными структурными нарушениями позвоночника (или диагнозами вроде «фибромиалгия»), которые полностью выздоравливали через несколько дней или недель после того, как узнавали о СМН. Опыт – великий учитель, хотя порой его уроки даются очень тяжело.
Принцип одновременности
Симптомы СМН нередко сопровождают имеющееся структурное нарушение. Например, боль в спине или ноге появляется у человека с подтвержденной на КТ или МРТ грыжей межпозвоночного диска, расположенного возле нервов, иннервирующих область вблизи очага боли. В таких случаях скорость выздоровления доказывает, что межпозвоночная грыжа к симптому не имела никакого отношения.
Вообще, грыжа диска сбивает с толку многих пациентов, ведь они еще не понимают, что это всего лишь хитрый способ нашего изобретательного мозга спрятать неприятные для психики чувства. Он знает обо всем, что происходит в теле, включая точное местонахождение межпозвоночных грыж, разрывов мениска в колене и надрыва вращательной манжеты плеча. Возможно, прозвучит странно, но я не раз убеждался на опыте в том, что мозг создает очаг боли СМН там, где есть структурное нарушение, чтобы убедить вас в истинности причины симптома и надежно удерживать ваше внимание на теле. Собственно, с этой же целью в качестве очага выбирается место старой травмы.
Первым делом в боли обвиняют структурное нарушение, что вполне понятно и порой даже оправдано, хотя в большинстве случаев к недугу приводит СМН. Знакомый с этим диагнозом доктор легко отличит одно от другого.
К счастью, современные исследования достаточно убедительно показывают, что структурные нарушения распространены широко и редко болезненны. Одно из самых впечатляющих было опубликовано в New England Journal of Medicine в июле 1994 года. Группа исследователей из больницы Хоаг и Кливлендской клиники при помощи МРТ обнаружила выпячивания и протрузии поясничных межпозвоночных дисков у 64 из 98 мужчин и женщин, у которых никогда не было болей в спине. И это лишь одно из многих исследований, доказывающих, что структурные нарушения не приводят к болям в спине. Несмотря на это, подавляющее большинство практикующих врачей и дальше связывают боль и структурные нарушения.
Признать психологическую причину болей
Мозг старательно делает так, чтобы бушующий в бессознательном гнев и дальше оставался тайной за семью печатями. Это автоматическая реакция, логики в ней нет. Следовательно, наша задача – расставить все по полочкам. В этом и кроется суть важнейшей концепции: на бессознательные автоматические реакции можно влиять при помощи сознательных мыслей. И теперь это уже не предположение, ведь мы наблюдали, как этот процесс повторялся у тысяч пациентов.
Многочисленные источники вытесненной ярости обсуждались в первой части. Кстати, будет неплохо, если вы вернетесь к тому разделу и освежите их список в памяти. Поразмышляйте, куда ведут корни вашего гнева. Причем следует сосредоточиться на самом чувстве, а не на том, «где» и «насколько сильна» боль.
В отличие от сознания, бессознательное не подчиняется логике. Его реакции спонтанны и порой трудно объяснимы. Как нельзя лучше это видно на примере СМН.
Вы скажете: «Отвлекать внимание от вытесненного гнева при помощи телесной боли? Ну уж нет, лучше разобраться с гневом, чем терпеть боль».
Логично. Однако эволюционная ступень, на которой находится психика человека, диктует то, как она будет реагировать, – и зачастую ее действия иррациональны. Но так как мозг эволюционирует, то сотни или тысячи лет спустя бессознательное, может быть, станет более рациональным. На данный же момент необходимо понимать отличия бессознательного от сознания, чтобы разобраться в том, как возникает СМН. Судя по всему, гнев ввергает бессознательное в ужас, и оно реагирует соответствующим образом.
Признать реакции психики как норму
Необходимо сказать себе: «Мы такие, какие есть: нелогичные, переполненные бессознательным гневом, прямо как дети, машем в истерике руками и ногами и сами не знаем почему. Но ведь это свойственно всем нам, ведь мы – люди».
Итак, три принципа лечения в нескольких словах: отвергнуть физическое, признать и принять психологическое. Как же добиваться этого в череде житейских забот? Вот несколько практических советов.
Я учу пациентов сознательно думать о вытесненном гневе и его причинах, когда появляется боль. Это идет вразрез с тем, что делает мозг. Это контратака, призванная сломать его стратегию. Необходимо сознатель но возвращать внимание к неприятным, опасным чувствам и мыслям, чтобы не дать боли возможности вас от них отвлекать.
При остром недомогании сосредоточиться на чувствах трудно, поэтому представляйте арену, на которой могучий гладиатор, ваша воля, борется с бессознательными, автоматическими реакциями мозга.
Звучит смешно, но способ очень эффективный. Пусть сознание поговорит с бессознательным: чем настойчивее, тем лучше. Излечившиеся пациенты рассказывают, что когда ощущают крошечный укол, который раньше предвещал очередной приступ, они разговаривают или даже кричат на самих себя, и боль пропадает. Говорите мозгу, что вы раскусили его замысел – физическая боль безвредна и лишь отвлекает вас от подавленного гнева – и что вы больше не позволите себя запугивать и отвлекать. Можно даже приказать мозгу увеличить приток крови к пострадавшим тканям. Последнее особенно актуально благодаря современным исследованиям, которые показывают, как мозг взаимодействует с телом.
Выпишите от руки на бумагу все, что вызывает в вас напряжение, ведь именно из-за этого вас наполняет гнев. Сюда относятся и черты, свойственные добросовестному перфекционисту, и тому, кто стремится быть хорошим, и «приятные» вещи – брак и дети, ведь они тоже привносят в жизнь огромное напряжение. Не забудьте перечислить и обиды, оставшиеся из детства.
Пациенты находят это упражнение очень полезным. Один мужчина как-то признался, что обомлел, когда увидел, насколько длинный получился у него список.
Пациенты часто спрашивают: «А разве не станет хуже, если я сосредоточусь на тяжелых моментах?» Как ни странно, совсем наоборот: такие расстройства, как СМН, изжога, мигрень, тревожность и депрессия, возникают именно из-за того, что мы не признаем, что тяжелые чувства и эмоции негативно влияют на разум. А определяя и сознательно разбираясь с источниками напряжения, мы уменьшаем их пагубное воздействие на бессознательное.
Эта составляющая программы крайне важна для занятых людей, которые каждую секунду думают только о работе. А путь к исцелению от СМН и подобных ему состояний лежит именно через разум. Лучше всего это делать в тишине и уединении. Каждый день выделяйте время, поудобнее садитесь в приятном месте и размышляйте о том, как выздороветь.
Движение и страх
Итак, цель физических симптомов СМН и подобных состояний – в удержании внимания человека на теле. Если боль прошла, но вы все еще боитесь ее возобновления, сторонитесь физической активности и боитесь травм и прогрессирующих разрушений позвоночника, то знайте – победа в битве еще не одержана.
Если вы не преодолеете эти страхи, недуг вернется. Поэтому пациентам рекомендуется возврат к полноценной физической активности, как только они обретут уверенность в диагнозе и боль исчезнет полностью или частично. Пациенты сообщают, что путь к полноценной жизни иногда занимает месяцы, что не сложно представить, ведь их многие годы кормили небылицами о якобы хрупкости спины.
«Никогда не делайте так, всегда двигайтесь только эдак» – говорят нам. «Осторожней, так и до травмы недалеко», «у вас смещены позвонки», «диски разрушились, поэтому позвонки трутся друг о друга», «у вас одна нога короче другой», «эволюция не подготовила людей к прямохождению», «у вас плоскостопие», «не плавайте кролем или брассом», «не выгибайте спину», «никогда не спите на спине», «обязательно сгибайте колени, когда наклоняетесь вперед или выпрямляетесь», «не поднимайте тяжести», «ситапы – вредное упражнение, выполняйте только кранчи» – и так далее.
Все эти предупреждения и запреты вкупе с неграмотными медицинскими рекомендациями не дают перевести внимание с тела. Чего, собственно, и добивается мозг.
Путь к полноценной жизни без страха может оказаться долгим и тернистым. Не переживайте, если вы слишком рано начали заниматься спортом и почувствовали боль. Вы не причините себе вреда: СМН – безобиден. Дискомфорт лишь означает, что мозг все еще перестраивается. Запаситесь терпением, пробуйте снова и снова и знайте: в конце концов вы победите. Это подтвердят тысячи людей, успешно завершивших нашу программу.
Но все же не начинайте тренировки слишком рано – не из-за возможных травм, а из-за того, что мозг может все еще находиться в «режиме СМН». Лучше дайте себе несколько недель после того, как вы приняли диагноз, чтобы боль прошла, появилась уверенность в своих силах, а мозг перестроился на здоровый лад.
Превентивный подход
Задача лечения – изменить то, как бессознательное реагирует на эмоции. Когда эта цель достигается, боль пропадает. Так как процесс исцеления требует времени, к нему нужно относиться как к превентивному лечению, ведь в некотором смысле мы предупреждаем не только боль завтрашнюю, но и ту, которая может появиться позже. Это отличается от общепринятого подхода, который заключается в работе непосредственно с симптомом. Воздействовать только на боль – все равно, что сбивать жар вместо того, чтобы бороться с породившей его инфекцией. Мы же стремимся устранить саму ее причину, поэтому я называю знания пенициллином при лечении СМН. Однако, в отличие от антибиотиков, это лекарство действует не моментально, а постепенно. Необходимы терпение и настойчивость. В большинстве случаев боль исчезает уже через несколько недель, а вот на борьбу со страхом порой уходит куда больше времени.
Как построен процесс
Почему, отвергая физиологию и принимая психологию, мы избавляемся от симптома?
Здесь следует повторить, что цель боли – переводить внимание с эмоциональных переживаний на тело. По сути, все только ради этого.
Вспомните Хелен из первой главы. Когда рухнули сдерживающие барьеры и обманный маневр перестал работать, доселе сдерживаемые мощные эмоции хлынули в сознание. Теперь ее внимание было направлено на уже осознаваемые переживания, а следовательно, отпала необходимость в боли, и она тут же пропала.
Так как опыт Хелен невозможно вложить в голову каждого, мы прибегаем к другим практикам: предлагаем пациентам сосредоточиться на вытесненном гневе, попытаться представить, увидеть его, вспомнить все факторы, которые его порождают. Размышление – мощнейший инструмент. Для большинства пациентов этого достаточно, чтобы не только изгнать боль, но и не дать ей вернуться. Размышления о ярости практически равнозначны переживанию мощных чувств.
Было бы чудесно заявить, будто этот метод лечения – плод моей гениальности, да только это не так. Он появился благодаря простой случайности. Задолго до того, как мне открылись подробности психологического развития болевых симптомов СМН, я заметил, что состояние нескольких пациентов улучшилось после того, как им просто сказали, что причина их боли кроется скорее в психологии, чем в структурных нарушениях. Я годами бился над этим парадоксом, пока не догадался, что боль призвана отвлекать внимание от ужасающих чувств.
Знание – лекарство
Кому-то достаточно просто перевести внимание с телесного на психологическое. Другим нужно в подробностях знать, как работает программа, третьи все же нуждаются в психотерапии. Впрочем, в каждом случае для «лечения» необходимо знание, ведь когда человек узнает о процессах, протекающих как в теле, так и в разуме, хитрая стратегия мозга нарушается. Слово «лечение» взято здесь в кавычки, чтобы напомнить читателю, что СМН – не болезнь: состояние пациента улучшается и недуг исчезает, но «лечить» на самом деле тут нечего. Переводя фокус внимания с тела на психику, мы лишаем боль цели и достаем то, что она была призвана скрывать. В редких случаях, чтобы болезнь исчезла, человек должен ощутить чувство: ярость или глубокую грусть. Для этого необходима помощь квалифицированного психотерапевта. Помню одного пациента: ему было за пятьдесят, и он с детства носил в себе давнюю злость на мать. Он вроде бы знал об этом чувстве. Тем не менее боль не отступила до тех пор, пока во время курса психотерапии он не ощутил свой подавленный гнев.
Книга лечит
Критическую важность знания подтверждают многочисленные рассказы людей о том, как они победили боль, читая мои книги (особенно вторую[43]). Вот, например, отрывок из письма Джима Кампобелло, написанного 13 ноября 1991 года. Приведено с согласия автора.
«Пишу вам, чтобы поблагодарить за то, что вы для меня сделали. Ваша книга „Как вылечить боли в спине“ буквально вернула меня к полноценной жизни.
Мне 43, и до СМН у меня никогда не было серьезных травм или заболеваний. В марте 1989 года у меня появились нарастающие боли в спине. К концу недели легкая скованность в пояснице переросла в жутчайшую боль с продолжительными спазмами.
Два года я изнывал от практически непрекращающейся боли. Она была то терпимой, то сильной, но никогда не отступала полностью. Не буду вдаваться в детали, скажу лишь: жизнь стала адом. Я не мог сидеть дольше получаса, не мог нагибаться, поднимать тяжести, не мог кататься на велосипеде дольше пары минут. Отказался почти от всех любимых занятий. Работал стоя, делал частые передышки, лежа на столе, а свободное время проводил на полу гостиной.
Обращался к врачам и псевдо-медикам – бесполезно. Побывал у пятерых докторов, включая лучших специалистов по спине. Посещал три психотерапевтические программы с пятью разными терапевтами. Пробовал йогу, иглоукалывание и хиропрактику. Ничего не помогало: после каждого крошечного улучшения был откат назад.
Однако примерно через пару месяцев после того, как прочитал (и несколько раз перечитал) вашу книгу, боли в спине прошли окончательно. Теперь я могу нормально сидеть, катаюсь на велосипеде, сколько угодно езжу за рулем, занимаюсь спортом, нагибаюсь и поднимаю предметы – а ведь казалось, уже никогда этого не смогу. Почти год уже прошел, а я до сих пор полностью здоров.
Если честно, поначалу был настроен, мягко говоря, скептически. Хотел даже бросить книгу, ведь ваша теория казалась притянутой за уши, но описанный тип личности напоминал мой, так что все же дочитал, но недоверие осталось.
Моя жена, которая, собственно, и нашла вашу книгу и купила ее для меня, прочитала ее неделю спустя и посоветовала перечитать (на самом деле она сказала что-то вроде: „Если ты не видишь себя на каждой странице, то ты либо сумасшедший, либо слепой. Перечитывай давай“). Ну я и послушался, потому что уже отчаялся, да и как ни крути, а сама концепция все же могла и сработать.
Мое состояние начало медленно, но уверенно улучшаться. Записался по телефону к вам на прием в надежде завершить лечение с помощью групповых лекций. Однако за месяц до консультации я перечитал книгу еще четыре раза, продолжал применять ваш подход, а состояние мое все улучшалось. И вот за несколько дней до назначенного дня я понял, что прием мне уже и не нужен. Шесть недель спустя я был, по сути, здоров. За это время я отказался от физиотерапии, перестал посещать хиропрактика, отказался от таблеток, перестал выполнять растяжки и упражнения для спины. С тех пор, а прошло уже восемь месяцев, я живу и двигаюсь как нормальный человек и чувствую себя отлично.
Если бы не ощутил это на себе, ни за что бы не поверил, что такое исцеление возможно. Казалось, что боли в спине появились из-за нарушения структуры позвоночника. У меня диагностировали различные проблемы с костями и дисками, я был близок к операции по удалению диска и сращиванию позвонков (словами не передать, как я благодарен за то, что вы меня от этого уберегли!)».
С тех пор мы переписываемся с мистером Кампобелло, он до сих пор не испытывает никаких болей и ограничений.
Недавно он прислал копию плана лечения, который составил для друга. Я назвал ее «Программа Джима Кампобелло для борьбы с СМН».
Во-первых, прими твердое решение попробовать технику доктора Сарно. Она помогает только тем, кто действительно старается ей следовать. Нужно либо в нее верить, либо быть в таком отчаянии, что постараешься ее применять, даже если не веришь в ее эффективность.
Я сам не верил, когда впервые прочитал книгу. Я же по природе скептик: не верю в какую-то там силу сознания, а на чудеса и вовсе не надеюсь. Но я был в полнейшем отчаянии. Боль была постоянной. Жизнь сводилась к тому, чтобы ненадолго встать, поработать сколько получится, а затем вернуться на коврик в гостиной и как можно дольше не вставать. Так что, хоть и не хотел, но поддался на убеждения жены. Ты можешь так же.
Итак, первым делом надо решиться и опробовать подход. Это не стоит ни гроша, но нужно посвящать этому каждый день не меньше месяца. В конце концов, что ты потеряешь?
Вряд ли есть какой-то универсальный метод, поэтому расскажу, как работал с книгой я – может, подойдет и тебе.
1. Каждый день читай около 30 страниц. Причем не пробегай глазами, а читай каждое слово! Обдумывай то, что написано в книге, и прикидывай, как это относится к тебе. По себе знаю, внимание порой рассеивается быстро, поэтому сосредоточивайся на описанных доктором Сарно идеях. Особенно будь внимателен на местах, в которых увидишь себя. Напоминай себе, что у описанных в книге людей были такие же проблемы, как у тебя, и они вылечились. Дочитаешь книгу, начинай заново на следующий день. Не расставайся с ней месяц или больше. И еще раз: будь внимателен.
2. Каждый день выделяй время на то, чтобы подумать о проблемах, которые тебя тревожат. Пытайся понять, какие моменты в жизни или мысли могут быть причиной боли в спине. Посвящай этому как минимум полчаса. Например, я отводил на размышления по 15 минут утром и вечером. А теперь точнее:
Думай обо всем, что может тебя беспокоить: работа, учеба, ответственность за семью, финансовые вопросы и т. д. Причем чем подробнее, тем лучше. Не просто: «Переживаю из-за работы» – этого мало. Нужно выискать все до мелочей. Кстати, я вел целые списки – очень помогает (поверь, когда ставишь задачу обращать внимание даже на самые незначительные вещи, их оказывается так много, что все и не упомнить). Рассматривай под увеличительным стеклом все стороны жизни. Не останавливайся на очевидном, старайся выкапывать и скрытые проблемы. Кстати, они могут быть как настоящими, так и придуманными.
Затем раздели проблемы на две категории: «могу изменить» и «вне моего контроля». Постарайся быть объективным. Делай конкретные шаги, чтобы повлиять на проблемы из первой категории – по крайней мере попытайся что-то изменить. По поводу же тех, на которые повлиять не можешь, признай, что они тебя действительно беспокоят, прими их, а главное – пообещай себе, что не позволишь им и дальше отзываться болями в спине. Помни: чтобы выздороветь, не нужно исправлять все проблемы. Главное – осознавать сам процесс.
Размышляй о том, какой ты: из-за каких черт твоего характера эти проблемы перерастают в физическое недомогание. Например, я отношусь к классическому типу, описанному доктором Сарно: вспыльчивый, целеустремленный перфекционист, бываю резок и нетерпелив с окружающими. Эти черты моей личности и привели к болям в спине. Но это может случиться и с людьми других типов. У моей коллеги, жизнерадостной, общительной и очень приятной женщины, начались проблемы со спиной не слабее моих, но книга вылечила и ее (кстати, на это у нее ушло около трех месяцев, а сейчас она полностью здорова). Постарайся понять, что в тебе пытается спрятаться благодаря такому приему. Ведь неспроста же боль не утихает. Будь честен с собой. Еще раз: чтобы выздороветь, не нужно полностью переделывать свою личность – ее нужно понять и побороть только некоторые черты.
3. Весь день периодически напоминай себе о процессе. Как только возникает неприятный момент, говори себе: «Да, это мне совсем не нравится, но я не позволю этой проблеме перерасти в боль в спине». Всякий раз, когда спину начинает ломить (или как в моем случае – постоянная боль становится особенно нестерпимой), думай: «А ведь это неспроста. Что в моей жизни или какие мысли к этому привели?»
4. Через три-четыре недели такой усиленной работы проверь прогресс. Не нагружай себя сразу на полную. Подмечай мельчайшие изменения, обращай внимание на движения, которые выполнять не так больно. Шаг за шагом, день за днем, а потом недели через две-три станет еще легче. Малейшее улучшение – признак того, что процесс идет как надо. Продолжай в том же духе!
5. Не сдавайся. Поверь, я тоже через это проходил: иногда кажется, что все без толку, и хочется бросить это глупое занятие. Но надежда есть всегда. Не опускай рук, продолжай, несмотря ни на что, и все получится.
Я добавил к программе мистера Кампобелло небольшое примечание о том, что стремление быть хорошим – столь же мощный источник ярости, как и перфекционизм и злость, перенесенная из детства. Для некоторых людей с СМН этот фактор крайне важен.
Плацебо и ноцебо
В замечательной статье, напечатанной в 1994 году в Journal of the American Medical Association, подчеркивалось, что важно тщательно оценивать результаты любого лечения из-за возможного эффекта плацебо. Если пациенту нравится назначенное лечение (даже если оно не оказывает никакого воздействия, как, например, подслащенные таблетки), то может наступить ослабление симптомов или даже выздоровление. Этот эффект основан на слепой вере. К сожалению, его действие неизменно временно, и симптомы всегда возвращаются. Вот почему многочисленные методы лечения болей в спине, включая физиотерапию, медикаменты и оперативное вмешательство, в конечном итоге оказываются бесполезными – их временное положительное воздействие вызвано эффектом плацебо.
Я называю его «плацебо великолепный», так как этот эффект показывает невероятную способность разума влиять на работу организма. Известны даже случаи, когда его воздействие временно останавливало рак.
Почему же тогда некоторые люди после операции долгое время живут без симптомов? Так как они призваны отвлекать внимание от процессов в бессознательном, то после того, как боль устраняется благодаря плацебо-хирургии, мозг попросту переносит боль в другое место или даже другой орган, чтобы обманный маневр продолжался.
Вот о чем рассказал один пациент: после успешной операции на пояснице у него началась язва желудка. Несмотря на лечение, она мучила его годами, а когда же ее удалось одолеть, на смену язве пришла жуткая боль в шее. Как раз тогда мужчина стал участником моей программы и после того, как ему был поставлен СМН, быстро пошел на поправку.
Тем не менее у многих боли повторяются на месте операции, если она играла роль плацебо.
Лечение от СМН – это в первую очередь обучение. Здесь нет места слепой вере. Каждый пациент сам должен прийти к следующему умозаключению: то, что ему рассказывают, логично и обоснованно. А его симптомы связаны с нарушением под названием «синдром мышечного напряжения». При этом результат лечения практически всегда долговременен.
То, что множество людей выздоравливают благодаря чтению книг об СМН, не связано с эффектом плацебо. По сути, в этом случае вообще нет никакого лечения или взаимодействия с «целителем» – только чистая передача знаний. Именно это и приносит выздоровление.
Недавно появился антипод плацебо – ноцебо. Этим термином описывают ухудшение состояния из-за «плохих» взаимодействий. С латинского nocebo переводится как «я наврежу». Он известен тем, кто интересуется практиками вуду. У моего старого знакомого, семейного врача, однажды была пациентка, которая решила, что умрет – и вскоре скончалась, хотя была полностью здорова.
Повальная боль, захлестнувшая развитые страны, – во многом результат ноцебо. У вас внезапно разболелась спина и нога. По мнению врача, дело в позвоночнике: скорее всего, у вас грыжа диска. Хотя СМН безвреден, слова о том, что боль – прямое следствие структурного нарушения позвоночника, закрепляют симптом. Следуя рекомендациям, вы соблюдаете постельный режим. Вы уверены, что заболевание серьезно, а недуг только усиливается. Он не отступает, поэтому вас направляют на МРТ, которое показывает не только грыжу диска L5–S1, но и разрушение двух дисков над ним, поэтому позвонки трутся друг о друга. Ужасно. Теперь появились объективные доказательства того, что у вас «плохая» спина. Операцию рекомендуют либо сразу, либо в случае, если консервативное лечение окажется неэффективно. Результат: усиливающиеся боли.
Я слышал тысячи подобных историй. Когда же пациенты, наконец, попадают ко мне, они уже испробовали все возможные методы лечения и перенесли операцию, а иногда и не одну, так как эффект ноцебо усиливался при каждом контакте с медициной. Предлагаемые методы лечения всегда основаны либо на структурных нарушениях, либо на патологии мышц – и только подкрепляют страх пациента и продлевают боль.
Стоит ли удивляться тому, что некоторые люди выздоравливают, читая книги, в которых объясняется истинная причина симптома? Поясняется, что в большинстве своем межпозвоночные грыжи – нормальные изменения, а с их спинами все в порядке. А все просто: мы не боремся с эффектом ноцебо при помощи плацебо, а подпитываем невероятную способность разума исцелять тело. А точнее, СМН лечится благодаря тому, что пациенты узнают истинную природу психосоматического процесса.
Лечебная программа
Она начинается с консультации в моем кабинете. Частенько я говорю пациентам, что это их первый урок. Затем им предстоит прослушать две лекции: первая посвящена анатомии и физиологии СМН, а также проблемам диагностики; вторая – психологии и лечению СМН. Материал этой книги есть в лекциях. Некоторые называли программу «говорящим лечением» – согласитесь, очень необычное название для метода лечения физического нарушения.
После консультации и лекций симптомы исчезают у 80–85 % пациентов, как правило, в течение нескольких недель. Тех, у кого все еще остаются боли, приглашают на еженедельные собрания, на которых обсуждаются основные черты СМН и принципы лечения. Многие говорят, что полностью усваивают новые знания при повторении. Порой, чтобы приблизиться к выздоровлению, человеку нужно услышать определенные слова или фразу. Мы обсуждаем всевозможные трудности процесса выздоровления, и пациенты делятся своими успехами и сложностями.
Если несмотря на лекции и групповые занятия боль не отступает, то необходимо более глубокое погружение в психику, тогда прописывается психотерапия. Этот метод приводит к успеху в подавляющем большинстве случаев, и сильные боли остаются лишь у 5 % пациентов.
Что делает лечение столь эффективным? Как я уже говорил, самый главный элемент – образование, хотя, без сомнения, важный вклад вносят и другие факторы. В первой части я описывал идеи Хайнца Кохута, который полагал, что к некоторым эмоциональным расстройствам приводит нарциссический гнев. Я же считаю, что нарциссический гнев в разной степени есть в каждом из нас, что объясняет распространенность в развитых странах психосоматических расстройств разных типов и степени тяжести.
С работой Кохута меня познакомила пациентка Мьюриэл Кэмпбелл. Вот как она объясняла действенность моей программы:
«Так как пациенты с СМН находятся в гневе, видимо, им была нанесена нарциссическая травма. Их ярость выражается соматически, и они идут на прием к обычному врачу, который рекомендует постельный режим или направляет их на операцию. Это лишь усугубляет нарциссическую травму, вселяет беспомощность и усиливает гнев. И вот они ложатся в кровать и, как вы очень живо описывали, чувствуют себя еще более ущемленными и бессильными.
Однако вы, подобно чуткому родителю, принимаете, подтверждаете гнев пациента, а затем успокаиваете и смягчаете его. Вы также даете пациентам важное ощущение единства, когда знакомите их с другими пострадавшими от СМН. Таким образом вы не только знакомите их с отрицаемым гневом, но и значительно рассеиваете его. Вы возвращаете людям ощущение силы, которое было ущемлено. Причем это у вас получается быстро. Ведь ярость расценивается не как топливо, а скорее как продукт распада после нарциссической травмы. Вы его усмиряете благодаря сопереживанию, выполняющему важные функции объектов самости: подтверждение (отзеркаливание), успокоение и утешение (идеализация), неотъемлемое ощущение похожести (перенос). Пациенты, разумеется, все так же уязвимы для будущих травм и накапливают ярость – это объясняет, почему некоторые из нас возвращаются».
Частично согласен с этой интерпретацией, так как очевидно, что эффективность моей программы зависит не только от передаваемых знаний (которые я считаю главным ингредиентом), но и от других факторов. Вполне вероятно, что немаловажную роль играют отзеркаливание, идеализация и перенос. В таком случае внутренний гнев может действительно уменьшаться, что вполне соотносится с исчезновением боли. Вполне вероятно, что именно этим объясняются замечания многих пациентов о том, что лекции очень помогли им в выздоровлении, ведь они получали то, чего не могли дать книги об СМН.
Однако, согласно теории СМН, боль – не соматическое выражение, как выразилась мисс Кэмпбелл, и гнев я не считаю «продуктом распада». Как уже говорилось не раз – все это, скорее, ответ на внутреннее и внешнее напряжение.
Проблема с оценкой действенности моей программы, согласно воззрениям Кохута (на которые и опиралась мисс Кэмпбелл), заключается в том, что мои пациенты не осознают ярость, потому что она вытеснена. А осознание гнева и его причин как раз и есть наиважнейшая составляющая выздоровления.
С другой стороны, следует выделить один момент, о котором упомянула мисс Кэмпбелл. Люди, годами живущие с повторяющимися приступами боли, скорее всего, чувствуют беспомощность, и это должно повергать их «Я» в ярость. Они не знают, когда начнется следующий приступ и насколько он будет сильным. Они частично или полностью лишены свободы движений и не могут планировать занятия даже на завтра, ведь не ясно, в каком состоянии будут их спины.
Когда пациенты узнают, что могут избавиться от этого ужасного проклятия, то порой буквально пьянеют от радости. Одна женщина сказала, что после того, как она избавилась от болей в спине, почувствовала, что способна практически на все. Вера в свои силы – мощнейшее лекарство.
Подводные камни, затруднения, вопросы
Когда пациенты узнают о том, что СМН возникает, по сути, из-за гнева, источники которого – детские травмы, стремление быть идеальным и хорошим, а также множество проблем, с которыми они сталкиваются ежедневно, им кажется, что для выздоровления необходимо избавиться от всех этих факторов. Логика подсказывает, что если причина в гневе, то его необходимо изгнать, как злого духа. Если он вырвется из бессознательного и будет выражен, как в случае Хелен, это, без сомнения, приведет к исцелению. К сожалению, это случается крайне редко. Ярость надежно подавлена, мы ее не чувствуем, а следовательно, не можем выразить.
Также невозможно полностью изменить свой характер и навсегда распрощаться с желанием быть идеальным и примерным. Зная об этих своих качествах, можно скорректировать поведение, тем самым ослабив их негативное влияние. Но, по сути, мы остаемся такими, какими были всегда. Даже такой процесс, как психоанализ, при котором происходит погружение на самые невероятные глубины психики, не меняет личность человека. Чем лучше мы знаем себя, тем меньше боимся таких сильных чувств, как гнев. Хотя он никуда не девается, и мы все так же порождаем это сильное чувство, но признание делает его менее ужасным, он теряет былой накал.
Редко сильные перемены происходят и с образом жизни. К счастью, опыт не раз доказал, что исцеление приносят не перемены, а знания. А для того, чтобы усвоить новую информацию, необходимо повторение.
Мы знаем, что психосоматические процессы не присущи личности, так как даже болевые симптомы, мучившие человека годами, могут отступать в течение нескольких дней или недель. Это ярко показывает случай Джима Кампобелло.
То, что боль проходит, доказывает, что СМН – ответная реакция, которую мозг выбирает ввиду ее эффективности. К счастью, СМН можно повернуть вспять. Если бы этот процесс был привязан к личности, то на выздоровление требовались бы годы, и не факт, что цель бы вообще достигалась.
Большинство участников программы (вне зависимости от того, как долго у них проявлялись симптомы) избавляются от болей через несколько недель, хотя на то, чтобы человек перестал бояться физической активности, порой уходит больше времени. Так от чего зависит скорость выздоровления?
Понимание и принятие природы СМН – интеллектуальный процесс, задача сознания. Так как корни СМН кроются в бессознательном, то для избавления от боли необходимо, чтобы новые мысли проникли в эту часть психики и были ей приняты. В этом-то и загвоздка. Если эмоции кажутся разуму достаточно страшными, то он неохотно расстанется со столь эффективным защитным механизмом, благодаря которому они ослаблены и спрятаны. Сколько времени уйдет на исцеление (и произойдет ли оно вообще), зависит от качества и силы вытесненных чувств. На самом деле неспособность признать, что структурные нарушения не имеют никакого отношения к боли, – сходный процесс. Разум решил, что наилучший способ избавиться от неприятных эмоций – отвлечь внимание человека при помощи синдрома, который отрицает сам себя.
Означает ли это, что битва проиграна? Ничего подобного. В некоторых случаях достаточно несколько недель повторять основные принципы. Если же это не сработает, всегда можно обратиться к психотерапии.
Психотерапия
Однажды человечество осознает, что понимать свою личность куда важнее, чем уметь читать, писать и считать. Частью базового образования станут знания о бессознательном, процессе подавления и особенно о чувствах, которые люди держат в себе. Каждый будет знать о том, что в психике человека живут Родитель, Взрослый и Ребенок, которые частенько спорят друг с другом. Психообразование станет обязательным для чиновников и сотрудников правоохранительных органов, ведь чем ближе эти люди познакомятся с собой, тем большую пользу смогут приносить обществу. Когда я направляю очередного человека на психотерапию, я чувствую, будто отправляю его в элитное учебное заведение.
Психотерапия делится на два больших направления: поведенческая и инсайт-ориентированная (аналитическая). Задача поведенческой психотерапии – учить человека справляться с повседневными ситуациями. Терапевты этого направления помогают людям преодолевать фобии (страх полетов) и отказываться от вредных привычек, например курения.
По изложенным здесь теориям должно быть понятно, что для пациентов с СМН и подобными синдромами подходит именно инсайт-ориентированная психотерапия. Я направляю пациентов к высококвалифицированным психотерапевтам, с помощью которых они смогут исследовать глубины своего бессознательного и встретиться с пугающими, стыдными и недозволенными вытесненными чувствами.
Именно они и порождаемая ими ярость приводят к описанным ранее психосоматическим симптомам. Когда мы осознаем их, физические симптомы исчезают, ведь в них больше нет нужды. Психотерапевты часто сообщают: «Клиент практически не вспоминает о боли, ведь полностью поглощен работой с внутренними конфликтами из-за брака или других важных проблем».
Психотерапия – планомерная работа, а не моментальное решение всех проблем. Так как она занимается глубинными процессами, влияющими на все стороны жизни, она стоит того, чтобы посвящать ей время.
И все же у психотерапии есть один существенный недостаток – цена. С каждым годом эта проблема становится острее, ведь страховые компании все неохотнее возмещают стоимость психотерапии. Такое положение вещей отражает опасную невежественность.
Вопросы
Так как подавляющее большинство людей не знакомы с причинами возникновения СМН и методами его лечения, на их усвоение требуется время. Более того, предугадать все вопросы невозможно, поэтому приведу самые распространенные из них:
Вопрос: Стоит ли и дальше выполнять специальные упражнения и растяжки, чтобы предотвратить очередной приступ боли?
Ответ: Я перестал назначать физиотерапию для лечения СМН много лет назад. Хотя физиотерапевты при каждой удобной возможности исправно подчеркивали психологическую природу болей, каждый сеанс лечения сосредотачивал внимание пациента на его/ее теле, что шло вразрез с моей целью: пациенты должны отбросить физиологию и полностью сосредоточиться на психологии. Это же относится и к любым комплексам упражнений, направленным на укрепление, растягивание или разработку спины.
Итак, я советую пациентам отказаться от упражнений для укрепления или защиты спины. Она в этом не нуждается. Разминка перед занятиями спортом, без сомнения, повышает подвижность тела, но в специальных упражнениях необходимости нет.
Крайне рекомендуется всевозможная физическая деятельность, так как она укрепляет здоровье как психическое, так и физическое.
Вопрос: Более года посещал психотерапию. Почему боли не прекратились, если они были вызваны психическими процессами? Собственно, моя терапевт считает, что корни боли уходят в психику, но ни о каком СМН не слышала.
Ответ: Боли не исчезли, потому что мозг не отказался от выбранной стратегии. Чтобы они прекратились, необходимо установить связь между симптомами и психологическими процессами. Ваш психотерапевт, вне зависимости от того, в каком подходе она работает, не обладает квалификацией диагноста, а следовательно, не в состоянии помочь вам установить эту важнейшую связь. Вы можете сколько угодно находиться в терапии, но пока вы принимаете противовоспалительные препараты, посещаете физиотерапию и отказываетесь признавать, что причина ваших болей – безобидное изменение кровообращения, запущенное мозгом, боли продолжатся. Короче говоря, мозг не распрощается с «дымовой завесой» до тех пор, пока его не заставят.
Вопрос: Знаю, что злюсь. Прямо чувствую это. Более того, я часто это показываю. Так откуда боль?
Ответ: Дело в том, что к боли приводит не та злость, которую вы чувствуете и выражаете. СМН – ответная реакция на злость или ярость, скопившуюся в бессознательном (в таком случае вы и не подозреваете об этом чувстве), или на осознаваемую, но подавленную злость. Осознаваемая злость, которую вы выражаете, к СМН не приводит.
На первый взгляд различие крошечное, но в действительности очень важное. Собственно, именно оно и привело к тому, что появились разные подходы к исследованию психосоматики. Внимание психологов, работающих с такими нарушениями, как фибромиалгия и хроническая боль, сосредоточено на осознаваемых эмоциях (тревога, подавленность и враждебность). Однако теория СМН рассматривает СМН и подобные состояния как внешнее выражение более глубинных процессов, протекающих в бессознательном.
Помните, мы вытесняем злость, которая угрожает самовосприятию. Например, если я жажду одобрения от окружающих и чей-то поступок меня разозлил, я подавлю это чувство, ведь оно разрушает мое представление о себе как о «хорошем парне». Подавление – надежная бессознательная реакция, которая никогда не дает осечек. Мы злимся, но держим злость внутри.
Наконец, ваша злость может оказаться смещенной. Например, вы открыто злитесь на что-то относительно неважное: пробку на дороге или плохое обслуживание в ресторане, а не на супруга или родителей, ибо последнее для вашей психики попросту не позволительно. Среди моих пациентов это встречается часто.
Вопрос: Все знают меня как спокойного, уверенного в себе человека, который никогда не беспокоится и со всем справляется. Так почему у меня болит спина?
Ответ: Качества, которые делают вас спокойным, порождают сильнейший внутренний гнев. Ваш Внутренний Ребенок говорит: «Ты на меня давишь, и это меня злит. Я хочу, чтобы от меня ничего не ожидали и заботились обо мне, а вместо этого ты вынуждаешь меня заботиться о других. По-настоящему мне важен только я».
Вопрос: Я лучше всех в мире справляюсь с проблемами. Почему у меня должна болеть спина?
Ответ: Потому что мастера решать проблемы берут на себя множество обязательств, а «Я» это не любит.
Вопрос: Кажется, я знаю, на что внутренне злюсь. Точнее, уверен, что это связано с тем, что в детстве мать всегда меня унижала. Почему боль не уходит?
Ответ: Частый вопрос. Симптомы не проходят по трем причинам. Первая: пациенты не понимают, как сильно злятся. После того, как многие осознают, что внутри все клокочет от ярости, их боль заметно уменьшается. Вторая: некоторым требуется не просто признать, но и почувствовать свою злость. Если это не помогает, стоит задуматься о психотерапии. Наконец, причиной некоторых симптомов может оказаться не то, что, по их мнению, приводит к гневу. Этим людям, скорее всего, тоже потребуется поработать с психотерапевтом.
Вопрос: Как отличить обыкновенную мышечную боль от боли при СМН?
Ответ: Боль в мышцах после непривычной активности проходит через день-два. СМН же длится неделями, месяцами и даже годами.
Смена расположения очага боли
Время от времени у пациентов с СМН появляется новый очаг боли. В лекциях я описываю многочисленные вариации синдрома, который поражает самые разные мышцы, нервы и сухожилия, чтобы пациенты распознавали новую боль (если она появляется) как очередное проявление СМН. Хотя я и предупреждаю, что такое может произойти, и советую в таких случаях сразу же звонить мне, люди все равно с готовностью отыскивают другую причину новой боли.
Бывшая пациентка прожила год с болью в правой ноге, что сильно усложняло ей жизнь. Например, ей приходилось нажимать на педали газа и тормоза левой ногой. Когда она, наконец, догадалась, что, скорее всего, это СМН, она пришла на прием. Диагноз был поставлен, и женщина поехала домой уже без боли в ноге.
Однажды позвонила другая пациентка. Два года назад благодаря программе она избавилась от болей в спине и регулярно бегала. Позвонила она через три недели после того, как после очередной пробежки у нее разболелось правое бедро. Она посетила врача, который поставил диагноз «бурсит большого бугра бедренной кости». Ей прописали местные инъекции стероидного препарата и противовоспалительный препарат орально. Боль не отступала, женщина подумала об СМН и позвонила мне. Я сказал, что СМН часто поражает это место и что новый симптом – явно замена боли в спине. Мы попрощались, а позднее в письме она рассказала: «Мозг опять подгадил. Я так разозлилась, что наорала на него. Боль как рукой сняло».
Нередко повторные проявления СМН становятся причиной операций. Позвонила женщина, которая прошла у меня успешное лечение три года назад. За несколько месяцев до звонка у нее появилась боль в плече. Она проконсультировалась с рядом специалистов по плечевым суставам, прошла МРТ, которое показало надрыв вращательной манжеты, и была направлена на восстановительную операцию.
Симптомы пропали, но когда несколько недель спустя боль появилась в абсолютно том же месте, но на другом плече, она заподозрила неладное и позвонила мне. Я сказал, что тендинит плеча часто встречается при СМН, и предложил пройти осмотр. Несколько дней спустя женщина пришла в назначенное время и рассказала, что боль в плече исчезла на следующее утро после нашего разговора.
Новая боль исчезала у этих пациентов так быстро потому, что они уже знали об СМН. В свое время они уже усвоили основополагающие концепции, поэтому им не требовалось проходить этот постепенный процесс повторно. Как только они распознавали новый симптом как проявление синдрома, он переставал отвлекать внимание и пропадал.
Помимо прочего, почти моментальное прекращение симптомов в подобных случаях говорит кое-что о патофизиологии СМН. Боль не могла возникнуть в результате воспаления или компрессии при структурном нарушении: последствия обоих типов не исчезают за минуты или часы. Однако она отлично объясняется небольшим кислородным голоданием, так как вегетативная нервная система способна изменять кровоток в течение нескольких секунд.
Замещение также может возникать параллельно с психологическими симптомами. Молодая женщина, проходящая лечение, призналась, что теперь у нее бывают дни без боли, но в это время она «сама не своя». Итак, она хотела начать курс психотерапии, чтобы разобраться с эмоциональными качелями, пока «рана открыта». Я очень обрадовался тому, как хорошо она усвоила основные положения. Очевидно: мозг создает боль и непростые эмоциональные состояния, чтобы отвлекать внимание, и одно может с легкостью подменять другое.
Итак, я все время предупреждаю пациентов о вероятной замене места очага боли, но по прошествии двух-трех лет они об этом забывают и сталкиваются с дискомфортом, которого можно было бы избежать.
Рецидив
Появляется ли боль снова? Да, но не часто. Опросы бывших пациентов показали, что долговременное «излечение» наступает в 90–95 % случаев.
На столь высокий уровень «выздоровлений» повлияло то, что в течение многих лет я подбирал пациентов для программы. Нет смысла лечить тех, кто по различным причинам не может воспринять идею физического нарушения, вызванного психическими процессами. А как уже говорилось ранее, принятие этой модели – ключ к нормализации состояния.
При повторении боли (которая редко бывает сильной) я назначаю осмотр в зависимости от обстоятельств. Пациент вновь слушает лекции или посещает групповые занятия, на которых выясняется и обсуждается причина возвращения боли. Некоторые решают пройти курс психотерапии.
Неотъемлемое условие излечения
В конце лекций я говорю пациентам, что они не могут считать себя полностью «выздоровевшими» до тех пор, пока с уверенностью не скажут, что:
– они практически полностью или полностью избавились от боли синдрома мионеврального напряжения. Небольшая боль допускается, ведь в конце концов мы всего лишь люди;
– они готовы вернуться к полноценным занятиям спортом и другой физической активности;
– они не боятся двигаться;
– они отказались от физиотерапии или фармакологического лечения.
Из первой части книги мы знаем, что страх отвлекает внимание намного эффективнее боли. Следовательно, если выполнены не все эти условия, боль не уйдет либо неизбежно вернется. Необходимо доказать мозгу: мы понимаем, что происходит, нас не сбить с толку, а самое главное – мы больше не боимся. Это настоящее состязание логического сознания и иррационального бессознательного. В этой истории воистину два главных героя.
Альтернативная медицина
Ежегодно миллионы американцев обращаются за помощью к адептам так называемой альтернативной или нетрадиционной медицины. Почему? Ответ очевиден: официальная медицина оказалась бессильна. В особенности это относится к патологиям костно-мышечной системы, речь о которых идет в этой книге. Традиционная медицина не смогла вылечить этих людей из-за того, что оказалась не в состоянии поставить верный диагноз. И не удивительно: невозможно помочь пациенту, если не установить природу нарушения, от которого он страдает.
Практически все альтернативные методы лечения заточены на эффект плацебо. Не будь его, они бы не существовали. Разумеется, они полезны, но не приводят к полноценному, долгосрочному выздоровлению, ведь эффект плацебо практически всегда кратковременен.
Так как большинство нарушений костно-мышечной системы – проявления СМН, то любое лечение, направленное только на тело, скорее продлит, а не снимет боль. Поэтому, как ни парадоксально, хотя нетрадиционные методы лечения и приносят временное (и, как правило, частичное) облегчение, зачастую они продлевают патологический процесс, так как внимание пациента полностью сосредоточено на больной части тела.
По этой причине я не одобряю большинство альтернативных методов. Диагностика и лечение синдрома мионеврального напряжения не относятся к нетрадиционной или холистической медицине. Мы руководствуемся методами клинической медицины: установление причинно-следственных связей между эмоциями и физическими симптомами позволяет поставить корректный диагноз и назначить адекватное лечение.
Все же есть один довольно грамотный нетрадиционный подход к болезням. Эндрю Вайль, выпускник Гарвардской медицинской школы, учитель и практик, как и Норман Казинс, учит, что в каждом человеке скрыта способность к самоисцелению, что мы, как говорил Казинс, «сильнее, чем о себе думаем». В книге «Спонтанное исцеление»[44] Вайль описывает многочисленные способы, помимо традиционных, благодаря которым можно победить болезнь.
Описанный в этой главе метод лечения – пример того самого потенциала к самоисцелению. Он доказывает, что мы действительно сильнее, чем о себе думаем.
Предостережение и совет читателям: многочисленные письма от тех, кто прочитал мои книги о болях в спине и выздоровел, наглядно показывают, что разум способен поворачивать вспять психосоматические нарушения. Тем не менее считать, что ваше состояние – результат психосоматических процессов, можно только после должного обследования и тщательного осмотра квалифицированным врачом, который исключит серьезное заболевание.
Это не означает, что психосоматический диагноз ставится методом исключения просто потому, что невозможно поставить другой. Однако так как очень немногие врачи ставят психосоматические диагнозы, человек вынужден приходить к нему самостоятельно. Вот почему так важно в первую очередь исключить заболевание не психической природы.
Мне звонили и писали многие люди, которые решили, что у них СМН, и искали поддержки. К сожалению, из этических соображений я не имею права давать им медицинские советы. Однако тому, кто полагает, что страдает от СМН или похожего состояния, долгое время неукоснительно следовал рекомендациям врача, но так и не избавился от симптомов, советую рассмотреть курс психотерапии у психиатра или психолога, ориентированного на психоанализ.