— А теперь не врет, — удивилась Чудица.
— Сиди здесь, не вздумай бежать, — приказала Лана и оттащила русалку на несколько шагов.
— Ты что, правду и ложь чувствуешь?
— Иногда. Когда весь день на нервах и место магическое.
— Тоже папа научил?
— Мама.
Вернулись к дракончику.
— Как ты попал в этот лес?
— Подлетел к картине, на которой был лес нарисован, и картина меня всосала. Один миг — и я тут.
— Это ты вчера пел?
— Я.
— А корзинку с едой ты принес?
— Нет. Скелет и корзинку принес зеленый дракон. Я сидел в кустах и наблюдал за вами. А потом перебрался поближе к корзинке. А ты в меня — черепом… Между прочим, очень больно! Могла бы и извиниться.
— Щас я тебе прутом по попе извинюсь. Дракон с корзинкой был большой?
— Не очень. В три раза больше Шушика.
— А кто такой Шушик?
— Один знакомый дракон. Он сейчас в Эмбере живет, его многие знают.
— Дракона Шумила знаешь?
Пленник задумался.
— Я знаю тысячу драконов. Даже больше. Очень большая вероятность, что среди тысячи драконов одного зовут Шумил.
— Не врет, но чего-то не договаривает, — прокомментировала русалка.
— Ты взрослый? Сколько тебе лет?
— Отгадай загадку. Моему брату Дылдику, с которым мы родились в один день, триста лет. Сколько лет мне?
Лана вопросительно посмотрела на русалку.
— Говорит правду, но все время врет, — пояснила та.
— Как это может быть?
— А я знаю? У него спроси.
— Если вы меня развяжете, я вас охранять буду. От хищников… — сердито и в то же время жалобно пробурчал дракончик. — Только очки отдайте.
— Зачем тебе очки?
— Они глаза от веток и листьев защищают, когда по лесу летаешь. Без них никак нельзя.
— Не врет, но чего-то недоговаривает, — прокомментировала Чудица.
— У каждого могут быть какие-то маленькие тайны. Очки мне дороги как память.
— Не пора спасать твоего сына? — в который раз спросил Влад.
— Нет, ситуация под контролем, — отозвался Шумил. По его виду этого сказать было нельзя. Зеленый, чешуйчатый весь извелся.
— Твоим сыновьям на самом деле триста лет?
— Нет. Только Дылдику. Он как-то провалился во временную аномалию. Основал мышиную цивилизацию от нечего делать. Триста локальных лет там прокантовался, прежде, чем аномалия снова раскрылась.
— Может, все-таки, раскроемся перед девочками?
— Рано. 512-й должен сам выпутаться. Иначе это удар по самолюбию.
— Ну так развяжем или съедим? — задала вопрос Светлоокая. Вроде, за ним никакого криминала не числится.
— Развяжем, — подсказал дракончик.
— Твой голос совещательный, — осадила его Чудица. — Меня вот что беспокоит…
— Ну, так развяжем или съедим? — задала вопрос Светлоокая. Вроде, за ним никакого криминала не числится.
— Развяжем, — подсказал дракончик.
— Твой голос совещательный, — осадила его Чудица. — Меня вот что беспокоит…
Русалка замялась. Потом обратились к дракошке.
— Ты здесь один?
— Так много здесь кого, вон какое чудо из озера вылезло.
Лана в бессилии зарычала и возвела очи горе.
— Где твой сообщник? Если не ответишь, я тебя в озеро макну!
Принцесса громко крикнула. Даже слишком громко. Нарастающий треск ломающихся сучьев заставил испуганно прикрыть ладонью рот. Лана с Чудой глянули в испуганные глаза чешуйчатого и стали судорожно рвать путы.
Главная интуитивная точка, которая в простонародье называется пятой, подсказала, что убегать уже поздно. Девочки медленно повернули головы и уткнулись в пасть увенчанную острыми клыками. Две кошки резко превратились в мышек, которые даже пискнуть перед змеёй не могут.
Озерное чудо-юдо встало в стойку и стало приноравливаться к углу броска, чтобы за раз ухватить всех троих.
— Бежим! — дракоша вывел своим визгом подружек из ступора.
Связанные подхватились следом за зеленым хвостом, который петлял среди деревьев и кустов. Щелкнувшие за спиной челюсти придали уставшим подружкам неплохое ускорение.
Проломив бурелом очутились на очередной поляне. Пойманный дракоша остановился всмотрелся-вслушался в лес и заключил.
— Оторвались.
— Сей-час я те-бе что-нибудь отор-ву… — еле дыша, просипела Лана и завалилась на спину.
Силы окончательно покинули красавицу, даже веки держать открытыми удавалось с трудом.
— Ланка, ты давай вставай! Некогда разлеживаться! Нам еще из лесу выходить! — русалка толкала принцессу в плечо, побуждая ту подняться, но безрезультатно.
— Отстань. Устала я. Посплю и пойдем. — Глаза закрылись окончательно. Если бы не мерное дыхание бледная Светлоокая могла бы вполне заменить собою любого покойника.
— От блин, пороги с перекатами! Лан, ты что? Съела что-то нехорошее? — русалка некоторое время пыталась растормошить напарницу, потом тяжело вздохнула и пристроила ее голову у себя на коленях. — Зеленый, разыщи камней с мой кулак размером, если что, отбиваться будем.
— Очки сначала отдай, — пробурчал дракончик, — Мне без них камни не найти.
Но перекусил ствол молодой березки и зубами и когтями начал заострять наконечник, изготавливая копье.
— А если отдам, не убежишь?
— Не-а. Пока из леса не выберемся.
— А если не отдам?
— Я на тебя тете Миле пожалуюсь. Сама будешь не рада.
— А кто такая тетя Мила?
— Пестрая дракона. Она замечательная, хоть и училка.
«Трехсотлетний дракон пожалуется на меня училке. Сколько же лет они взраслеют?» — задумалась Чудица. Отстегнула от пояса очки, еще раз прижала к лицу и с сожалением отдала.
— Спасибо, — поблагодарил дракончик, явно повеселев, надел очки и начал оглядываться. Потом копнул несколько раз землю копьем и выворотил камень. — Такой пойдет?
— В самый раз! Ты молодец! А тетя Мила Шумила знает?
— Нет. Они еще не встречались, — к ногам русалки лег второй камень.
— Вот ты и попался! — обрадовалась русалка. — Колись уж, какое задание тебе Шумил дал?
— На чем это я прокололся? — нахохлился дракончик.
Как может нахохлиться чешуйчатая рептилия? О, словами это не передать. Это надо видеть!
— Ты сказал: «Они еще не встречались». Отлично знаешь обоих. И не отпирайся, я чувствую. Так что тебе поручил Шумил?
— Вас охранять. Чтоб с вами ничего страшного не случилось. Ну, слегка попугать можно, чтоб не скучали.
— Уже лучше. Похоже на правду. Так кем тебе Шумил приходится?
— Папой, — сознался дракончик.
— А как тебя зовут? Только честно!
— 512-й.
— Ну да, наслышана, 1024 сыночка и лапочка-дочка. Будем знакомы, я Чудица.
— Тетя Чудица, вы вчера ничего плохого не ели? Ну, там, грибов, лягушек? — дракончик положил лапку на лоб Светлоокой. — Мне кажется, у нее сбой терморегуляции. Температура ушла в плюс.
— Мы вчера вообще ничего не ели. Болото! Она жаловалась, что тины наглоталась!
— Быбыдрых мраз в хрызаппу! Надо срочно эвакуировать больную! — обеспокоился дракончик.
Глава 7
— Отстань. Устала я. Посплю и пойдем. — Глаза закрылись окончательно. Еслибы не меное дыхание бледная Светлоокая могла бы вполне заменить собою любого покойника.
Где-то во владениях Сна.
Стояла красавица на лугу, усыпанном белыми ромашками. Потянулась к одному цветку, а тот почернел, лепестки уронил и пожух. Потянулась к другому, все повторилось.
— Да что за напасть, такая! — негодуя, топнула ногой, увяли цветы в радиусе метра. — Дрема, Сон, вы меня слышите?
На поляне из тумана соткалась белая девица. Посмотрела на учиненный урон и покачала головой.
— Ланочка, ты за что ромашки невзлюбила?
— Да люблю я ромашки, веночек хотела сплести, отдохнуть от этого леса ненормального, в который нас с Чудой Влад и Шумил забросили! А они все вянут и в руки не даются!
Стал расширятся черный круг, подминая белые цветочки. Дрема непроизвольно отступала шаг за шагом. Принцесса вдруг почувствовала холод, который стремился проникнуть в самое сердце. Тьма скользила по тонкой ауре, и черный узор из лилий превращался в одно большое размытое пятно.
— Успокойся Светлоокая! Иначе погубишь весь луг! А я его люблю, здесь думается хорошо! Сон, где тебя нелегкая носит?! Успокой гостью, а то быть беде.
Появился русоволосый бог за спиной страдалицы и набросил ей на плечи пушистое покрывало.
«Тепло, хорошо и не страшно» — тьма стала отступать и принимать привычные очертания.
— Спасибо, а то почернела бы со страху. Точно бы беды не миновали.
— Держи. — протянул принцессе травяной отвар, провел над поляной рукой и снова зацвели погибшие цветы и встало всё на свои места. — Ты где столько тьмы набрала, да еще и не своей? Кто тебя траванул?
— Да случайно всё получилось. В болото мы попали, там и наглоталась тины да воды пакостной. А Чуда говорила, что нельзя её пить, мол злая, вот… — Лана отпила горячего напитка и стало совсем хорошо и тепло. — Слушайте, а вы не знаете как из леса выйти? А то уж больно кулак чешется Владу люлей навесить.
— Так ты можешь Властелина сама найти. Вон у тебя и кольцо его есть. Связаны вы, вот и иди по связи, не отвертится он от встречи. — добро улыбнулась Дрема.
Лана посмотрела в красный камень, в котором полыхала тьма. И вспомнила как Вера ей тоже говорила, что если сосредоточиться, то Влада найти можно скользнув мыслями по тьме.
— Пора мне просыпаться. А то Чуда с зелененьким дракошей панику поднимут. — Встала на ноги Светлоокая.
— Так в добрый путь, красавица. Владу привет передавай. — Сон хлопнул в ладоши.
Голубые глаза резко распахнулись и уставились на обеспокоенные лица русалки и дракончика.
— Что с вами? Опять на нас кто-то охотится? На пять минут оставить нельзя!
— Ланка! Здоровая! — Чуда полезла обниматься.
— Интересный феномен. Только, что жар был, минута и снова всё в норме. — 512-й что-то еще бормотал, но его уже никто не слушал.