— Эй, Несский! Ты бы спрятался. У нас гости. Чуда, быстро на борт! — закричал 213-й.
Рулевой заметил плот и изменил курс. Катамаран быстро приближался и больше не менял ни формы, ни размеров. Пассажиры вскочили со своих мест и столпились у борта.
— Уровень конца 20, начала 21 века, — оценил 512-й. Бырбыдрых! Они нас фотографируют! Что будем делать?
— Притворимся украшениями. Замри и не двигайся, — одними губами, не открывая пасти, скомандовал 213-й. 512-й послушно замер. Лана тоже оценила опасность и накинула на плечи русалки куртку, пряча крылышки. Заглянула в каюту и приказала низкоросликам не высовываться.
— Улыбаемся и машем. Машем и улыбаемся, — не раскрывая рта, прошипел 213-й. Чудице дважды повторять не понадобилось. По натуре она была очень жизнерадостной девушкой.
Катамаран сбросил скорость и по широкой дуге начал огибать плот. Защелкали фотоаппараты.
— Эй, на плоту, вам нужна помощь? — проревел в мегафон высокий и чернобородый капитан в белоснежном кителе.
— Нет! У нас все хорошо. А вам? — прокричала Лана.
— Нам тоже нет! — ответил капитан. — Как называется ваше судно?
— Внук Кон-Тики! — на ходу сочинила Лана. В каюте послышалось недовольное бурчание, и девушка стукнула в стенку пяткой.
— Хорошее имя! — оценил капитан. — Удачного плавания!
— И вам удачного плавания!
Катамаран прибавил ход и резко повернул, ложась на старый курс и рассчитывая пройти в двадцати метрах перед носом плота.
— Ни-и-ити… — простонал 512-й. Но ничего сделать уже было нельзя. Нити ушли под нос катамарана, и никто на его борту этого не заметил. Какое-то время даже казалось, что обошлось…
Резкий рывок бросил Лану лицом на мачту. И хорошо, что вчера она трижды обмотала нить вокруг. Чудице повезло меньше. Нить вздернула ее на рею. И теперь оба дракончика удерживали ее, чтоб не перекинуло через и не увлекло вслед за катамараном.
То ли в глазах начало темнеть, то ли стремительно темнело небо. Нет, точно небо темнеет! День сменился звездной лунной ночью. Небо в алмазах! Температура резко упала. Дыхание вырывалось изо рта морозным парком. В лицо ударил колючий мелкий снег. Ночь сменилась хмурым зимним утром. Небо раскололось от вспышки молнии. Грохот оглушал и подавлял. Струи дождя моментально промочили насквозь. Ветви кустарника хлестнули по глазам. Лана зажмурилась и вцепилась в мачту. Градины размером с голубиное яйцо застучали по крыше каюты, забарабанили по затылку, по спине. Басовито загудели снасти под напором ветра. Плеск волн сменился шуршанием песка. Вновь расколола небо молния, обрушился гром. Лана потеряла сознание.
Очнулась под жарким солнцем. Она лежала на циновке, рюкзак под головой заменял подушку. Тело чесалось от песка под одеждой.
Один дракончик хлопотал над Чудицей, другой — над разложенными рядком хоббитами. Чудица выглядела неважно. Кожа бледно-зеленого цвета обтягивала скулы.
— Что с ними? — прохрипела и закашлялась.
— Наши все живы. А вот они… — дакончик оглянулся куда-то через плечо. — Зоопарк…
— Что с нами было?
— Это называется «скачка по отражениям». Но о такой дикой я даже в анналах не читал. А все из-за того, что катер намотал на винты ваши нити.
— И где мы теперь?
— В пустыне. Катамаран тоже здесь. До него шагов триста. Я сходил на разведку. На каждом винте намотано килограммов по двести ваших нитей. Пока не отцепим, уйти не сможем. Хорошо еще, что вас на разные винты намотало. А то бы вовек не распутать.
— Пассажиры живы?
— Дышат… Только они озверели сильно…
— Как это?
— Ну, наполовину звери. Конь в пальто, медведица в платье. Обезьяна в смокинге. Там всякие. Вроде, люди, а вроде животные. Боюсь даже думать, что будет, когда очнутся. А нам надо валы винтов перепилить. Легче распутывать будет.
— А с чего они это… Озверели?
— Когда катаклизм с нитью начался, бухты нити на винтах начали набирать массу. А нить же магическая. Да с собой притащила магику тех мест, где лежала. Вот тем, кто рядом был, и не повезло.
У Чудицы тоже мутация ускорилась. Крылышки вдвое больше стали. Но, думаю, она не огорчится.
Русалка застонала, поднесла руку к лицу и закашлялась.
— Очнулась! — обрадовался дракончик.
Лана перевернулась на четвереньки и подползла к Чуде.
— Ты как подруга?
— Пока жива. Пить очень хочется.
512-й подхватился в каюту. Секунда и он уже протягивает бутылку болезненой.
— Держи только пей маленькими глоточками.
Чуда слушаться не стала, половину выпив залпом, а половину вылила на себя сверху. Кожа стала снова приобретать здоровую зелень.
— Где мы? — озираясь, решила уточнить Чуда.
— Не хочу тебя расстраивать, но мы в пустыне. Так что пока сильно не поливайся водой она нам еще пригодиться. — Лана вдруг почувствовала, что за нить кто-то дергает. Сильно так дергает. — Да кто такой не вежливый?
Досада в голосе переросла в злось. Принцесса подскочила на ноги и отправилась объяснять хулигану, что дергать за все что под руку попадает некультурно и может закончиться плачевно для дернувшего.
Идти далеко не пришлось. Поднялась на ближайший бархан, и взору открывалась психоделическая картина. По сравнению с творившимся безумием, дракон психоаналитик просто невинная шалость разыгравшейся фантазии.
Вокруг Катамарана бегали очнувшиеся животные, которые панически кричали, пытались ходить на задних лапах, путались в одежде и нитях тянувшихся от винтов. Лана хлопала глазами и поверить не могла в творившееся.
— Верка меня точно убьет. Такое могло только со мной случиться. Так надо их успокоить. — Набрала побольше воздуха в грудь и крикнула. — Господа и дамы! Прекратите панику! Я сейчас постараюсь объяснить, что произошло!
Гомон зоопарка усилился, но бегать как ополоумевшие, они перестали.
— Итак… — и тут красавица зависла. Что соврать не знала, правду не совсем понимала. — Понимаете, произошла небольшая ошибочка, и вы попали в другой мир.
Гомон опять стал наростать.
— Подождите, подождите. Не надо кричать! Ваше превращение временное, я надеюсь. Покрайней мере я знаю одну ведьму, она вас обязательно расколдует. Вот только вернется, я надеюсь, что вернется. Ай, ты чего.
Принцессу со всего размаху боднул козел одетый в галстук. Ногу пронзила просто адская боль. От греха подальше красавица расправила крылья и взлетела на сколько было возможно.
— Прекратите вести себя как звери! Иначе оставим вас в пустыне и сами выходите от сюда как хотите. — рявкнула с высоты крылатая.
Маленькая куница стала усиленно перекрещивать себя, удивленно мекнувшего козла быстро зашикали и тоже пытались себя перекрестить. Подбежали дракончики.
— Это что еще за крестный ход?
Ланка по благоговейным мордам поняла: молятся. До этой мысли догодались и братья.
— О, вестник бога! Поведай нам грешным, за какие грехи нас так покарал всевышний. — с подвыванием стенал 213-й. Его поддержал весь зоопарк.
— Вы сами знаете свои грехи. Но это не наказание, это шанс искупить их. Пройдя сквозь пески, вы обретете земли обитованные. — Лане вспомнились сказания о первых инквизиторах, которых Мозес Светлоокий провел через горы и основал Литу, а потом появился Дротаверин. Они бежали от тьмы и лишь силой своего духа смогли противостоять всем невзгодам. — А сейчас для вас первое испытание! Надо снять винты и помочь священным драконам распутать нить!
— Па-а-а-аслушай же-е-е-енщину, сде-е-е-елай наоборот, — заблеял старый козел при галстуке, в светлой клетчатой рубашке и белых штанах. Одежда сидела на нем аккуратно и ладно, словно он уже много лет был козлом. — Мы-ы-ы-ы будем жда-а-а-ать помощи зде-е-е-есь.
— Вы не хотите выйти из пустыни? — Лана чуть не села на песок.
— Со-о-о-орок лет водил Моис-сей е-е-евре-е-ев по пустыне. Это был е-е-единственный случай, когда е-е-евре-е-еи по-о-о-овелись.
— Ты не веришь вестнику богов? — удивился 512-й.
— Ве-е-естнику богов че-е-е-ерти не сужат, — проблеял старый козел.
— Кажется, наша миссия провалилась, тихо произнес 213-й. — А нам еще неделю здесь кантоваться, нити распутывать. Если мы с ними конфликтовать начнем, плохо будет.
— Даю вам неделю. Думайте над моими словами, советуйтесь. Через неделю дадите мне ответ, — Лана развернулась к зоопарку кормой и гордо удалилась.
— А ты знаешь, у меня крылышки подросли, — встретила ее счастливая русалка. — Скоро мы вместе летать сможем. Тогда до Амона-Тарна за один день долетим.
— Хватит у нас мощи, чтоб буксировать Чуду на параплане? — задумался 512-й. — Нет, лучше на дельтаплане. На мотодельтаплане!!! Наколдуем дельтаплан — и хоть сегодня вылетать можно!
— Сначала надо нить распутать, — хмуро осадил его 213-й.
Лана села рядом с Чудой и разглядывала её крылья, которые по размеру стали походить на орлиные. Летать на таких не реально, но вот хлопанье уже звучало куда внушительнее.
— Я не протяну здесь неделю… — вдруг сказала Светлоокая. Встала и уверенно пошагала в сторону звуков грандиозной стройки.
Дракоши отпиливали винты, которые были больше похожи на клубки шерсти. С легким свистом Зор и Зира покинули свои одежды. Один клинок блеснул Светом, другой Тьмой. Братья в недоумении посмотрели на принцессу и морально приготовились обезвреживать буйнопомешанную.
— Отойдите. Я сейчас нить покрамсаю, с винтов она спадет, а там видно будет. Глядишь, снова срастется и станет прямой. — Лана первым выбрала винт, на который намотался её конец. Уж если и рисковать чьей-то жизнью, то лучше своей. Если что пойдет не так, то винить будет не кого.
Для надежности расставила пошире ноги. Клинки легко разделили клубок на две равные половины вместе со стальным сердечником. Разрезанные кусочки подобно разумному существу поднимались с песка и соединялись, показывая путь в замок Амона-Тарн. Второй винт постигла та же участь.