После этого Бэйли шел строго по центру дорожки, стараясь не отставать от остальных.
Робот привел их к длинному, низкому зданию, построенному из серого камня. Спустившись на три ступеньки и пройдя сквозь каменную арку, они оказались в большой комнате, которая сразу же напомнила Бэйли его кладовую. Повсюду был навален разный хлам; изогнутый лист металла, похожий на корпус космической ракеты, был прислонен к каменному постаменту, витиевато украшенному резными цветочными узорами. Остальные части ракеты, исписанные причудливыми закорючками, свисали со стропил, слегка покачиваясь на сквозняке, гулявшем по комнате из-за открытой двери. Там и сям стояли ящики, на которых были написаны названия далеких звездных систем, валялись детали промышленного оборудования (Бэйли только смог определить, что это какое-то оборудование, но назначение его было загадкой), в углу стоял верстак, заваленный металлическим мусором.
— Обождите здесь, уважаемые, — сказал привратник. Один из углов комнаты был превращен в некое подобие гостиной: там каменный пол был устлан пестрым ковром, а на нем стояли кушетка и несколько кресел. — Устраивайтесь поудобнее. Куратор выйдет к вам через несколько минут.
— Это мастерская? — осведомился Бэйли, глядя на верстак.
— Здесь Куратор проводит эксперименты и хранит свою коллекцию, — ответила Гитана. — По крайней мере, ее часть. Сложно сказать, сколько всего артефактов Древних удалось ей собрать.
— Я все еще сомневаюсь, стоит ли показывать ей нашу карту, — сказала Захария Гитане, продолжая спор, начатый ими еще на корабле. — Откуда я знаю, что могу доверять ей?
— Если Куратор захочет помочь нам, я не берусь даже гадать, насколько ценной информацией она может поделиться с нами, — ответила Гитана. — С вашей стороны было бы глупо упускать такой шанс только из-за того, что вы доверяете лишь своим «сестрам».
Бэйли повернулся и пошел к верстаку: он уже слышал этот разговор раза три, не меньше.
В центре стола находился плоский брусок металла, лежащий на полусфере из такого же металла. Плоская сторона сферы была прикреплена к бруску, а круглая сторона была внизу, служа неустойчивым основанием. Немного смахивало на перевернутое жареное яйцо с выпуклым желтком. Вся эта конструкция беспрерывно качалась туда-сюда.
Подумав, что устройство потревожила вибрация от шагов, Бэйли остановил колебания, взявшись рукой за металлический брусок. После чего отпустил его и начал изучать другие предметы на верстаке: кусок блестящей ткани, украшенной вышитыми иероглифами, сломанную металлическую полоску, которая сильно походила на ленту Мебиуса у него в кармане.
Бэйли наклонился к полоске, чтобы рассмотреть ее поближе, и вдруг заметил, что металлическая сфера снова пришла в движение. Он был уверен, что не толкал верстак, но все же вновь остановил этот маятник.
Он собрался вернуться к изучению полоски, но заметил, что сфера опять закачалась. Нахмурившись, он протянул руку, чтобы остановить ее, как услышал у себя за спиной чей-то тихий голос:
— Не трать время попусту. Все равно будет качаться.
Бэйли обернулся и увидел древнюю старуху ростом не выше его, одетую в мешковатое серое платье. На груди у нее красовался круглый значок: золотая патафизическая спираль на сине-зеленом фоне.
— Извините, — пробормотал Бэйли. — Я подумал, я задел нечаянно.
Старуха пожала плечами:
— Это качается, по моим подсчетам, вот уже пятьдесят тысяч стандартных лет. Перпетуум мобиле[4]. Пользы от него, в общем-то, никакой, но в то же время посмотришь — и дух захватывает. — Она любовно прикоснулась к краешку качающейся сферы. — Мы понятия не имеем, для чего это нужно было чужакам. Может быть, просто детская игрушка, а может — важная деталь звездолета. Просто мы этого не знаем. — Она расплылась в улыбке. — Хотя я роюсь в мусоре, оставшемся от Древних, уже много лет, все равно считаю, что их тайны непостижимы.
Бэйли указал на сломанную ленту:
— Интересно, а это что?
— Эта лента досталась мне от одного торговца, который выкупил ее у пирата, ограбившего одного трупокрада. Ее разрезал этот дурак-трупокрад. Он, видите ли, хотел посмотреть, как она работает. Трупокрадам вечно не терпится все разобрать.
— А чем это было до того, как он сломал ее?
— Если верить торговцу, она влияла на время, создавая локальную зону медленного или быстрого времени, в зависимости от настройки.
Бэйли кивнул, с удовлетворением отметив, что его предположения были верны.
— А почему вас заинтересовал именно этот предмет? — с улыбкой спросила Куратор.
— Да так просто, — ответил Бэйли. Он не горел желанием показывать свою ленту Мебиуса такому заядлому коллекционеру, испугавшись, что она непременно захочет заполучить столь ценный экземпляр. — Интересно стало, вот я все.
Но Куратор его уже не слушала. Она смотрела мимо него, в сторону Незабудки, стоявшей в другом конце комнаты. Та держала в руках золотую сферу и не сводила глаз с ее блестящей поверхности.
— Это одна из твоих друзей? — спросила Куратор.
— Да, это Незабудка, — Бэйли был рад сменить тему разговора. Он повысил голос, обращаясь к «сестре»: — Эй, Незабудка!
— Не кричи, она тебя не слышит. Ее поймала сфера.
Бэйли вслед за Куратором пересек комнату и подошел к Незабудке. Куратор закрыла золотистую сферу руками, чтобы Незабудка не могла видеть ее блестящую поверхность.
«Сестра» растерянно заморгала и осмотрелась по сторонам:
— Что?.. — пробормотала она. — Где?..
Куратор взяла сферу из рук Незабудки и отвернулась, не давая Бэйли возможности взглянуть на этот артефакт.
— Постойте немножко здесь, — бросила она и ушла в темный угол комнаты.
— С тобой все в порядке? — поинтересовался Бэйли у Незабудки.
— Все нормально. Как никогда лучше, — ответила она. — Вот только… — Она непонимающим взглядом окинула комнату. — Мне казалось, что я веду увлекательнейшую беседу с… кем-то. Я не знаю, с кем.
— Ты никогда не вспомнишь, с кем и о чем ты разговаривала, но ты простояла бы здесь, воображая потрясающе интересный разговор, пока не свалилась бы от голода и усталости, — сказала вновь появившаяся Куратор. — Прими мои извинения. Мне следовало убрать это. Некоторые артефакты Древних обладают притягательной силой. Но у меня так редко бывают гости.
— А что это было? — спросил Бэйли.
— Ну, этого никто не знает. Может быть, мышеловка, гипнотизирующая вредителей. Возможно, чужаки использовали это в качестве наручников, чтобы предотвратить побег заключенного. Или просто образовательная игрушка для детей. Никогда нельзя отрицать такую возможность. — Куратор с улыбкой развела руками. — Однако, я уверена, что моя старинная подруга Гитана уже заждалась меня.
Бэйли и Незабудка вместе с Куратором подошли к креслам, где сидели Гитана и Захария.
— Гитана! Как приятно снова видеть тебя! Хочешь чашечку чаю?
В комнату вошел слуга-робот, несущий на своей спине поднос с чаем. Еще одна фламианская игрушка — имитация гакрузианского коврового червя — была размером с кофейный столик и передвигалась на нескольких тысячах тонких ножек, сделанных из прозрачного хрусталя.
Куратор разлила чай, благоухающий неземными ароматами, отдаленно напоминающими апельсин и мяту. Бэйли неспешно прихлебывал свой чай, пока Куратор разглядывала гостей поверх своей чашки. Наконец, она обратилась к Гитане:
— С твоего последнего визита прошло много времени. Где ты была? И в какой уголок Галактики тебя несет на этот раз?
Гитана взмахнула рукой:
— Слишком долго обо всем рассказывать. Буквально только что, нас с друзьями в секторе Фарров захватили трупокрады.
— Трупокрады в секторе Фарров? Совсем обнаглели. Обязательно расскажешь мне о том, как вам удалось от них убежать. Но сначала представь мне своих друзей.
— Это мои компаньоны: Захария Фарр, Незабудка Фарр и Бэйли Белдон, норбит из приличной семьи.
Куратор кивнула, улыбнувшись Бэйли.
— Вы, несомненно, родственник Бриты. Очень рада видеть вас. Вы сказали, что хотите мне что-то показать?
Гитана сняла с пояса портативный голографический проектор и включила его. Внезапно вся комната оказалась заполнена золотыми стрелками карты.
— Прекрасно, — усмехнулась Куратор.
— Ты не удивилась? Неужели видела раньше что-либо подобное?
Куратор кивнула:
— Да, видела. Но это только копия. Где же оригинал?
— В руках моей дочери, — прервала молчание Захария. — В центре Галактики. Мы используем эту карту, чтобы найти ее.
— Ах, вы, значит, решили, что это карта. — Куратор откинулась на спинку кресла и снова улыбнулась. — Смелое предположение.
— Многие золотистые линии совпадают с известными нам «червоточинами», — заявила Захария. — И у нас нет причин предполагать, что остальные не совпадут.
Куратор нервно потерла лоб. Бэйли вспомнил, как она говорила о непостижимых тайнах Древних и стал гадать, о чем же она сейчас думает.
— Мы направляемся вот сюда, — Захария встала и показала на серебристую сферу в центре переплетения сверкающих лучей. — Перед нами открывается многообещающая перспектива.
— Так-то оно так, — тихо сказала Куратор. — Только не всем большим надеждам суждено сбыться, — и она сделала глоток чая.
— В данном случае, у нас есть основания полагать, что наши надежды сбудутся. Фиалка добралась туда, и послала нам сообщение, в котором предлагает и нам прилететь к ней, — ответила Гитана. — Так что Захария и ее «сестры» собираются, можно сказать, в гости к Древним. А ты знаешь о Древних больше кого бы то ни было в нашей галактике. Поэтому мы здесь.
Куратор улыбнулась и произнесла ехидным голосом:
— Ты льстишь мне, Гитана. А это верный признак того, что тебе от меня что-то нужно.
Бэйли всмотрелся в лицо Гитаны, тщетно пытаясь уловить ее реакцию.
— Только твои знания, дорогой Куратор, — ответила она в тон.
— Хорошо, но кажется, я смогу предложить вам нечто большее. — Куратор поднялась и пошла к ящикам. — Только помогите мне немножко, я покажу, какой ящик надо открыть, — попросила она, и Бэйли, Захария и Гитана принялись снимать «этот ящик с того», а