— Чтобы защищать интересы женщины, мне не обязательно ее трахать, — хмыкаю и поднимаюсь на ноги. — В любом случае тебя это уже не касается.
— Ах ты ж... — пытается встать, но я нажимаю ладонью на его плечо, вынуждая плюхнуться обратно.
— Два дня у тебя, чтобы принять решение.
Кидаю деньги за кофе на стол и ухожу. Остается надеяться, что Илья не конченый придурок и примет правильное решение. Шанс я ему дал. Последний. Точнее, единственный. В его интересах оставить женщину в покое...
Остаток дня убиваю на подготовку к слушанию. Я, конечно, уверен, что Илья трусливо сдастся, но все же готовлю план «Б». Что Люба нам может противопоставить? Видео, порочащее репутацию Елены? Добытое незаконным путем. Но ответочка уже лежит в папке. Анализ крови дал положительный результат на кое-какие препараты, путающие сознание. А видео с камер наблюдения недалеко от офиса Маковецкой явно свидетельствуют о времени, когда Лена туда вошла и вышла. Ну и на том злосчастном кафе тоже, как оказалось, есть камера.
Грязно сработали. Очень грязно и топорно. Явно не рассчитывали получить достойный отпор. Тем лучше для меня. Про то видео можно забыть. А вот доказательств разгульной жизни Ильи у меня благодаря Рустаму предостаточно. На любой вкус и цвет. Не хватает только вишенки на торте. Но придется подождать. Рустам работает небыстро, но качественно.
Проверяю почту и пишу сообщение Леденеву. «Добрый вечер. Все в силе?» Ответ приходит мгновенно: «Да. Все по плану. Дети готовы участвовать в нашей затее». Расплываюсь в улыбке. Вот молодец мужик, не подвел. «Спасибо. Рассчитываю на вас. Время пришлю ближе к делу».
Ну все, драгоценная моя «принцесса», я тебя спас от дракона. Любой суд будет на твоей стороне. Даже купленный не рискнет идти против. Это самоубийство. Конец карьере и репутации. Победа близка, только вот вкус ее горчит на губах.
Скоро все закончится, и я должен буду отпустить Елену. Как и обещал. От одной мысли об этом в груди неприятно давит. Порочная сделка вышла боком и стала камнем преткновения в наших отношениях. Так и подмывает переиграть партию и затянуть ее финал на неопределенный срок. Но это подло и нечестно по отношению к Лене. Хотя куда уж подлее. Я и так по уши извалялся в этой грязи и не представляю, как от нее отмыться.
Паршиво на душе. Домой ехать не хочу, боюсь не справиться с собой и натворить дичи. Сворачиваю в клуб. Надо выпить и расслабиться, чтобы разгрузить голову, а то можно и потечь крышей от напряжения. Бросаю тачку на закрытой парковке и иду в здание. Покупаю бутылку вискаря и падаю за один из свободных столов. Все нахер, только релакс и никаких угрызений совести.
Заливаю в себя крепкое пойло, но, сука, не берет. Как специально. Алкоголь просто не действует на меня, а мозг лихорадочно ищет пути, как разорвать порочный круг. Я сам себе припер к стенке. Сейчас все закончится, и она уйдет. Не хочу опускать, но и удерживать силой больше не хочу тоже. Надо поговорить, рассказать всю правду, но что, если не поймет? Что, если не захочет больше меня видеть? Да пиздец! Раздраженно зарываюсь пальцами в волосы.
— Надо же, какая встреча. — Надменный женский голос раздается совсем рядом. Узнать его труда не составляет — Маковецкая собственной персоной. Следит, что ли, за мной? Настучал небось уже Илья.
— Любань, каким ветром? — оборачиваюсь к ней и расплываюсь в опасной усмешке.
— Да вот, решила пропустить бокальчик, — пожимает она плечами и строит из себя святую невинность. Хорош, Люба, тебе не идет.
— Присоединяйся.
— Рано празднуешь, — хмыкает она и опускается на диван напротив. — Еще ничего не ясно.
— Ой ли, — ухмыляюсь я. — У тебя нет шансов.
— Ты использовал меня.
— Все, как учили, — отвечаю в том же тоне и делаю несколько глотков вискаря. Мне азартно и пьяно. Наконец повело, и грань с реальностью немного стерлась.
— Романовский ни за что не подпишет. — Люба недовольно поджимает губы. Что-то мне подсказывает, что он уже все подписал и это всего лишь блеф. Слабенький.
— Да мне похуй, — оскаливаюсь я. Дни этого персонажа один хрен сочтены. Как только Рустам нароет доказуху, а он ее непременно нароет, появится уголовное дело по очень тяжелой статье.
— Да и правда, — меняет она гнев на милость и наклоняется вперед, так что я вижу кромку ее белья. — Может, возьмем бутылку и ко мне?
Томный голос и многообещающий взгляд. Снисходительно смотрю на нее. Ну едва из платья не выпрыгивает. Люба явно знает, как действует на мужчин. Только не на меня. Я околдован другой ведьмой. Не светит тебе ничего, дура.
— Умеешь делать горловой минет? — спрашиваю с подъебкой, чтобы привести в чувство.
— Я умею все... — хрипло шепчет она, закусывает нижнюю губу, а на своей ширинке я чувствую ее туфлю. Дура, блядь!
Телефонный звонок прерывает нашу милую беседу. Смотрю на дисплей. Елена. В такой час? Мгновенно трезвею и выхожу, где потише. Перезваниваю.
— Что случилось? Почему ты не спишь?
— Ничего. Я просто волнуюсь, — тихо отвечает она. — У тебя все хорошо?
— Да…
Как приятно, черт возьми. Улыбка помимо воли появляется на губах. Как мало мне надо для счастья.
— Скоро приедешь?
— Ты хочешь, чтобы я приехал? — зачем-то уточняю. Мне просто жизненно необходимо услышать ее ответ. Именно сейчас, когда я разнес свою душу в щепки, мне нужен хоть какой-то ориентир.
— Очень хочу, — выдыхает Елена, а я забываю, как дышать.
Сердце громко ухает в груди, словно лечу на американских горках вниз.
— Уже еду, — говорю, сбрасываю звонок и улыбаюсь, как идиот.
Как же классно осознавать, что любимая женщина не спит. Ждет меня. А я и правда идиот. Готов признать это публично, а потом положить мир к ее ногам.
— Поехали? — На плечо ложится ладонь Любы.
— Куда? — усмехаюсь я.
— Дим, ты чего? — закатывает она глаза.
— Люба, — вздыхаю я. — Какая же ты дура.
— Чо?
— Через плечо.
Жестом подзываю такси, прыгаю в тачку и называю адрес. Домой. Где меня ждет любимая женщина. Внутри все кипит и пузырится от переизбытка эмоций. Непередаваемое ощущение эйфории накрывает меня с головой.
Глава 27 Елена
Откидываю телефон в сторону и зажмуриваюсь. Неужели я и правда решилась? Сама позвонила Дмитрию. Сомневалась весь вечер, но все же не смогла пересилить себя. Беспокойство за него перевесило и смущение, и все остальные надуманные причины.
Едет домой. Ко мне. Улыбка помимо воли появляется на губах. Не видела его целый день, а такое ощущение, что вечность. Соскучилась ужасно.
Прикрываю глаза и позволяю себе немного помечтать. Послезавтра суд, мне отдадут Мишеньку. Я не сомневаюсь в этом. Мы пойдем в парк вчетвером. Мы с сыном, Анютка и Дима. Будем есть сладкую вату и кататься на аттракционах. Мишутка любит паровозик и колесо обозрения. А потом пойдем в кафе, будем есть пиццу и пить молочный коктейль.
Трель дверного звонка врывается в сладкие грезы. Распахиваю глаза и не сразу соображаю, что происходит. Я уснула? Видимо, да и мне приснилась наша прогулка. Подробностей уже не помню, но ощущение трепетного волнения и бесконечной нежности осталось со мной.
Улыбаюсь и иду к двери. В глазок вижу Диму и открываю ему. Смотрит как-то странно, а взгляд поплывший. Догадка пронзает меня насквозь.
— Ты пьян? — ахаю я.
— Я в дрова, — с готовностью соглашается он и буквально вваливается в квартиру.
Вот это новости. Усаживаю его на пуфик и помогаю снять ботинки. Образ идеального мужчины может и затрещать по швам. Кого я обманываю? Дмитрию это не грозит. Он даже пьяный будоражит мои чувства.
Помогаю дойти до кровати и сесть на нее. Ловит меня и усаживает к себе на колени. Вжимается носом в шею и шумно втягивает воздух. Он пьян, но мне отчего-то не противно. Меня не отталкивает его поведение. Дима словно превратился в ласкового котенка, который мурлычет у меня в руках. Это так необычно и волнительно. Доверяет, раз решился показаться в таком виде?
— Ленка, я так больше не могу, — хрипло шепчет Дмитрий и буквально вгрызается в мою шею.
Взвизгиваю от неожиданности и лавины мурашек, что разбегаются по коже. Спрыгиваю с его колен и отхожу на безопасное расстояние. Не хватало еще засос получить. Хороша же я буду на суде.
— Как так?
Смотрит на меня долгим взглядом и молчит, словно боится сказать то, что хочет. Но это же Дима — он ничего не боится. Или я его плохо знаю.
— Я тебе сделку предлагал? — говорит немного растянуто, но голос звучит ровно и уверенно.
— Предлагал, — нервно сглатываю, не понимая, куда он клонит. Что еще случилось? Дима же не хочет меня бросить в одном шаге от суда? Он же так не поступит? Мои ладони мгновенно становятся влажными от волнения.
— Ты согласилась?
— Согласилась...
— А почему?
Вопрос ставит в тупик. Даже не понимаю его сути. Зачем спрашивать то, о чем и без меня прекрасно знает. Складываю руки на груди и шумно втягиваю воздух. Что происходит? Я не знаю, как должна ответить, чтобы остановить неминуемое бедствие.
— Я жду ответа. — Дмитрий хмурится и продолжает сканировать меня взглядом. Становится не по себе еще больше. — Почему ты согласилась на эту гребаную сделку?
— У меня не было другого выхода, ты же знаешь? — нервно кусаю губы.
— Выход есть всегда, — вздыхает он и зарывается пальцами в волосы.
— Дим, что случилось?
Присаживаюсь перед ним на корточки. Ловлю лицо в ладони и вынуждаю посмотреть в глаза. Ищу в них злость или обиду, но нет, полный штиль. Лишь где-то в самой глубине плещется что-то мне непонятное. Болезненно тоскливое.
— А если бы на моем месте был кто-то другой? Тоже бы согласилась?
Удивленно распахиваю глаза. Он сейчас что, шутит? Да нет, не может быть. Но его лицо остается серьезным. Это ревность?
Я запуталась. Что ж ты такой сложный, Дмитрий? Дал бы хоть шпаргалку.
— Если бы на твоем месте был кто-то другой, — улыбаюсь и невесомо касаюсь его губ своими, — я бы обратилась к тебе. И только к тебе.