– На подходе к бакену. Причем я думал, что он уже труп – еле шевелился. Но полосу прибоя преодолел ловко, молодец. Слушай, солдат, а где твои вещи?!
Пытаюсь сглотнуть для ответа, чуть не давлюсь. На столе тут же появляются кружка сидра и бокал томатного сока. Благодарно кивнув, запиваю соком.
– Сэр сержант, разрешите доложить, сэр? Хрен его знает, уверен, что где-то далеко в море, сэр!
Влажный воздух взрывается хохотом крепких мужских глоток.
– Вот, только полотенце в прибое выловил, да и то, наверное, не мое.
Отсмеявшись, Ник хлопает по плечу:
– Да, ты точно любитель приключений, Серж. Не переживай, обслуга успела собрать брошенные вещички с началом шторма. Зайдешь на площади в диспетчерскую, поглядишь.
– Спасибо, сержант. А то трусы да мокрое полотенце – маловато для итогов первого дня отдыха.
Приятный низкий женский голос за спиной неожиданно поддерживает тему:
– Вот и я так думаю, пловец.
Разворачиваюсь, встаю. Наряд военной полиции. Тропическая форма – легкие шлемы, светло-синие безрукавки на белых футболках, шорты, сандалии, дубинки на поясах, служебные бляхи. Трое. Старший, точнее, старшая – женщина. Лет тридцати – тридцати двух, явная примесь восточной крови, тонкая и высокая – с меня ростом. В руке специальный учетник военного образца. Отлично тренирована – мускулатура развита. И очень красивая к тому же. Спутники – обычные Эм-Пи. Здоровые шкафы с квадратными челюстями.
– Лаура, не обижай парня. Я таким же бесшабашным в молодости был.
– Ты и сейчас далеко не образец, Макс. Почему не выполнил распоряжение и полез в море, рядовой?
– Лаура, он залез в море до распоряжения.
– Что?
Требовательный взгляд темных суровых, с характерным разрезом, глаз:
– Это правда?
– Да, мэм. Больше четырех часов купался. Море, оно как знойная женщина – пока не наиграется, не отпустит.
– Класс! Как тебе комплимент, мисс Эм-Пи?
– Да, неплохо. Достаточно, чтобы захотеть познакомиться. Твой жетон, солдат?
Снимаю, подаю требуемое. Интересно, новости о разгроме базы дошли? Самое непонятное – совершенно не волнуюсь. Холодная спокойная отстраненность, переходящая в апатию. Полицейская вставляет жетон в стандартный аккумуляторный сканер, читает данные на дисплее.
– Следовало ожидать. Вы, «дельтовцы», все сумасшедшие.
– Ого! Так ты из «Дельты», Серж?
– Да, Ник.
– А по тебе не скажешь.
– Так и задумано.
– Росс, ты еще и младший воентех?
– Первого разряда, мэм.
– Здесь нет ошибки?
– Если там указано, что я еще и младший специалист авиаотряда, значит, все правильно, мэм.
– Тогда что ты здесь высиживаешь?
– Прошу прощения, мэм?
– Всех специалистов-техов собрали для оказания помощи в устранении аварии.
– Лаура, он только что из моря, ему не успели сказать. И дай пожрать парню. Серж, ты хоть завтракал?
– Соку попил, Макс. А потом хотел отпить от моря, но оно мне не понравилось на вкус. Мэм, вы позволите скушать еще пару бутербродов?
– Ладно, ешь. Бармен, у тебя единственного кофе горячий – сделай мне чашечку.
– Правильно, Лаура. Посиди с нами, настоящими боевыми мужиками, успеешь еще к своим штабным малахольным.
Легкая презрительная гримаска, красавица-шатенка получает чашечку кофе, грациозно присаживается, возвращает жетон. Подчиненные берут по пакету орешков, занимают соседние стулья. Так, я понял, зачем нужны пластиковые карты – по одной из них идет расчет с барменом. Терминал, кстати, аккумуляторный.
– Лаура, что там с электричеством, ты не в курсе?
– Возятся, Макс. Ты же знаешь нашего теха. Не знаю, каких ему набрали помощников, но результата пока нет.
– А бригада из Сити?
– Оползень на дороге. И хорошо, если один. Что-то мне говорит, что ужин будет бутербродами, как и обед, если терминалы вообще не отключатся.
– Хм-м. Что думает начальник санатория?
– Макс, ты слишком много от него хочешь. Вся аппаратура связи молчит.
А вот это замечательно. Пустите меня к ней минут на пять, и она замолчит навечно. Доедаю последний кусочек, допиваю сок. Можно было бы умять еще столько же, но благотворительность, похоже, кончилась.
– Готов, Росс?
– Да, мэм. Мне бы еще зайти в диспетчерскую – поискать свои вещи.
– Да уж понятно. Как вы, мужики, еще яйца свои ухитряетесь не терять – загадка.
Сопровождаемые очередным взрывом смеха, выходим. Дождь перестал, но ветерок гуляет, и тучи не уходят. Шлепаю босиком по лужам. Диспетчерская.
– Иди, поройся, «Дельта», только не задерживайся.
– Да, мэм.
Вхожу.
– Сэр?
Двое мужчин из гражданского персонала встречают за стойкой. Интересное выражение лиц – строго нейтральное, но чувствую, что отдыхающие вояки надоели им хуже горькой редьки.
– Уважаемые (тень удивления), я сегодня на пляже до шторма разделся, ушел в море поплавать. Плавание затянулось, в общем, вышел только сейчас. Мне сказали, что если что-то успели собрать, то надо спрашивать у вас.
– Сэр, какой у вас был номер пляжа?
– Э-э-э, вряд ли мне удастся это вспомнить. Там ничего особого не было. Сумка с мелочевкой, рубашка, шорты, шлепанцы. Да, еще самое главное, – многозначительно показываю запястье без ремешка с картами.
– Сэр, номер сборки не помните?
– Уважаемый, после четырех часов в море… Мне их выдали только вчера. Кроме как «помогите, пожалуйста», больше ничего сказать не могу.
Что-то у работников изменилось после вежливого обращения. Чуть подумав, один открывает проход:
– Заходите, сэр, на склад, поищем.
Через двадцать минут выхожу из диспетчерской в стандартном прикиде военного курортника – рубашке, шортах, легком кепи, шлепанцах, с небольшой камуфлированной сумкой через плечо. В сумке лежат найденное в море полотенце, мои сырые трусы, примерно подходящие по размеру плавки, солнцезащитные очки и набор из трех пластиковых карт. Дело не в доброте работников, а в том, что этого добра на полках залежи. Срок отдыха вояк один месяц, и многие, не утруждаясь или банально нажираясь, бросали ставшие ненужными вещи прямо на пляже. После того как я, «расстроившись» отсутствием «свого» добра, сделал очень печальное лицо, дядьки предложили подобрать что-нибудь подходящее, хотя бы для того, чтобы дойти до начальника санатория и переоформить карты. Вот и подобрал, параллельно стащив комплект чьих-то карт с полки – там их тоже хватало. Необходимость в них присутствует одна – не выделяться на фоне других отдыхающих. Конечно, приобрести бы еще покушать… но не рискну – сто процентов, имеют привязку к владельцу и срок действия.
Красавица Востока Лаура ведет дальше, напарники топают сзади. На ходу застегиваю ремешок пластиковых карт на правом запястье. Теперь соответствие типичному образу военного курортника полное. Пересекаем наискось площадь с выложенной разноцветной плиткой эмблемой вооруженных сил, подходим к двухэтажному зданию управления. Навстречу попадается группа из четырех человек в рабочих оранжевых комбинезонах с инструментальными сумками.
– Отто, вот тебе еще одного теха в помощь отловила. Когда свет дашь?
– Лаура, в распределительной наладили, надо идти на подстанцию. Чертова буря! Слушай, ты уверена? Что-то он слишком молод для теха.
– Согласно данным жетона, рядовой Росс помощник воентеха первого разряда.
– Куда катится мир? Уже и соплякам присваивают первый разряд.
– Слышь, Отто, выбирай выражения. Я еще и военнослужащий взвода «Дельта», могу вежливости научить в два счета. С ущербом для здоровья.
– Что?! Ты…
– Он прав, Отто. Тебе как сержанту следовало бы следить за языком. А ты, рядовой, приказом начальника санатория поступаешь во временное распоряжение сержанта Ланса до устранения поломки.
– Слушаюсь, мэм. В распоряжение поступлю, но терпеть оскорбления больше не буду.
– Э-э-э, рядовой… Капрал, отведите рядового переодеться.
– Хорошо, сержант. Пойдем, боец.
Подсобное помещение со стандартными металлическими шкафами для одежды.
– Занимай любой, сейчас подберу тебе робу поменьше размером. Не обижайся, солдат, но ты действительно молод и мелковат.
– Специальный набор, капрал. Будь уверен – наглого сержанта урою за секунды.
– Не стоит этого делать. Ланс – племянник начальника санатория и говнистый парень. Не волнуйся, Лаура сейчас прочистит ему мозги.
– Она тоже родственница начальника санатория?
– Нет, начальника над начальником санатория. Что поделаешь – море место теплое, спокойное и не бедное.
– Да уж, не Реджистанс по лесам гонять.
Переодеваюсь в комбинезон. В длину нормально, но в ширину еще одного уместить можно. Подпоясываюсь брезентовым ремнем, так намного лучше. Инструментальная сумка… Девственно чистый инструмент электрика. Беру с полки тестер, щелкаю переключателями.
– Аккумуляторы на столе, приятель.
– Угу.
Переодевшись и экипировавшись, выхожу. Сержант-тех на улице меня якобы не замечает, красотка с напарниками уже ушла. Движемся по аллеям. Мозги включились, запоминаю местность, думаю над планом на ближайшее время. Необходимо как-то легализоваться, потом добраться до водного мотоцикла или катера с полным баком. В ближайшей перспективе не мешало бы еще поесть.
Подстанция встретила темнотой и запахом паленого металла. Сержант растерянно встал у входа. Понятно, в этом оборудовании он не разбирается. А вот я в прошлой жизни имел соответствующий допуск и работал с электрооборудованием гораздо большей мощности и сложности. Включаю фонарь, прохожу внутрь. Отделенный крашеной проволочной сеткой проход, несколько щитовых, оштукатуренные стены, выложенный белой керамической плиткой пол. А где резиновые коврики и перчатки? Бардак полнейший – отсутствуют. В конце прохода вижу махину трансформатора, понижающего высокое напряжение до трехфазного сетевого. Кстати, гудит.
Разворачиваюсь:
– Сержант, нам нужны ключи от щитовых, защитные резиновые перчатки и коврики. Высокое подается, поэтому под ток попасть элементарно. Учитывая влажность, зажарит за секунды на месте.