Спецсвязь мне.
ФСОшник что-то говорит в микрофон хендс-фри и собирается уходить.
(неожиданно) Запомнил этого… жирного..?
Щелкает пальцами, пытаясь вспомнить имя.
(неуверенно) Никиту Итальянцева…
ФСОшник(поправляет): Савву Португальцева.
Путин(вскипает): Да мне похер! Слушай сюда. Выкинуть из лагеря. Сегодня же. Потом пробей: если учится – отчислить, работает – уволить. С "волчьим билетом". Пусть кирпичи таскает. Или цемент. В мешках.
ФСОшник(задумчиво): Может он – наркосбытчик? У таких, если как следует в карманах пошарить, обязательно запрещенные вещества отыщутся.
Путин: Не надо отсебятины! Ожирение у парня – надо помочь вес скинуть. Неквалифицированным физическим трудом. Пока всё.
Жестом подзывает связиста с черным чемоданчиком.
(связисту, вполголоса) Кадырова мне. Срочно.
Занавес.
Сцена вторая.
РФ. Валдайская возвышенность. Ухоженный уголок леса с мощенными итальянской плиткой дорожками. В центре скорее молодой, чем зрелый, американец с густой шевелюрой. Бейджик на его пиджаке гласит "Майкл Макфол, эксперт". С ноткой раздражения в голосе он зовет своего спутника, удалившегося в чащу.
Макфол: Слава! Слава! У нас есть мало времени!
Из кустов выходит довольный Сурков. У него в руке образцово-показательный белый гриб с блестящей шляпкой.
Сурков: Ну, что я говорил! Здесь даже в самое засушливое лето отыщется отменный экземпляр.
Макфол, не обращая внимания на гриб, берет его под руку и возвращается к прерванному разговору.
Макфол: Слава, вы знаете, что такое кредитная история? Так вот, у господина Путина она плохая. Очень плохая. И сейчас уже не важно – какой платеж он просрочил, какую сомнительную сделку заключил. Он токсичен…
Сурков недоверчиво смотрит на гриб – так, будто слово "токсичен" относится к нему.
(резко) Почему не отставка? Какие тут риски? Он может сделать демарш?
Сурков: Он – нет.
Макфол: А кто?
Сурков: Чечня и Москва. У них личные гарантии. И там, и там. Удали гаранта – и…
Бросает гриб в кусты.
…ситуация выйдет из-под контроля.
Макфол: У вас есть решение?
Сурков молча кивает.
(удивленно) И по Чечне?
Сурков(беспечно): Тут все просто.
Макфол на мгновение останавливается, пристально смотрит на Суркова, удовлетворенно кивает и идет дальше прежним прогулочным шагом.
Макфол: Детали меня не интересуют. Что с Москвой?
Сурков: Он сам все сделает.
Макфол: Кто?
Сурков: Наш токсин.
Макфол: Зачем ему это?
Сурков: Понимаете, Майкл, психикой человека управляют детские страхи. Путина однажды напугала крыса. (азартно) Представьте: тощий питерский пацанчик с криминальными замашками загоняет животное в темный угол под лестницей и тычет острым концом лыжной палки в мякоть крысиного брюшка. Мгновение – и он насадит ее, как жука на булавку. И тут – метаморфоза: обреченная на мучительную смерть крыса кидается на своего палача. Тот в панике бежит наверх, перепрыгивая сразу через две ступеньки, и чудом успевает захлопнуть дверь перед крысиным носом…
Макфол: Что это значит? (недовольно) Стивен Кинг какой-то.
Сурков(продолжает): …в то роковое мгновение мальчик сам стал крысой! Почувствовал в попе упругий хвостик. Вонючий начёс по всему телу. Усики…
Пауза.
Он уязвим, понимаете, Майкл! Достаточно вернуть его в крысиное состояние, и он сгруппируется для прыжка. Рефлекс…
Макфол(с сомнением): Я не доверяю психоанализу. Предпочитаю алкоголь.
Сурков(продолжает, как ни в чем, ни бывало): …Мы давно над этим работаем. Поверьте: у него уже отрос хвост! Гигантский хвост в палец толщиной тащится по паркету премьерского кабинета вслед за хозяином. Он уже убедился, что премьер в этой стране – никто. Пыль. И здесь ничего нельзя изменить. В этой котируется только главный начальник – "начальник номер один". России или Москвы – не важно. Еще мгновение – и наша крыса прыгнет.
Макфол: В кресло мэра?
Сурков: Да! Но сначала удалит из него Лужкова.
Пауза. Они останавливаются. Макфол напряженно думает.
Макфол: Зачем нам это нужно? Это только все усложняет. Ведь так?..
Сурков улыбается, берет Макфола за локоть и они идут дальше.
Сурков(загадочно): Понимаете, Майкл. У нас есть преимущество перед мальчиком Вовой – мы знаем, куда и в какой момент крыса собирается прыгнуть. Более того, мы контролируем каждый ее вздох, каждый нейрон крысиного мозга. В конечном счете, мы этим мозгом управляем. Так что никаких неожиданностей…
Макфол(просветленно): Кажется, понимаю…
Макфол и Сурков заходят в летний конференц-зал: быстровозводимый навес, офисные стулья, пюпитр, задник с символикой "Валдайского форума". Макфол и Сурков здороваются за руку с некоторыми участниками мероприятия и присаживаются в углу, недалеко от выхода.
Голос ведущего: Президент Российской Федерации Дмитрий Анатольевич Медведев!
Музыка. Аплодисменты. На трибуну выходит президент.
Медведев: Рад приветствовать коллег на российской земле! Приятно видеть знакомые лица, что настраивает, конечно, на конструктивную работу по широкому спектру вопросов, касающихся модернизации российской экономики и основ гражданского общества. А также – хочу это отметить особо! – перезагрузки внешней политики. Причем, далеко не только в разрезе российско-американских отношений. Гораздо шире! Не секрет, что здесь у нас целый блок вопросов и болезненных проблем, возникших в недавнем времени. Скажу прямо: не все из них я разделяю. При всем моем уважении к предшественникам, их вкладу в развитие диалога, я полон решимости проводить свой собственный внешнеполитический курс, контуры которого, я надеюсь, мы с вами наметим в ходе совместной работы…
Макфол(Суркову, на ухо): Слава, вам будет интересно слушать выступление президента?
Сурков(иронично): Я его писал!
Макфол: Тогда, может быть, вернемся к нашим баранам?
Сурков(поправляет): К нашему агнцу.
Оба встают, незаметно выходят и продолжают прогуливаться по дорожке. На этот раз в обратном направлении.
Макфол: Как вы сказали? "Агнцу"?
Сурков: Ну да. "Агнец" – это…
Щелкает пальцами, подыскивая подходящее слово.
…баран-тинэйджер. В библейском смысле.
Макфол(понимающе): А-а-а! Русские еще говорят, что баран всегда смотрит на "новые ворота".
Сурков(поправляет): Пялится.
Макфол: Что это значит?
Сурков(пожимает плечами): Ничего. Фольклор…
Занавес.
Сцена третья.
ВВЦ. Один из павильонов. Ярмарка "Золотая осень-2010". В свете прожекторов сцена, окруженная причудливой конструкцией из металла в форме арки или ворот. На заднике – символика мероприятия. У микрофона Лужков. За его спиной разнокалиберное начальство. Выделяются: Путин, Песков, глава Минсельхоза РФ Скрынник и вице-мэр Ресин.
Лужков: …Недаром в старину все отечество наше звалось (торжественно) Московия! Здесь бьется сердце России! Здесь ее мозг! Все дороги ведут в Третий Рим! А Четвертому, как гласит русская народная пословица: не бы-вать! Как бы ни старались некоторые ребята с берегов Невы…
Оборачивается.
(Путину) Я, конечно, не про Вас, Владимир Владимирович.
Смех. Аплодисменты. Путин улыбается.
Москвичи хорошо помнят и ценят Ваше доверие, с которым вы относились к проблемам города. И никогда не позволяли себе грубого давления и беспардонного вмешательства в хозяйственные вопросы столицы! Чего сегодня, скажем откровенно, очень недостаёт некоторым молодым руководителям.
Одобрительный шум.
Ресин(Путину, на ухо): Юрий Михайлович, выражается со свойственной ему горячностью. Хотя в целом…
Лужков: Хочу предоставить слово премьер-министру Российской Федерации… это по должности… а по существу, нашему национальному лидеру! Владимиру Владимировичу Путину!..
Бурные аплодисменты. Путин, аплодируя, выходит к микрофону.
…И хочу заверить. Не знаю, какое решение будет принято по кандидатуре на двенадцатый год, но москвичи свой выбор уже сделали! Путин! (скандирует) Пу-тин! Пу-тин! Пу-тин! (Путину) Прошу!
Лужков передает Путину микрофон и отступает назад.
Путин: Юрий Михайлович – выдающийся политик. Я бы даже сказал, один из символов нашей государственности. Человек-эпоха. И мнение его – тем более что он чутко держит руку на пульсе москвичей – очень для нас значимо. Без преувеличенья…
Аплодисменты.
Ресин(Лужкову, на ухо): Молодец, Юрий Михайлович. От всего сердца.
Путин: …Но не надо забывать и о достижениях нашего сельскохозяйственного производства, представленного здесь в лице своих лучших представителей.
Аплодисменты.
За годы политической стабильности и неуклонного роста, мы сделали большой задел. А грамотная работа правительства в условиях кризиса позволила не растерять достигнутое преимущество. Отдельное спасибо Москве и ее бессменному руководителю.
Аплодисменты.
Москва сегодня – это не только крупнейший потребитель сельхозпродукции, но и создала собственные передовые предприятия, предоставляющие отменное качество товаров на столах москвичей. А это дорогого стоит!
Аплодисменты.
Что греха таить – продовольственная безопасность пока не обеспечена на должном, стратегическом уровне. Протекционистская политика Европейского союза и, будем откровенны, братской Беларуси ставит российских производителей в неловкое положение. Это надо признать. И в растениеводстве, и в скотоводстве. Глава Минсельхоза, я надеюсь, даст конкретные цифры…