ные мысли, я пытаюсь найти на них управу, но из-за волнения мне это не удается. Я сконцентрирована на разговоре Вали.
Душой и сердцем я с ним.
Чтобы немного переключиться, беру телефон, открываю социальную сеть и начинаю тупо листать ленту. Ищу за что бы зацепиться глазами, ведь подслушивать чужие разговоры нельзя, а перестать волноваться у меня не выходит.
Открываю местный новостной паблик и внутри все обмирает.
– Вааль, – произношу протяжно. Сама в шоке смотрю на видео, что попало в сеть.
Кровь отливает от лица.
Я без труда узнаю время и место этой съемки. Знаю, что будет дальше, ведь я одна из тех, кто запечатлен на экране.
Этот тот самый момент, когда Жуков сбил меня.
Какой кошмар…
– Валя! – подскакиваю с дивана и со всех ног бегу к нему. От отчаяния и страха слезы наворачиваются на глаза.
– Марина, выйди, – говорит мне сухим тоном.
Всхлипываю.
– Это не я! – пытаюсь до него достучаться. Делаю шаг вперед.
Но Жуков моментально останавливает меня взглядом. Заставляет сделать шаг назад.
Прижимаю руки к груди, мне тошно до боли. Внутри все аж скукоживается от страха.
Я так боюсь его потерять!
Видеть разочарование в глазах любимого человека просто ужасно. Но гораздо ужаснее это полная неизвестность, как все изменить.
– Пожалуйста, поверь мне, – молю Валентина. – Я ничего Косте не говорила, – кусаю до крови губы, слезы безостановочно текут по щекам.
Мне так больно… Так страшно… Так обидно!
Валя с минуту безотрывно смотрит на меня и не говорит ни единого слова. Он только слушает о чем вещает человек на том конце провода.
– Это не я, – шепчу глотая слезы.
– Знаю, – произносит сурово. – Иди к детям. Я скоро к вам подойду.
От его слов мне становится чуточку спокойнее, но противное чувство все равно разрывает душу на части. Мне очень хочется получить чуточку тепла и внимания, но все мои желания разбиваются о холодный лед его голубых глаз.
Беру себя в руки и выхожу из кабинета. Осторожно, чтобы лишний раз не потревожить Валентина, плотно закрываю за собой дверь.
– Мама, – ко мне хныча спешит Машенька.
– Да моя маленькая, – подхватываю доченьку на руки. – Что случилось? Кто тебя обидел? – спрашиваю у нее прекрасно зная, что не услышу ответ.
– Я, – признается Демид понурив голову.
– Ты? – удивляюсь. – Что ты натворил?
– Она хотела скушать конфеты в странной пачке, а я не дал, – говорит упрямо вздернув подбородок.
– Конфеты в странной пачке? – уточняю. Мне становится интересно, что же это такое.
– Да! – произносит с жаром. – Я сейчас.
Мальчишка убегает в сторону кухни, гремит чем-то и спустя минуту возвращается ко мне.
– Что это? – смотрю на блистер с таблетками, вижу название мощного транквилизатора и мне становится дурно.
Откуда они у него?
– Конфеты, – поясняет не догадываясь об истинной причине моего беспокойства.
– Кон… – повторяю, словно болванчик не сводя задумчивого взгляда с таблеток. – Че-го?! – ахаю.
– Маша хотела скушать конфеты, а я не разрешил, – Демид вновь принимается пояснять.
– Дема, а где ты взял эти, кхм, конфеты? – с трудом взяв себя в руки спрашиваю у мальчика.
Меня начинает потряхивать.
– На кухне, – равнодушно пожимает плечами. – Где другие такие конфетки лежат.
Глава 41. Марина
Мир сошел с ума или это у меня вдруг резко поехала крыша?
Кручу в руках сильнейшее успокоительное, которое выписывается по спец рецепту от врача и не понимаю, как подобный препарат в принципе мог появиться в этом доме.
Про то, что он доступен для детей я вообще молчу!
– Покажешь? – спрашиваю у ничего не подозревающего Демида.
– Конечно, – с готовностью кивает мне он.
Я ставлю Машеньку обратно на ножки, вручаю ей в ручки магнитный конструктор, который так сильно понравился моей дочке, а сама спешу за Демой.
Мальчик быстро добегает до кухни, подходит к шкафчику рядом с холодильником и открывает третий снизу ящик, приподнимает лежащие сверху аккуратно сложенные стопочкой полотенца, а там…
– Мать честная, – шепчу не в силах сдержать слов.
От количества пачек и названий препаратов мне становится не хорошо. Голова начинает кружиться.
Там же столько лекарств, что можно на них подсадить!
Самые негативные сценарии проскакивают в моем воспаленном сознании. Я еще от присланного Вале видео с моментом нашей первой встречи не отошла, а тут…
Нина совсем у ума сошла? Так, выходит?
Потому что у меня нет никаких иных вариантов ее проступка.
– Теть Марин, – говорит Дема с тревогой посматривая на меня. – Ты чего такая бледная? – спрашивает рассматривая меня с любопытством.
Блин… Ноги не держат.
Чтобы не грохнуться прямо посреди кухни без чувств, как могу крепко хватаюсь за выпирающую часть столешницы и медленно оседаю на пол.
– Все в порядке, – шепчу пытаясь взять себя в руки, но выходит не очень. Новость про “волшебные конфеты” окончательно выбила меня из колеи.
Слабость одолевает, удержаться в сознании становится сложно. Темнота так и жаждет меня заполучить к себе.
Уходить туда не хочу!
– Демочка, миленький, – дрожа словно осиновый лист на ветру, обращаюсь к ребенку. – Пожалуйста, позови папу, – прошу Жукова-младшего.
Помимо Вали здесь не поможет ничего.
– Скажи, что Марина очень сильно просит его подойти, – даю мальчику наставление. – Если скажет, что занят и не может подойти, разрешаю сказать будто я упала, – придумываю нечто такое, о чем Дема мог только мечтать. – Поможешь? – моля взглядом смотрю ему в глаза.
– Можно немного поиграю и схожу? – просит с надеждой.
– Малыш, – несмотря на всю ужасность ситуации, я очень стараюсь говорить спокойно.
Ведь именно от моих слов и моей реакции будет четко понятно, расскажет ли Демид правду отцу.
Уверена, Валя не станет впутывать в семейные дела посторонних.
– Ну, – мнется.
– Я тебе куплю слабости, какие захочешь, – обещаю.
У мальчика загораются глаза.
– Сейчас позову, – приняв решение кивает.
Смогла убедить. Выдыхаю.
Ура!
Демид оставляет на полу пачки с лекарствами в том виде, в каком он только что их достал. Мальчик хотел поиграть с картонными прямоугольниками, но я не позволила произойти этому ужасу.
– Пожалуйста, позови его, – повторяю свою просьбу. – Прямо сейчас!
Дема поднимается на ноги и убегает за отцом. Я же с трудом нахожу в себе силы встать и крепко опершись о кухонный стул все же поднимаюсь на ноги.
Беру стакан. что стоит на столешнице, ополаскиваю его и наполняю свежей водой из крана.
Выпиваю залпом.
После увиденного мне категорически больше не хочется здесь ничего есть. Я вообще опустошила бы все холодильники, банки с крупами и приправы.
Хрен знает, что куда бывшая домработница смогла лекарств напихать.
Наливаю еще один стакан и опускаюсь на стул.
К счастью, мне становится чуточку легче. Ура!
За спиной раздаются быстрые мужские шаги. Оборачиваюсь. Встречаюсь глазами в Валей.
– Это была не я, – вновь повторяю ему.
Мне просто жизненно необходимо убедить Валентина в своей правоте! Если он мне не поверит, то у нас все закончится так и не успев начаться.
– Марина, я знаю, ты этого не делала, – вновь заверяет меня.
Словно почувствовав, что я нуждаюсь в его тепле и ласке, Валентин подходит ко мне, кладет раскрытую ладонь на мое плечо.
Я не намеренно, но моментально опускаю на нее голову.
– Спасибо, – благодарно шепчу. – Для меня это очень важно, – признаюсь.
Мне хочется быть перед Валей абсолютно открытой.
– Мариш, ко мне едут люди из разных инстанций, – делится со мной своими планами. – Мне придется провести экстренное совещание за закрытыми дверями. Оно будет долгим, – печально добавляет.
– Я смогу чем-то помочь? – уточняю.
Не хочу просто сидеть и деградировать. Я полезной быть хочу!
– Нет. Не стоит, – мягко, но твердо осекает меня. – Сам во всем разберусь.
– Хорошо, – не могу не согласиться с мужчиной.
– Ты хотела убедиться, что я тебя ни в чем не обвиняю? – всматривается в меня с интересом. – По этому поводу звала? – спрашивает нетерпеливо.
– Нет, – отрицательно кручу головой. – Держи, – всовываю Вале к руки сильнодействующее лекарство.
– Что это? – хмурясь мужчина смотрит на непонятный для него предмет.
– Препарат, приравненный к наркотикам, – отрезаю.
После моих слов он резко поднимает на меня глаза. Встречаемся взглядом и тут я все понимаю.
– Твою ж мать! – произносим хором.
– Что ж делать-то теперь? – спрашиваю испуганно.
– Проблему решать, – отрезает Валентин.
Глава 42. Валентин
Похоже за меня взялись не по-детски. Яковлев в своей мести и злобе окончательно сошёл с ума, раз решился на подобную провокацию.
Одно дело выгрузить сомнительного качества видео в новостные паблики, это куда не шло. Я уже придумал, как отреагировать должным образом, преподнесу видео как информационный вброс.
Уверен, Марину мне не придется уговаривать, она сама согласится официально заявить всем, что ушла от Яковлева ко мне.
Потому что если и раньше я чувствовал, что она мне не чужая, то теперь, после ночи, что мы провели вместе, я ее ни за что не отпущу.
Влюбился в Яковлеву по уши. Блин, я словно юнец!
Хочется носить ее на руках, совершать подвиги и заявиться всему миру, что эта женщина только моя.
Яковлев, конечно, полный придурок. Идиот! Марина шикарна! Как можно было ее отпускать?
– Валя, я могу чем-то тебе помочь? – спрашивает не скрывая тревогу.
– Не переживай, – прошу ее. – Я во всем разберусь.
– Уверен? – смотрит на меня с волнением во взгляде.
Ее искренняя забота трогает до глубины души, обо мне давно уже так никто не беспокоился.
Грудь распирает от нежности.
Делаю шаг вперед, подхожу к своей женщине ближе и бережно заключаю ее лицо в свои ладони. Смотрю на Марину не пряча своих истинных чувств.