От стыда я даже дурноту ощутила. Да как он смеет настолько меня позорить?! Ведь кто угодно может увидеть! А крылатые воины, ошивающиеся в нескольких шагах — и услышать, хоть и говорит он тихо.
— Разве что в ваших больных фантазиях! — процедила, окончательно теряя выдержку. — И не смейте даже приближаться ко мне больше! Видеть вас не могу! Вы мне отвратительны! — прошипела, отталкивая его и убегая к дому.
Ему удалось окончательно вывести меня из себя, что со мной на людях ни разу еще не случалось. Стыд жег изнутри и выжигал все прочие мысли. Я даже в тот момент не думала о последствиях. И твердо знала, что если Алестер Даргон и правда сунется ко мне ночью, точно убью или его или себя! Даже стащила из оружейной старый кинжал, принадлежавший прадеду, и положила себе под подушку.
Остаток дня старательно избегала лорда, за исключением совместных приемов пищи в столовой. Впрочем, он моего общества тоже не искал. Если и злился на меня, то не показывал. Был все так же учтив и доброжелателен. Но успокоиться до конца так и не получилось. И отправляясь после ужина в свою спальню, я была полна самых нехороших предчувствий.
Даже переодеваться в ночную сорочку не стала. Осталась в платье и устроилась в кресле рядом с кроватью, зажав в руке кинжал. Нервно поигрывала им и в упор смотрела на дверь.
Но шли часы, а никто не делал попыток проникать в мою комнату.
Повела головой и обнаружила, что шея совершенно одеревенела. Со стоном поднялась и начала разминать затекшие мышцы.
Может, Алестер лишь забавлялся со мной? Провоцировал на реакцию? Ему ведь нравится выводить меня из себя!
Подошла к окну и уставилась в ночное небо. Уже три часа ночи. Наверняка если бы хотел, давно бы появился. Так что пора ложиться в постель и хоть немного поспать.
Уже хотела отойти от окна, когда заметила в небе знакомую фигуру. Вздрогнула и поспешно спряталась за шторой, боясь, что Алестер меня заметит. Но крылатый лорд спокойно приблизился к дому и скрылся из виду. Наверняка влетел в окно собственной спальни.
Похоже, спустить пар он решил другим способом. Просто ночным полетом. Неужели все-таки подействовали мои угрозы лишить себя жизни? Не захотел лишаться столь полезной вещи, как «предназначенная», из-за мимолетной прихоти?
Я облегченно вздохнула. И все же кресло, которым подперла дверь спальни, не надеясь только на замок, отодвигать не стала. Хотя преграда для инварга, конечно, жалкая. Захотел бы — его это точно бы не остановило. Но так все равно было спокойнее.
Впрочем, опасения мои так и не оправдались. Навещать меня ночью Алестер Даргон не стал.
ГЛАВА 7
Инварги улетели рано утром, сразу после завтрака. Я едва удерживала на лице привычную сдержанность, настолько хотелось широко улыбаться. Была рада, что наконец-то избавилась от общества Алестера Даргона. Правда, пришлось еще выдержать прощальное целование ручки и пожелание скоро увидеть меня в Реяне. Но это уже мелочи!
Немного удивило, что попрощаться с обожаемым лордом не приехала Илана. Ведь, кажется, вчера выражала такое намерение. Ну да, может, нашлись более важные дела? Или не столь уж сильно она была в нем заинтересована, как я думала. Если так, только порадуюсь!
Сама же я, спокойная и довольная, отправилась заниматься привычными делами. Благо, теперь не стоило бояться, что кто-то будет отвлекать и смущать.
Подруга не появилась ни сегодня, ни завтра. Так что на третий день я уже по-настоящему забеспокоилась. Такого никогда раньше не случалось. Обычно скучающая в глуши Илана приезжала ко мне чуть ли не каждый день. Если же они с родителями куда-то уезжали, присылала записку. Но сейчас никаких посланий от нее не доставляли. Что-то случилось?!
Как я ни пыталась найти какую-нибудь безобидную причину, тревога захлестывала все сильнее. К полудню я уже места себе не находила. Так что послала мальчишку-слугу с запиской, где спрашивала у Иланы, все ли у нее в порядке. Едва дождалась, пока тот вернется с еще более взволновавшими меня новостями.
— Кайна Илана заболела, — почесывая вихрастую шевелюру, сообщил мальчик. — Вашу записку ей передали, но ответ кайна не написала. Баронесса Фидер сказала, что дочь плохо себя чувствует.
— Вот как? — пробормотала я. — Что ж, спасибо, Патрик. Можешь идти. И передай кучеру, чтобы закладывал экипаж, — крикнула уже в спину убегающему мальчишке.
Поехать и разобраться со всем этим просто необходимо! Что произошло с Иланой? Ведь при нашей последней встрече вид у нее был вполне здоровый и цветущий. Может, она просто на меня обижена из-за того, что чуть ли не за дверь выставила. И болезнь лишь придумала. Хорошо, если так. Но что если нет?
Вспомнилась вдруг та картина, что видела ночью из окна спальни. Возвращающийся откуда-то Алестер Даргон. И хоть понимала, что, скорее всего, накручиваю себя, но не оставляло ощущение, что эти два события как-то связаны.
Мог ли этот мерзавец что-то сделать Илане?! Собственный опыт уверенно подсказывал, что да. Но все-таки даже для Алестера это слишком — проникнуть в чужой дом и напасть на девушку из благородной семьи. Такого не спустят даже крылатому лорду! Не безумец же он!
И все-таки, как ни невероятна была мысль о его причастности к странной болезни Иланы, она мучила все сильнее.
То время, что понадобилось для того, чтобы добраться до поместья Фидеров, показалось вечностью. Я в нетерпении кусала губы и не могла в должной мере насладиться поездкой. Хотя обычно мне нравилось выезжать куда-то, любоваться видами природы и дышать свежим воздухом. Но сейчас слишком мрачные мысли одолевали.
Первым, кого увидела, когда экипаж въехал во двор усадьбы Фидеров, был Перри. Видимо, он заметил меня издалека и решил встретить. Вид у него был понурый и глубоко несчастный. В сердце опять шевельнулись нехорошие предчувствия. Неужели Илана и правда серьезно больна?
Но уже с первых секунд разговора поняла, что дело не в этом. К моему удивлению, парень так переживал нашу с ним неудавшуюся помолвку.
— Кайна Кэтрин, — с затаенной грустью в глазах он смотрел мне в глаза, бережно удерживая мою руку. — Вы все так же прекрасны!
— Мы уже на вы? — мягко пожурила. — Я думала, что несмотря ни на что, мы останемся друзьями.
— Буду рад, — с трудом выговорил Перри, и в его глазах полыхнула боль. — Прости, мне слишком тяжело все это далось.
Я даже устыдилась тому, что сама не испытывала особых страданий из-за нашего разрыва.
— Как Илана? — перевела разговор на другую тему, осторожно высвобождая руку. — Мне передали, что она больна.
— Сестра так говорит всем, — Перри принял более сдержанный вид и спрятал свои чувства за фасадом доброжелательности. — Но лекарь, которого к ней вызывали, сказал, что не видит никаких симптомов болезни. Скорее всего, обычная меланхолия. У девушек такое часто бывает на почве скуки.
Я насмешливо прищурилась, и он смутился.
— Не у всех, конечно, — поспешил уточнить. — А тех, кому нечем заняться.
— Илана тоже никогда в подобных настроениях замечена не была, — возразила ему.
— Может, она так отреагировала на отъезд лорда Даргона? — это имя Перри произнес чуть более холодным тоном. Нетрудно догадаться, что именно его он считает виновником своего неудачного сватовства. — Илана все уши о нем прожужжала! Расхваливала на разные лады. Хотя, конечно, с дня его отъезда, скорее, наоборот. Едва речь заходит о лорде Даргоне, тут же переводит тему.
— Вот как? — медленно проговорила.
А вот это наводит на неутешительные догадки! Неужели я была права, и той ночью Алестер летал к Илане? Но если он что-то с ней сделал, должны ведь были остаться следы! Наверняка лекарь, который осматривал девушку, заметил бы неладное. Или Илана и впрямь тоскует из-за невозможности быть рядом с объектом своей влюбленности?
Мотнув головой, отогнала бесполезные догадки. Так или иначе, но скоро узнаю правду.
— Можно, я к ней зайду? — спросила у Перри.
— Конечно! — улыбнулся он. — Думаю, сестра будет рада твоему визиту.
Он галантно предложил мне локоть, и я без колебаний ухватилась за него. Так мы и прошли к дому, обмениваясь вежливыми репликами. Оба пытались делать вид, что никакого сватовства и вовсе не было. Что мы всегда воспринимали друг друга лишь как хороших приятелей.
Перри провел меня в гостиную, где оказалась старшая баронесса Фидер. Внешне она была копией Иланы, только более зрелой и чуть располневшей. Баронесса относилась ко мне почти как к дочери и воспринимала своей.
По оброненным ею намекам стало понятно, что она тоже жалеет, что наша с Перри помолвка не состоялась.
Пока служанка извещала Илану о том, что я хочу к ней зайти, баронесса развлекала меня беседой. От чая я отказалась, желая поскорее подняться к подруге. Баронесса Фидер ничего нового о состоянии дочери не сказала. Как и сын, была в недоумении, что за блажь нашла на Илану. Но надеялась, что с отъездом в Реяну это пройдет.
— Простите, но кайна Илана отказалась вас принять, — слова вернувшейся служанки обескуражили всех.
Некоторое время в гостиной царила тишина. Потом я сокрушенно сказала:
— Видимо, она и правда на меня обижена. Мы с ней в последний раз не очень хорошо расстались.
— Так, значит, дело в этом? — с облегчением спросила баронесса. — Она просто переживает из-за вашей ссоры?
— Вы позволите мне все равно к ней подняться? — взмолилась я. — Хочу разрешить возникшее недоразумение и помириться!
— Конечно, дорогая, — женщина ободряюще улыбнулась.
С некоторым волнением я поднялась на второй этаж и постучала в дверь комнаты Иланы. Настроена была решительно. Если откажется впускать, буду настаивать.
— Кто там? — послышался раздраженный голос подруги.
— Это я. Может, хотя бы объяснишь, почему больше не хочешь меня видеть? Мы все-таки подруги! Если обиделась на меня из-за того, как мы расстались, то…
— Входи, — оборвал мои слова холодный голос.
Пожав плечами, толкнула дверь и вошла.