Кэт, хоть и была еще совсем девчонкой, но жила она на ферме. Сомнений в том, куда Тиша ходит и в какие игры там играет, у нее не было. Гораздо больше Кэт интересовало другое. Сколько Кэт не искала, сколько не устраивала засад, как не пыталась понять, где проход в дом Клара, и как Тиша им пользуется — все без толку.
В конце концов, любопытство так замучило Кэт, что она потребовала у сестры прямого ответа. А когда Тиша только рассмеялась в ответ, Кэт пригрозила рассказать все бабушке. Тут Тиша перестала смеяться, на секунду задумалась, а потом заговорщицким тоном предложила сестре договор. Кэт не сдает Тишу бабушке, а Тиша рассказывает ей, как все устроено в домах у охотников и вообще всякие интересные штуки, которые, кроме как, побывав у охотника дома, не узнаешь.
Это была честная сделка, считала Кэт. Что предложила Тиша Стар, какие тайны и истории рассказывала ей, Кэт не знала. Но Стар тоже Тишу бабушке не сдавала.
А Тиша рассказывала чудеса. Про невидимые купола, невидимые и неощущаемые, но закрывающие огромные красивые дома охотников. И про сами дома, менять вид и внутреннее устройство которых хозяин может хоть каждый день, было бы желание.
Тиша встречалась с Кларом то в мрачных Замках, освещённых свечами и украшенных головами огромных зубастых монстров, то в легких и воздушных Замках с бесчисленным количеством витых колонн, уходящих в небо, между струями маленьких водопадов, свисающими неизвестно откуда лианами под песни волшебных птиц. Один раз это был залитый небывалыми в природе цветами подиум, с креслами и кроватями, вырастающими там, где ты хотела сесть или лечь и напитками в круглых бокалах, материализующимися в твоей руке, стоит тебе захотеть пить. Неизвестно откуда звучала странная музыка, а Цвета и очертания и даже вкус напитков постоянно менялись в соответствии с ее звучанием.
Кэт подозревала, что половину этих историй Тиша берет из своей головы, но уж очень увлекательными они были.
И ещё Тишу можно было расспрашивать об оружии и всяких технических штучках.
Эти вещи не особо интересовали Тишу, а значит, придумать она особо ничего не могла. Но с другой стороны, и толком описать не могла, потому что не понимала.
Кэт впечатлил ее рассказ о добыче охотников, шариках, которые они достают из кроликов и обычно сдают в охотничий домик. Но Клар не сдавал.
— У него их целая коллекция, штук 8, — поведала Тиша, — Они величиной с очень большое яйцо, такие, что как раз входят в мою ладонь. Они как хрустальные, цветные, а стоит посмотреть вглубь, увидишь другие цвета, и они меняются, смотря с какой стороны и с какого расстояния смотреть. А если смотреть долго, цвета внутри начинают двигаться.
Но Клар не дал ей смотреть долго.
— И знаешь еще что, — сказала Тиша, — у каждого шарика есть имя, он называет их женскими именами.
— Я и не думала, что эти штуки такие волшебные. Охотники каждый день сдают их горстями в Охотничий домик. Кстати. Разве он не должен сдавать их в Охотничий домик?
— Не знаю, но он, кажется, не сдает. Или сдает, но не все. Может, он оставляет самые лучшие? Иначе их было бы гораздо больше, так ведь?
Шарики так захватили воображение Кэт, что она несколько раз пыталась под теми или иными предлогами проникнуть в Охотничий домик.
Неохотник не может зайти в Охотничий домик. Но ведь и в бар неохотник не может зайти, а Кэт там была, еще как была!
Однако с Охотничьим домиком история не прошла. Домик был закрыт чем-то вроде невидимого купола, такого, про которые рассказывала Тиша. И там, где охотники просто проходили, Кэт упиралась в невидимую преграду.
Правда, перенеся свою тайную засаду за изгородью насколько возможно ближе к Домику, и устроив чуть ли не круглосуточное наблюдение, Кэт смогла все же пару раз мельком увидеть шарики, которые некоторые из охотников начинали вынимать из сумок уже на подходе. Шарики были прозрачные и блестящие, играющие на солнце, как хрусталь. Но никакими не цветными, и довольно мелкими, на ладошке их уместилось бы штук 6–7, а вовсе не один, как описывала Тиша.
Наверное, и все остальное в ее рассказах надо делить на 6, вздохнула разочарованно Кэт. И все же, ей страшно хотелось побывать в настоящем доме у настоящего охотника. Да что там, она прямо-таки завидовала Тише, хоть и не стала бы ни за что играть в эти ее Тишины игры.
ДЖЕЙН. Кармис, 22
На следующий день она встала очень рано, сходила в лес, раскидала прикорм для кроликов, и кое-что еще.
А потом пошла домой, поспала немного, а потом встала как обычно, надела свой красивый новый костюм, который берегла для особых случаев и который отличался особо изощренной встроенной фантазией, и пошла в прекрасном настроении на охоту.
МАРИ. Кармис, 22
Мари уже несколько дней охотилась за Черноухим. Совсем недавно она решила, что ее число — глупое и бессмысленное и не хотела больше охотиться ни на каких кроликов. Теперь же была способна думать только о Черноухом. Уж этого-то кролика она убьет! А там уж решит, что дальше.
Сегодня она выследила его, но он, как и в прошлый раз, совершенно невероятным способом ушел от выстрела. Мари, следуя за ним, быстро миновала Шепчущую рощу, пробежала по ближним холмами, убежала в Шипящий лес, забежала на Поляну Колючек, добежала до края леса и остановилась у ручья. Здесь она опасалась, что след будет потерян, но нет, кролик не стал переходить ручей, а вернулся в лес. Мари развернулась и тут увидела нечто, что видеть хотела бы меньше всего. Это были следы, и это были следы другого охотника. Страстно желая, чтобы Охотник пошел в сторону, противоположную Черноухому, Мари сконцентрировалась и Осмотрелась. Если включить особое, Осмотрительное Зрение, можно увидеть мельчайшие подробности всего, что происходит вокруг и даже немного того, что происходило раньше. Мари видела мышиную семейку, живущую под елью, нескольких птиц, лиса, который был здесь совсем недавно, но почему-то не стал бежать за кроликом… И охотника, который был тут не более 15 минут назад. И пошел — нет, не за кроликом, кролик пробежал тут немного позже… но он пошел почти в том же направлении, что и Черноухий. А это значило, что Мари должна развернуться и пойти в другую сторону, потому что охотники не охотятся там, где охотятся другие охотники.
Мари развернулась. Остановилась. Поколебалась секунд пять, развернулась назад и пошла по следу кролика. Однако через пару шагов она опять остановилась. Внезапно откуда-то пришел запах. Яркий, мгновенный запах, который также неожиданно исчез. Очень знакомый запах… О нет, только не это. Мало того, что она думает о нем по ночам, видит его тень в силуэтах деревьев, слышит его шепот в шорохе травы… Есть Красота, которая будит жажду, которую ничем не утолить… Мари принюхивалась снова и снова, но сменился ли ветер, или ей вообще показалось — запаха Клара она больше не чувствовала. Да почему она вообще знает его запах? Она никогда не знала запахи других охотников и охотниц, это просто не нужно… Мари пригнулась к следам. Нет, они пахли по-другому, да и маловаты для мужчины. Значит, здесь была охотница. Но, вполне возможно, здесь был и Клар. Это сбивало с толку, лишало мысли ясности. Да что там, это просто сводило с ума.
Мари поколебалась еще секунду, и, забросив кролика, пошла по следам охотницы.
Всего через пару шагов под ногами громко хрустнуло что-то, что хрустеть никак было не должно. Что-то схватило Мари за ноги, дернуло вбок и утащило вверх.
КЭТ. Кармис, 22 утро. Попасть в дом охотника
Мысль попасть в волшебный дом Клара захватила Кэт целиком. Она целыми днями только и думала об этом, пропалывая морковку. С охотничьим домиком не получилось, но тут ей должно повезти! Раз уж Тиша туда попала!
Теперь она постоянно подглядывала за сестрой, и, стоило ей засобираться к Клару, Кэт была тут как тут. Тиша этого и не знала, скорее всего. Кэт так много последнее время кого-то преследовала и за кем-то подглядывала, что научилась красться и прятаться получше любой охотницы. Так, по крайней мере, говорила себе Кэт. Впрочем, иди за Тишей хоть стадо кабанов, она и этого не заметила б. Тиша вообще ничего не замечала вокруг себя последнее время. Надо думать, только и мечтала об этом Кларе и их играх.
Однако, сколько раз не видела Кэт, как Тиша исчезает между двух берез, как бы точно не определяла место, где это происходит, как бы точно не повторяла каждое движение Тиши, ступая по ее следам, там, где Тиша исчезала, Кэт просто проходила между берез, оказываясь в том же лесу, что и была.
— А что ты хочешь, это дом охотника, — подтвердил ее мысли Гош.
Гош зашел поболтать с бабушкой. Чего раньше с ним никогда не случалось, вот вообще никогда.
Кэт выловила его на обратном пути и набросилась с вопросами.
— Как проникнуть в дом к охотнику? — приставала к нему Кэт.
— Да никак, если охотник сам тебя не пригласит и не даст тебе доступ. Ты и дом то не увидишь. Я вот могу видеть уже 18 домов, потому что я бывал в гостях у их хозяев, — Гош не упустил бы возможность похвастаться ни при каких обстоятельствах.
— Ох. В 18 домах!
— Может, и тебя когда-нибудь пригласят, — сказал из вежливости польщенный Гош. На самом деле, он, конечно, так не думал.
— Ты видел, наверное, миллион разных чудес, — вздохнула Кэт
И Гош, разумеется, сразу начал рассказывать, ибо не тот человек Гош, чтобы молчать там, где можно говорить.
Они сидели на полянке перед домом, и Гош рассказывал о миллионе разных чудес, а Кэт слушала, затаив дыхание. Гош видел столько всего, дружил с настоящими охотниками, ходил к ним в гости! Дома охотников в рассказах Гоша были удивительными. Но такого странного, как тот, о котором рассказывала Тиша, не было ни у кого.
Ээх. Клар никогда не пригласит меня в гости, — думала Кэт, — а если и пригласит, я не представляю ничего опаснее, чем согласиться.
— Как же все-таки открыть этот купол, — задумчиво сказала она вслух.