Бросила пропуск в специальный ящик. Тяжелые кованые ворота бесшумно раздвинулись, впустив в сад Мильтона запах соленых огурцов, лошадей, дешевой еды и дымка — о да. Там, снаружи, было грязнее, серее и, как будто, даже пасмурнее. О да!
Тиша шагнула туда как можно скорее. Теперь в первую же подворотню и прятаться, ныкаться, чтобы не нашёл никто и никогда. Но тут резко запахло сиренью, а ноги Тиши ослабли, подкосились, и она упала — прямо в объятья Стаса.
ТИША. Лунейрас, 22 Замок Мильтона
Стас, кажется, так и пронес Тишу всю дорогу от выхода, через парк и галерею на второй этаж в её апартаменты на руках. Тиша не могла быть точно в этом уверена, потому что все вокруг было будто в тумане, руки и ноги не двигались, язык не шевелился, мысли путались.
В номерах Стас дал ей что-то понюхать, и влил в горло полстакана белой жидкости со вкусом мела. Тиша может и не хотела её пить, но сопротивляться не могла. Жидкость не убила её, а, наоборот, вернула силы и способность говорить.
— Ты сильный, — первое, что сказала она. И ты… в футболке.
— И джинсах. А не в твоих платьях, которые ты мне оставила. И более того, я не мертв.
— Нет, ты что, я не собиралась убивать тебя. Ты просто поспал бы пару часов и все
— Ты решила, что я не высыпаюсь
— Я не хотела обидеть тебя. Ты очень… очень… Я просто хочу… хотела выбраться отсюда. Помоги мне, а? Пожалуйста. Помоги. Я отблагодарю. Я отработаю. Вытащи меня отсюда. Я сделаю тебе такое, о чем Мильтон и не подозревает. Кое-что особенное. А? И она пустила в ход и локон, и взгляд, и бедро, и кончик туфли — все, что только смогла в ее полусонном состоянии
Тиша была готова обещать все, что угодно, даже то, что не представляла, как осуществить.
— Может, я и подумаю об этом… Я могу подумать и о многом другом, что окажется очень, очень полезным для тебя… если ты расскажешь мне все, что меня интересует.
— Хорошо…
— Итак, кто ты? Кто тебя нанял?
— Я… Я не знаю… Я думала, вы, наняли? Или Мильтон? Я не очень понимаю, как это все работает… но Мендос сказал, что я должна отработать, и когда рассчитаюсь, буду свободна, но я не очень-то ему верю…
— Не стоит прикидываться дурочкой. Я заплачу, и заплачу вдвое против того, что тебе предложили. Итак, сколько тебе предложили?
— Я не знаю… не понимаю. Но если ты можешь заплатить, выкупи меня отсюда, пожалуйста. А я расскажу все, что ты хочешь.
— Хорошо. Очень скоро я заберу тебя отсюда, А пока в твоих интересах не говорить обо всем, что здесь произошло. Твоим заказчикам и вообще никому не говорить.
— А теперь начинай рассказывать. Ты всё это провернула, чтобы..
— Чтобы сбежать отсюда
— Ну допустим. Это хотя бы объясняет дурацкую историю с переодеванием.
— Получилось похоже! Даже ваш знакомый принял меня за вас!
— Давай пока начнем с малого. Как такая финтифлюшка, как ты, смогла все это осуществить? Где ты взяла яд?
— Это не яд… сонный чай… бабушка готовила его на случай, если у нее будет бессонница
— Хм… А она интересная женщина, твоя бабушка. И ты хоть раз видела, чтобы она пила это?
Тиша задумалась. Пожалуй, нет. Она всегда хорошо спала.
Но она часто просила внучек собирать травы, учила, как их сушить и смешивать. И хранила все эти зелья в небольших медных бочонках на чердаке.
— Наверное, она пила его, сказала Тиша. Она всегда хорошо спала.
— Ну допустим. И ты взяла его сюда с собой, на случай, если бессонница будет у тебя?
— Нет. Здесь же все отнимают, я б не могла, даже если б и хотела.
— Так значит, ты..
— Нарвала цветов
— Нарвала цветов в саду Мильтона
— Он, должно быть, и не знает, какие цветы растут в его саду.
— И какие девушки живут в его доме…
— Этого он точно не знает. Я его вообще ни разу не видела.
— Ну допустим. Давай дальше. Как ты подсыпала яд? Бутылку я принес сам, и сам открыл ее, и сам налил из нее в чистый бокал, который стоял здесь… и почувствовал яд сразу же, как только пригубил. Хотя отдаю тебе должное, вкус яда был настолько тонким, что девяносто девять человек из ста его не заметили бы. Яд был в бокале, да? Ты сделала из цветов, растущих в саду, без использования каких либо средств, нечто настолько прозрачное и невидимое, что я не заметил это в бокале? И как ты могла знать, какой из бокалов я возьму?
— Снотворное было в пяти бокалах из шести, стоящих в комнате… но если бы ты взял не тот бокал, мне пришлось бы отвлечь тебя и подсыпать порошок в него.
— А самой пить из бокала с ядом?
— Со снотворным… я бы разбила его и пила б из бутылки… я видела, мужчинам нравится, когда девушки пьют шампанское из горла
— Ловко. А что скажешь о незаметности порошка в бокале?
— Мне пришлось использовать слизней… Если скормить им траву семицветки и каплеткачи, они…
Стас с омерзением сплюнул
— Извини. Я не хотела, Я ничего не имела против тебя, ты лучше всех мужчин, кого я встретила, с тех пор как попала в город..
— И когда же ты попала в город? Пару дней назад?
— Уже несколько месяцев… Клар привез меня сюда. Он охотник. Бабушка говорила, что нельзя связываться с охотниками… но когда ты понял, про снотворное? И что ты сделал? Я же видела, ты выпил бокал до дна!
— Я слишком хорошо знаю вкус этого шампанского. И эти тонкие нотки ванили… почему все деревенские отравители маскируют яды ванилью?
— Это было для слизней… ой, извини
— В общем, я выплюнул все тебе между ног… ладно, в подушку, что была у тебя между ног, когда там оказалась моя голова… а ведь у нас мог получиться прекрасный романтический вечер и страстная ночь… так что ты там говорила об охотнике Кларе?
— Клар… ненавижу. Это он упрятал меня сюда. Я думала, он не совсем охотник, раз он не убивает кроликов… но бабушка говорила не связываться с ним… — мысли Тиши начали опять путаться, а ноги и руки становились всё тяжелее.
— Черт, все-таки переборщил с сиренью, пробормотал Стас
— Я вытащу тебя отсюда, очень скоро. Если ты поклянешься, что никому не скажешь ни слова о том, что сегодня произошло… и об охотнике Кларе. О любых охотниках. Если ты проболтаешься, я узнаю об этом. И ты не только останешься здесь навсегда, но я еще и обеспечу тебе таких клиентов…
— Я никому не скажу, — поклялась Тиша и заснула.
КЛАР. Лунейрас, 32 Город
Теперь Клар уже почти точно понимал, кто стоит за этим заказом.
Вариант был только один. Даже Тиша не могла знать о системе двух камней, системе лучшей охотницы, экстра-сиянии, и номере один и номере два. Обо всем этом знал только он, Клар, разработчик всех этих вещей, и еще немного Габсбург.
Что ж, если Габсбургу так нужен в срочном порядке номер один… так нужен, что он даже готов идти в обход закона — окей, он, Клар, ему этот номер один достанет.
И это снимало вопрос о ловушке — если б Габсбург захотел прижать Клара, ему не нужно было бы устраивать ему ловушки. Того, что он знает, вполне достаточно. Там, где работает Габсбург, не работает презумпция невиновности. Пока ты нужен, они будут закрывать глаза на все. А если станешь не нужным, увидят и то, чего нет. Обвинений Габсбурга было бы достаточно. Но зачем Габсбургу терять такого ценного Клара? Клара, который принесет ему номер один… и принесет не правительству, а ему, Габсбургу, персонально. Настроение Клара улучшилось. Он возьмет этот заказ. Согласится, завтра же.
Что же до Тиши, он только сейчас понял, как глупо и опасно было отдавать её Мильтону. Её надо срочно забрать. И не только забрать, но и… думать об этом Клару было неприятно. Но это, возможно, заодно и решит проблему с постоянным присутствием Тиши в его голове.
Угораздило же его притащить ее сюда. Законы, они для того и придуманы, чтобы упорядочить жизнь и сделать её проще. Соблюдать законы, это как поддерживать порядок в квартире. Кажется, что накладывает лишние ограничения, и ты даже не поймешь, насколько это упрощает жизнь, пока не перестанешь этим заниматься.
Эта мысль неприятно противоречила тому, что Клар собирался сделать сейчас. И Клар предпочел ее не думать. То, что Клар собирался сделать, жизнь ему на упростит. О нет, усложнит её до максимума.
Клар оставил в назначенное время газету на назначенной скамейке в парке. В знак того, что заказ принят.
Однако далее несколько дней ничего не происходило. Клар ожидал, что его, как обычно, отправят в место, где он сможет войти в охотничью зону.
Но нет. Никто никуда не вез его, да и вообще никаких признаков того, что кто-то хочет, чтоб он этот заказ выполнил, не было.
Передумали? Или это все-таки была ловушка, тест от Габсбурга, который он успешно завалил?
От нечего делать Клар болтался по городу и пил. Пил во всех барах, где можно было пить. А что, если никто и не будет доставлять его в места, где можно охотиться? Что, если они ждут от него чего-то другого? Но чего? Что, если он уже в месте, где можно охотиться? То есть охотиться нельзя, нет квоты. Но Есть заказ… Что, если вокруг него полно охотниц и охотников, что, если он просто этого не видит? Чем больше Клар пил, тем больше склонялся к мысли, что так оно и есть. Ну если только это не ловушка Габсбурга. Но если ловушка, она ведь должна была захлопнуться, не так ли? Ему нужна подсказка.
С утра Клар ещё раз все хорошенько обдумал, выпил чашечку кофе, оделся дорого, но не вычурно, причесался тщательно, но так, чтобы тщательность была не видна, и отправился в ресторан, где он разговаривал с узколицым Сью.
Сью не оставил ему никаких зацепок, никакой информации о себе. Оставалось искать его следы там, где Клар его встретил, первый и единственный раз.
Клар приветливо кивнул знакомым официантам, уютно устроился за столиком. Подошла, как он и надеялся, Марса, девушка, которую он хорошо знал и всегда не обижал чаевыми.
Но об узколицом Сью Марса ничего не знала. Внешность у Сью запоминающаяся, а Марса славится тем, что знает всех хоть сколько-нибудь постоянных клиентов по именам — а те знают её. И если б Сью бывал здесь, хоть изредка, Марса точно бы его вспомнила.